Книги по тегу «служебный роман»: ""
– Пожалуйста, не говорите моему брату, что я работаю няней, – слёзно умоляю босса.
– Не говорить? – Ярослав изгибает дугой выразительную бровь. – А что я получу взамен?
Мой босс – убеждённый холостяк и женоненавистник, и только он знает, кем я на самом деле работаю.
Из-за маленького промаха этот самоуверенный хам уволил меня с должности личной помощницы, и теперь заставляет присматривать за своим несносным сыном, который перенял от отца все самые вредные качества.
Уволилась бы, не раздумывая, но я поспорила с братом, что продержусь на работе полгода.
И я сделаю это, чего бы босс не потребовал взамен.
– Не говорить? – Ярослав изгибает дугой выразительную бровь. – А что я получу взамен?
Мой босс – убеждённый холостяк и женоненавистник, и только он знает, кем я на самом деле работаю.
Из-за маленького промаха этот самоуверенный хам уволил меня с должности личной помощницы, и теперь заставляет присматривать за своим несносным сыном, который перенял от отца все самые вредные качества.
Уволилась бы, не раздумывая, но я поспорила с братом, что продержусь на работе полгода.
И я сделаю это, чего бы босс не потребовал взамен.
Одна роковая ошибка сделала меня любовницей двух боссов: наглых, властных, требовательных. Их взгляды, касания и поцелуи будят во мне новые чувства. Но я боюсь. Ведь такие мужчины сначала возносят в небеса, а потом жестоко разбивают сердце…
— Простите... — пищу, — ну, я пошла!
Бегу к двери, стараюсь прошмыгнуть мимо них, но жесткая рука генерального меня останавливает.
— Ты снова нарушила правила, Варя.
— Я не... не... не хотела! — пищу, желая провалиться сквозь землю.
— Никаких отговорок, Варенька, — тянет Лесовский, — наша женщина сбежала. И ты займешь ее место этой ночью.
— Простите... — пищу, — ну, я пошла!
Бегу к двери, стараюсь прошмыгнуть мимо них, но жесткая рука генерального меня останавливает.
— Ты снова нарушила правила, Варя.
— Я не... не... не хотела! — пищу, желая провалиться сквозь землю.
— Никаких отговорок, Варенька, — тянет Лесовский, — наша женщина сбежала. И ты займешь ее место этой ночью.
– Держи, Красная Шапочка, вот тебе десять тысяч – и разбежались, некогда мне, – мужчина достал из кармана мятые купюры, протянул.
– Вы… вы совсем обнаглели? Решили, что приехали в наш город, и вам все можно, да?
– Двадцать. И с меня ужин при свечах.
Волков теперь вроде как был свободен, никому не обязан хранить верность, а местные девушки такие темпераментные, оказывается.
– Да идите вы лесом! Серый Волк!
– Пообещай, что покажешь дорогу, и я весь твой.
– Хам!
Что может быть чудесней, чем встреча двух влюбленных под Новый год? Это так красиво и романтично. Но до романтики и красоты было далеко. А вот новый, наглый секси-босс уже был готов поиграть в сказку.
– Вы… вы совсем обнаглели? Решили, что приехали в наш город, и вам все можно, да?
– Двадцать. И с меня ужин при свечах.
Волков теперь вроде как был свободен, никому не обязан хранить верность, а местные девушки такие темпераментные, оказывается.
– Да идите вы лесом! Серый Волк!
– Пообещай, что покажешь дорогу, и я весь твой.
– Хам!
Что может быть чудесней, чем встреча двух влюбленных под Новый год? Это так красиво и романтично. Но до романтики и красоты было далеко. А вот новый, наглый секси-босс уже был готов поиграть в сказку.
– Ну так что? Отправите меня в декрет?
–Хочешь в декрет? – гремит вопрос, заставляя поежится, но не отступаю.
– Да, босс, я хочу в декрет!
Он оборачивается. Глаза горят. Яркий солнечный свет, исходящий от окна, затемняет лицо. Я даже как-то теряюсь. Демонически выглядит. Огромный, широкоплечий, пугающий.
Он двигается ко мне.
– Как я могу отказать даме? – произносит хрипло. – Можем сейчас к процессу и приступить.
– К какому? – спрашиваю, рефлекторно отступая.
– К зачатию.
–Хочешь в декрет? – гремит вопрос, заставляя поежится, но не отступаю.
– Да, босс, я хочу в декрет!
Он оборачивается. Глаза горят. Яркий солнечный свет, исходящий от окна, затемняет лицо. Я даже как-то теряюсь. Демонически выглядит. Огромный, широкоплечий, пугающий.
Он двигается ко мне.
– Как я могу отказать даме? – произносит хрипло. – Можем сейчас к процессу и приступить.
