Книги по тегу «хорошая девушка»: ""
— Дедушка, я должна уехать… — Реву в подушку и прячу от самого родного человека на свете свои глаза. Мне стыдно, что ему приходится переживать косые взгляды из-за меня.
— Что за ерунда? Пошли они все, я знаю, какая ты, и то, что сотворили эти уроды, не меняет тебя. Ты не виновата. — Он обнимает меня, а я продолжаю плакать еще сильнее.
— Виновата дедуль, — качаю головой, — я пошла туда, а ты говорил… Я доверилась Наилю, но в итоге стала кем? Легкодоступной девкой, которую теперь стороной обходят и в которую пальцем тычут. И ты вынужден переживать этот позор из-за меня.
Дед успокаивает меня, но это не помогает. Мне нужно уехать. Я не могу жить тут, каждый смотрит осуждающе. Все видели это. Все. И никто не может наказать этих уродов, ведь четко и ясно видно, что я просила еще и не была против…
ВНИМАНИЕ! ПЕРВАЯ КНИГА СЕРИИ НОСИТ НАЗВАНИЕ
"ПТИЧКА ДЛЯ БЕШЕНОГО"
— Что за ерунда? Пошли они все, я знаю, какая ты, и то, что сотворили эти уроды, не меняет тебя. Ты не виновата. — Он обнимает меня, а я продолжаю плакать еще сильнее.
— Виновата дедуль, — качаю головой, — я пошла туда, а ты говорил… Я доверилась Наилю, но в итоге стала кем? Легкодоступной девкой, которую теперь стороной обходят и в которую пальцем тычут. И ты вынужден переживать этот позор из-за меня.
Дед успокаивает меня, но это не помогает. Мне нужно уехать. Я не могу жить тут, каждый смотрит осуждающе. Все видели это. Все. И никто не может наказать этих уродов, ведь четко и ясно видно, что я просила еще и не была против…
ВНИМАНИЕ! ПЕРВАЯ КНИГА СЕРИИ НОСИТ НАЗВАНИЕ
"ПТИЧКА ДЛЯ БЕШЕНОГО"
Глеб Соколовский – одно только его имя вызывает дрожь отвращения по всему телу. Я ненавижу его со школы. Он доставал меня, не давал прохода, издевался. Я думала, что, наконец, избавлюсь от зазнавшегося любимчика класса, когда поступлю в универ, но Глеб достал меня и тут. Вот только заносчивый мажор ещё не в курсе, что я больше не подхожу на роль козла отпущения.
И на этот раз я дам ему отпор!
И на этот раз я дам ему отпор!
— Далеко собралась, Хрустальная? — насмешливо спрашивает жуткий хриплый голос.
— Пусти! — кричу, ногами в воздухе махаю, руками пытаюсь отцепить его лапу от себя, а ему всё нипочём. — Отпусти! — повторяю дрожащим голосом.
От отчаяния хочется выть в голос, и, как назло, вокруг ни души, да и вряд ли кто-то рискнул бы прийти мне на помощь.
— Отпустить? — удивлённо спрашивает и заднюю дверь открывает. — Как отпустить? Нет, Хрустальная, ты мне задолжала, — добавляет и бросает меня на кожаное сидение, словно мешок с картошкой.
Смотрю на Грозного сверху вниз, если замахнуться, можно отпихнуть его и убежать.
— Даже не думай, — мотает головой, будто мысли мои читает. — Не усугубляй своё положение, — скалится и захлопывает дверь перед моим носом.
— Пусти! — кричу, ногами в воздухе махаю, руками пытаюсь отцепить его лапу от себя, а ему всё нипочём. — Отпусти! — повторяю дрожащим голосом.
От отчаяния хочется выть в голос, и, как назло, вокруг ни души, да и вряд ли кто-то рискнул бы прийти мне на помощь.
— Отпустить? — удивлённо спрашивает и заднюю дверь открывает. — Как отпустить? Нет, Хрустальная, ты мне задолжала, — добавляет и бросает меня на кожаное сидение, словно мешок с картошкой.
