Подборка книг по тегу: "студенты"
- Он тебе не по зубам, Авдеева!
- Ты забыла, с кем разговариваешь? - улыбаясь, приподнимаю бровь. - Моя внешность плюс обаяние... Он не устоит!
- Не в этом дело... Разве ты не слышала, что о нем говорят? Он такой странный, пугающий…
- Ерунда! – смеюсь, откидывая назад прядь русых волос. – Он будет моим!
- Спорим, у тебя не получится его охмурить за месяц?
- Спорим!
Адель Авдеева привыкла получать все, что пожелает: будь то наряды знаменитых домов мод, украшения или понравившегося парня. Вот только Рома Аверьянов, новичок на ее потоке, не желает становиться одним из многих, и целенаправленно игнорирует все ее намеки.
Постепенно девчачий спор, начавшийся как безобидная игра, превращается в нечто более серьезное: жертва и хищник меняются местами, и на поверхность всплывают их далеко не безобидные тайны и общее прошлое, которое связывает судьбы молодых людей вопреки их воле.
ВТОРАЯ ЧАСТЬ https://litmarket.ru/books/fors-mazhornye-obstoyatelstva-igra-so-zverem
- Ты забыла, с кем разговариваешь? - улыбаясь, приподнимаю бровь. - Моя внешность плюс обаяние... Он не устоит!
- Не в этом дело... Разве ты не слышала, что о нем говорят? Он такой странный, пугающий…
- Ерунда! – смеюсь, откидывая назад прядь русых волос. – Он будет моим!
- Спорим, у тебя не получится его охмурить за месяц?
- Спорим!
Адель Авдеева привыкла получать все, что пожелает: будь то наряды знаменитых домов мод, украшения или понравившегося парня. Вот только Рома Аверьянов, новичок на ее потоке, не желает становиться одним из многих, и целенаправленно игнорирует все ее намеки.
Постепенно девчачий спор, начавшийся как безобидная игра, превращается в нечто более серьезное: жертва и хищник меняются местами, и на поверхность всплывают их далеко не безобидные тайны и общее прошлое, которое связывает судьбы молодых людей вопреки их воле.
ВТОРАЯ ЧАСТЬ https://litmarket.ru/books/fors-mazhornye-obstoyatelstva-igra-so-zverem
- Разина? - Тимур дарит мне очередной взгляд, полный презрения, - лупоглазая, ты что ли?
Волна возмущения захлестывает меня с головой. На языке вертятся такие фразы, которые приличные девочки вслух не произносят.
- Дай пройти, - резко подаюсь вперёд, демонстративно игнорируя Архарова.
За прошедшие годы он изменился. Возмужал. Выделяется среди наших щуплых одногруппников своей массивной накаченной фигурой. Словно шкаф какой-то.
- Ну уж нет, Беа-та, - по слогам произносит моё имя с гадкой интонацией. Преграждает мне путь намеренно. Оценивает взглядом, скользит по фигуре без капли стеснения, - знаешь, я могу пересмотреть своё решение касательно тебя. Может, я погорячился, когда тебя отшил?
Волна возмущения захлестывает меня с головой. На языке вертятся такие фразы, которые приличные девочки вслух не произносят.
- Дай пройти, - резко подаюсь вперёд, демонстративно игнорируя Архарова.
За прошедшие годы он изменился. Возмужал. Выделяется среди наших щуплых одногруппников своей массивной накаченной фигурой. Словно шкаф какой-то.
- Ну уж нет, Беа-та, - по слогам произносит моё имя с гадкой интонацией. Преграждает мне путь намеренно. Оценивает взглядом, скользит по фигуре без капли стеснения, - знаешь, я могу пересмотреть своё решение касательно тебя. Может, я погорячился, когда тебя отшил?
— Хорошо. Я отвечу на два твоих вопроса, и ты отдашь мне мое имущество.
Кивком соглашаюсь на ее условия.
— Как тебя зовут?
— Полина.
— А это имя настоящее? — с подозрением спрашиваю, стараясь по ее лицу, малейшей легкой мимике понять, скажет она правду или нет.