– К какому? – спрашиваю, рефлекторно отступая.
– К зачатию.
Поменять хорошую работу на должность помощницы секретаря? Вот они последствия гордости и долгов. Осталось только добавить босса, о котором бы я мечтала днями и ночами, если бы он не изводил меня подколками, считая, что у меня мозгов меньше, чем у курицы. Ну, Дмитрий Александрович, погоди!
Моя жизнь была размеренной и спокойной, пока я не нанял временную ассистентку. Взбалмошная девица перевернула офис вверх дном, внесла сумятицу в мысли. Как хорошо, что нам недолго работать вместе! Но одна совместная командировка меняет всё.
Мой босс – заносчивый зануда. Он считает меня легкомысленной и недалёкой. Тогда почему я постоянно думаю о нём? И почему всё чаще ловлю на себе его обжигающие взгляды?
Мой босс – заносчивый зануда. Он считает меня легкомысленной и недалёкой. Тогда почему я постоянно думаю о нём? И почему всё чаще ловлю на себе его обжигающие взгляды?
С генералом Игорем Тимофеевым нас свела случайность. В день, когда он приехал отдыхать в наш санаторий, я заменяла заболевшую подчиненную, и волею судьбы мы с ним встретились.
И только волею судьбы я забеременела, хотя не могла этого сделать за несколько лет законного брака.
Игорь уехал так же внезапно, как и ворвался в мою жизнь. Уехал, не попрощавшись и ни разу не позвонив потом. Так зачем же ему знать о том, что теперь у него есть дочь.
И только волею судьбы я забеременела, хотя не могла этого сделать за несколько лет законного брака.
Игорь уехал так же внезапно, как и ворвался в мою жизнь. Уехал, не попрощавшись и ни разу не позвонив потом. Так зачем же ему знать о том, что теперь у него есть дочь.
– Я не из тех уродов, кто бросает собственных детей, ясно? – дергает Евсей шеей.
– Да? – реву, как раненный зверь. Да как он вообще может говорить хоть что-то подобное или тем более требовать чего-то от меня! – А из каких ты уродов? Из тех, что спят с практически бесчувственной девушкой, а потом врут, что она потеряла сознание из-за приступа аллергии?
– Нас обоих опоили! – орет, теряя контроль, и меня накрывает больное удовольствие. От того, что смогла вывести его. Что вся эта ситуация и для Зарецкого не проходит так уж легко.
– А я тебя в этом не обвиняю. Но и жить с тобой и на твоих условиях не стану, – расстреливаю его молниями, состоящими из праведного гнева и ненависти. А в ответ он режет по живому:
– Тогда я перестану платить за лечение твоей бабушки.
– Да? – реву, как раненный зверь. Да как он вообще может говорить хоть что-то подобное или тем более требовать чего-то от меня! – А из каких ты уродов? Из тех, что спят с практически бесчувственной девушкой, а потом врут, что она потеряла сознание из-за приступа аллергии?
– Нас обоих опоили! – орет, теряя контроль, и меня накрывает больное удовольствие. От того, что смогла вывести его. Что вся эта ситуация и для Зарецкого не проходит так уж легко.
– А я тебя в этом не обвиняю. Но и жить с тобой и на твоих условиях не стану, – расстреливаю его молниями, состоящими из праведного гнева и ненависти. А в ответ он режет по живому:
– Тогда я перестану платить за лечение твоей бабушки.
Начнем с того, что мне уже давно не 20. Не намного больше, чтобы считать этот возраст детским, но и не так мало, чтобы воспринимать 20-леток всерьез.
У меня есть работа, небольшая, но собственная квартира, есть толстый кот, который любит рыбные консервы и ночные бега. У меня даже есть друзья. Целых двое взрослых, самодостаточных человека.
Мне не на что жаловаться. Хотя…
У меня есть работа, небольшая, но собственная квартира, есть толстый кот, который любит рыбные консервы и ночные бега. У меня даже есть друзья. Целых двое взрослых, самодостаточных человека.
Мне не на что жаловаться. Хотя…
После несчастной первой любви я решила полностью посвятить себя науке: устроилась работать в университет и мечтала стать выдающимся ученым.
Только у моего нового коллеги, чертовски привлекательного доктора наук, совсем иное мнение на этот счет.
Похоже, в скором времени он загубит и мою карьеру, и мою жизнь.
Конечно, так просто я не сдамся, но...
Но что, если эта война обернется для нас возможностью обрести настоящую любовь?
Только у моего нового коллеги, чертовски привлекательного доктора наук, совсем иное мнение на этот счет.
Похоже, в скором времени он загубит и мою карьеру, и мою жизнь.
Конечно, так просто я не сдамся, но...
Но что, если эта война обернется для нас возможностью обрести настоящую любовь?
Выберите полку для книги