Смотрю на Грозного сверху вниз, если замахнуться, можно отпихнуть его и убежать.
— Даже не думай, — мотает головой, будто мысли мои читает. — Не усугубляй своё положение, — скалится и захлопывает дверь перед моим носом.
– Ты влюбишься в меня, Стас Аверин! Влю-бишь-ся! – выкрикиваю что есть силы.
Пальцы подрагивают, пока я застегиваю лифчик, надеваю футболку и натягиваю джинсы.
– Ты очень самонадеянна, Лисица, а я слишком эгоистичен, чтобы кого-то любить.
– Влюбишься! А я разобью тебе сердце, – гневно цежу угрозу прямо в его губы.
– У меня нет сердца, рыжая.
***
Стас Аверин – мажор, бабник и абсолютно безбашенный тип, в которого я умудрилась влюбиться, как только увидела его.
Наша с ним ночь была сказочной и бесподобной. Пока он не вызвал мне такси и не попросил уйти как можно быстрее.
Мои мечты были разбиты на крошечные осколки.
Что ж, Аверин, я и правда сделаю все, чтобы ты в меня влюбился!
Пальцы подрагивают, пока я застегиваю лифчик, надеваю футболку и натягиваю джинсы.
– Ты очень самонадеянна, Лисица, а я слишком эгоистичен, чтобы кого-то любить.
– Влюбишься! А я разобью тебе сердце, – гневно цежу угрозу прямо в его губы.
– У меня нет сердца, рыжая.
***
Стас Аверин – мажор, бабник и абсолютно безбашенный тип, в которого я умудрилась влюбиться, как только увидела его.
Наша с ним ночь была сказочной и бесподобной. Пока он не вызвал мне такси и не попросил уйти как можно быстрее.
Мои мечты были разбиты на крошечные осколки.
Что ж, Аверин, я и правда сделаю все, чтобы ты в меня влюбился!
«Ля Рози» - элитная школа для детишек богатых родителей и тех, кто выцарапал себе место в ней упорным трудом, - бюджетников. Я отношусь ко вторым. Изгой. Простолюдинка – так меня зовут богатые одноклассники. Библиотека и книги – мои единственные друзья. И всё шло, как надо. До тех пор, пока меня не заставили заниматься с Бесом - хулиганом, сыном спонсоров школы и первым красавцем класса.
И как теперь отделаться от проблемы по имени Денис Жданов? А самое главное, что делать с собственными планами на будущее, которые мажор твёрдо вознамерился разрушить?
*Все герои на момент истории совершеннолетние!
И как теперь отделаться от проблемы по имени Денис Жданов? А самое главное, что делать с собственными планами на будущее, которые мажор твёрдо вознамерился разрушить?
*Все герои на момент истории совершеннолетние!
При упоминании имени её дяди во мне всё перевернулось, заставив руки задрожать, а сердце – замереть, будто пытаясь не пустить эти воспоминания дальше в голову. Но я и так ничего не могла вытравить из себя. Я просыпалась и засыпала с мыслями о синих, цвета ночного неба, глазах, волнистых волосах, улыбке, при которой вся моя душа замирала от счастья. Максим приходил ко мне во снах каждую ночь. Протягивая свою сильную руку, звал, но стоило мне приблизиться к нему, как он растворялся, оставляя после себя горечь и следы слез на подушке.
- Делай вид, что их нет. – подхватив подругу под руку, я ускорила шаг, стараясь увеличить расстояние, разделяющее нас и парней. Старалась не прислушиваться к свисту и стёбу сзади. Уже начала радоваться, что получилось уйти без последствий, как вдруг, оглушительно визжа шинами, проехав в полуметре от меня с Катей и резко остановившись, дорогу нам перегородил белоснежный «BMW X1». Стекла тонированные но, даже не видя водителя, я прекрасно знала, кому принадлежит этот автомобиль и мысленно издала горестный стон: по мою душу пожаловал сам демон – Артём Дымов.
— Давай поговорим, — прошу дрожащим голосом.
— Наговорилась уже, на год хватило, — отвечает Давид и, впившись в мой локоть до будущих синяков, тянет к трапу.