— Тебе паспорт показать? — дерзко, подняв одну бровку, уточняет.
— Было бы неплохо.
Ухмыляется, отводит взгляд, а после, подвинув ко мне свою сумку, показывает бирку, как и у меня, которую ей прикрепили в аэропорту.
Фамилию она прикрыла, а вот имя я разобрал — Polina.
Ну хоть тут не обманула.
— Хорошо. Верю. Теперь второй. Это ты ухаживала за мной в больнице?
Хитро улыбнувшись, она встает из-за стола, подходит ко мне, сжимает ручку чемодана и, наклонившись к моему уху, отвечает:
— Это уже третий вопрос, красавчик. А мы договаривались на два.
Подмигивает, выпрямляется и делает шаг в сторону, чтобы уйти.
Подрываюсь с места за ней. Первое мое желание — схватить нахалку и не отпускать, заставить говорить правду.
Кивком соглашаюсь на ее условия.
— Как тебя зовут?
— Полина.
— А это имя настоящее? — с подозрением спрашиваю, стараясь по ее лицу, малейшей легкой мимике понять, скажет она правду или нет.
— Тебе паспорт показать? — дерзко, подняв одну бровку, уточняет.
— Было бы неплохо.
Ухмыляется, отводит взгляд, а после, подвинув ко мне свою сумку, показывает бирку, как и у меня, которую ей прикрепили в аэропорту.
Фамилию она прикрыла, а вот имя я разобрал — Polina.
Ну хоть тут не обманула.
— Хорошо. Верю. Теперь второй. Это ты ухаживала за мной в больнице?
Хитро улыбнувшись, она встает из-за стола, подходит ко мне, сжимает ручку чемодана и, наклонившись к моему уху, отвечает:
— Это уже третий вопрос, красавчик. А мы договаривались на два.
Подмигивает, выпрямляется и делает шаг в сторону, чтобы уйти.
Подрываюсь с места за ней. Первое мое желание — схватить нахалку и не отпускать, заставить говорить правду.
Чтобы мама могла сойтись с мужчиной, мне пришлось переехать в другой город, перевестись в новый университет, войти в чужую семью. В которой есть тот, кто меня ненавидит. Мой сводный брат обещал сделать все, чтобы избавиться от нас с мамой, и начал с меня. Но когда на спор нам пришлось поцеловаться, наши отношения стали слишком неоднозначными, потому что я поняла: мой сводный брат хочет меня. И это взаимно.
Нет ничего постоянного, все может измениться в любую секунду.
Однажды прочитав эту фразу, глупо улыбнулась, меня это точно не коснётся, подумала я. И ошиблась.
Восемнадцать лет прожив под крылом родителей, дают устои что ничего не поменяется. Но наша семья оказалась иллюзией, мама нашла нового мужчину, а отец решил что переезд в столицу отличная идея. Пережила, смирилась.
Новый универ? Хорошо! Безбашенные мажоры? Ладно! Но наглый и самовлюбленный парень, в которого я влюбилась в пятнадцать лет. Это уже перебор.
Однажды прочитав эту фразу, глупо улыбнулась, меня это точно не коснётся, подумала я. И ошиблась.
Восемнадцать лет прожив под крылом родителей, дают устои что ничего не поменяется. Но наша семья оказалась иллюзией, мама нашла нового мужчину, а отец решил что переезд в столицу отличная идея. Пережила, смирилась.
Новый универ? Хорошо! Безбашенные мажоры? Ладно! Но наглый и самовлюбленный парень, в которого я влюбилась в пятнадцать лет. Это уже перебор.
- Хотела спросить тебя, Ульрис. Как ты думаешь, ты первый за всю мою жизнь мужчина, который додумался сделать мое тело ставкой в какой-то игре?
Вздрогнув, словно получил пощечину, Кетим невольно прикрыл глаза и сглотнул, а потом кивнул, принимая удар и справедливость упрека:
- Не первый?
- Третий, - спокойно ответила Хетция
Вздрогнув, словно получил пощечину, Кетим невольно прикрыл глаза и сглотнул, а потом кивнул, принимая удар и справедливость упрека:
- Не первый?
- Третий, - спокойно ответила Хетция
Когда Вероника, студентка второго курса с факультета туризма решила подзаработать вебкам-моделью, она считала, что парик, линзы и маска - лучшая конспирация. Но что, если в университете кое-кто уже в курсе её подработки и тщательно скрывает не только её секрет, но и свой?
Нервно открываю конверт, в котором сейчас находится, то что навсегда изменит наши с малышкой жизни. Одно мгновение и я готов сдохнуть.
Совпадение-девяносто один процент.
- Это конец, Макар. – с болью в голосе говорит Ярослава.
- Я исполню своё обещание… Я исчезну...
- Мне похер. – стерев слёзы она оборачивается ко мне. Лёд и стужа в глазах. Холодная ухмылка на губах и взгляд конченной стервы. Всё как и раньше. – Если хоть одна живая душа узнаёт об этой истории, клянусь, я сотру тебя в порошок! Тебя, и твоего папашу!...
Мы как чёртовы Монтекки и Капулетти… Только, наша история в тысячу раз печальнее, чем у Шекспира. Мы привыкли ненавидеть друг друга с самого детства. Привыкли дерзить и хамить. Но, всё изменилось, по иронии судьбы, в городе всех влюблённых. Ненавижу Париж...
Совпадение-девяносто один процент.
- Это конец, Макар. – с болью в голосе говорит Ярослава.
- Я исполню своё обещание… Я исчезну...
- Мне похер. – стерев слёзы она оборачивается ко мне. Лёд и стужа в глазах. Холодная ухмылка на губах и взгляд конченной стервы. Всё как и раньше. – Если хоть одна живая душа узнаёт об этой истории, клянусь, я сотру тебя в порошок! Тебя, и твоего папашу!...
Мы как чёртовы Монтекки и Капулетти… Только, наша история в тысячу раз печальнее, чем у Шекспира. Мы привыкли ненавидеть друг друга с самого детства. Привыкли дерзить и хамить. Но, всё изменилось, по иронии судьбы, в городе всех влюблённых. Ненавижу Париж...
Однажды я пришла смотреть фильм к двум своим друзьям, которым нравлюсь, но которых сама всегда воспринимала исключительно как друзей. Но в этот раз очередной мой отказ выбрать одного из них заканчивается тем, что они теперь решают быть со мной оба. Еще и спорят со мной, заявляя, что мне это понравится! Пытаюсь сопротивляться не только им, но и себе в том числе, но я итак слишком долго оттягивала этот момент, поэтому проигрываю им по всем статьям.
– Ещё никто, слышишь? Никто не смел так унижать Романа Градского. А какая-то деревенщина… – хам окидывает цепким взглядом мой наряд и брезгливо морщится.
– Вот и отлично, – натягиваю на губы улыбку. – Значит, я буду первой.
– Ты извинишься, – чеканит строго.
– Ни за что!
– Это мы ещё посмотрим! – кричит мне вслед. – Я всегда добиваюсь своего.
Нахальный, избалованный мажор унизил меня перед всем университетом, и я ответила ему тем же. Думала, мы больше никогда не встретимся, но по воле случая, теперь он – мой сосед на целый месяц.
Во что же выльется наше соседство: в безумную любовь или взрыв вселенского масштаба?
– Вот и отлично, – натягиваю на губы улыбку. – Значит, я буду первой.
– Ты извинишься, – чеканит строго.
– Ни за что!
– Это мы ещё посмотрим! – кричит мне вслед. – Я всегда добиваюсь своего.
Нахальный, избалованный мажор унизил меня перед всем университетом, и я ответила ему тем же. Думала, мы больше никогда не встретимся, но по воле случая, теперь он – мой сосед на целый месяц.
Во что же выльется наше соседство: в безумную любовь или взрыв вселенского масштаба?
Выберите полку для книги