— Ты должен меня выслушать, я…
— Ты сейчас сядешь на указанное место и рта не откроешь, пока я не скажу его открыть, для другого дела, — проговаривает со злобой и достаточно громко, привлекая внимание людей вокруг.
— Зачем ты так? — едва не всхлипываю, краснея как спелый помидор от стыда перед незнакомцами.
— А что ты ожидала, Хрустальная? Что выйду из тюрьмы, поженимся и будем жить долго и счастливо? — издевательским тоном спрашивает. — Ты всё потеряла, когда упекла меня за решётку.
— Я не могла…
— Рот закрой, иначе весь самолёт увидит, как ещё ты умеешь им пользоваться.
— Наговорилась уже, на год хватило, — отвечает Давид и, впившись в мой локоть до будущих синяков, тянет к трапу.
— Ты должен меня выслушать, я…
— Ты сейчас сядешь на указанное место и рта не откроешь, пока я не скажу его открыть, для другого дела, — проговаривает со злобой и достаточно громко, привлекая внимание людей вокруг.
— Зачем ты так? — едва не всхлипываю, краснея как спелый помидор от стыда перед незнакомцами.
— А что ты ожидала, Хрустальная? Что выйду из тюрьмы, поженимся и будем жить долго и счастливо? — издевательским тоном спрашивает. — Ты всё потеряла, когда упекла меня за решётку.
— Я не могла…
— Рот закрой, иначе весь самолёт увидит, как ещё ты умеешь им пользоваться.
Роман получил 1 место в категории «Роман-повесть» литературного конкурса «Доброе слово» 2020.
Журналист случайно встречает на Мальте старика, и начинается рассказ о том, что уже можно назвать сказкой.
1940, май: открылась воронка войны для Европы – водоворот событий, затянувший простого моряка французского торгового флота и выбросивший его на скалы форпоста союзников – Мальту. Постоянные авианалёты, смертельные конвои, поражения, отступления. Этот год его жизни оказался зеркалом, отразившим растерянность, отчаяние и надежду миллионов... но надежда у каждого была своя.
Журналист случайно встречает на Мальте старика, и начинается рассказ о том, что уже можно назвать сказкой.
1940, май: открылась воронка войны для Европы – водоворот событий, затянувший простого моряка французского торгового флота и выбросивший его на скалы форпоста союзников – Мальту. Постоянные авианалёты, смертельные конвои, поражения, отступления. Этот год его жизни оказался зеркалом, отразившим растерянность, отчаяние и надежду миллионов... но надежда у каждого была своя.
Надо сопротивляться! Она больше такого не допустит! Надо хотя бы крикнуть, пусть его здесь найдут, пусть накажут! Но целовал он ее до того сладко, что, когда у Милы все же появилась возможность дышать, кричать уже не хотелось.
Хотелось, чтоб все повторилось, как в прошлую ночь.
И все повторялось. Снова.
Снова тихий хриплый голос, горячо шепчущий в ухо:
-Чш-ш-ш-ш, тихо… тихо… тихо, заучка….
Снова грубые, требующие беспрекословного подчинения пальцы, моментально сдирающие с нее незамысловатые майку и шорты, в которых она обычно спала.
За стеной, в соседних комнатах, спали ее однокурсницы, и любой звук мог быть услышан.
Но его это не останавливало, было ощущение, что он наоборот заводился еще больше от того, что его в любой момент могут обнаружить.
Хотелось, чтоб все повторилось, как в прошлую ночь.
И все повторялось. Снова.
Снова тихий хриплый голос, горячо шепчущий в ухо:
-Чш-ш-ш-ш, тихо… тихо… тихо, заучка….
Снова грубые, требующие беспрекословного подчинения пальцы, моментально сдирающие с нее незамысловатые майку и шорты, в которых она обычно спала.
За стеной, в соседних комнатах, спали ее однокурсницы, и любой звук мог быть услышан.
Но его это не останавливало, было ощущение, что он наоборот заводился еще больше от того, что его в любой момент могут обнаружить.
Выберите полку для книги