Книги по тегу «эротика»: ""
–Выйди из комнаты.Ты что вообще тут делаешь?–мой голос стал хриплым и дрожащим.
–Оу,Принцесса вдруг стала такой дерзкой!?
–Отвали.Я щас кричать начну и позову родителей.
– Кричи сколько душа пожелает крошка,тут тебя никто не услышит.Родители слишком заняты чтоб смотреть за тобой–он улыбнулся злобно и это меня пугало.
–Оу,Принцесса вдруг стала такой дерзкой!?
–Отвали.Я щас кричать начну и позову родителей.
– Кричи сколько душа пожелает крошка,тут тебя никто не услышит.Родители слишком заняты чтоб смотреть за тобой–он улыбнулся злобно и это меня пугало.
Три года Нина была невидимкой в собственном браке. Потом отец мужа позвал её позировать — и её тело впервые начали видеть по-настоящему.
— Замёрзла?
— На улице минус двадцать, — ответила я.
— Я не об этом спросил.
— Ты замёрзла внутри, — сказал он. — Снаружи это неважно.
Студия, пахнущая скипидаром и глиной, становится единственным местом, где Нина перестаёт прятать руки. Художник и скульптор учат её смотреть на себя чужими глазами — и заодно превращают тихую домохозяйку в женщину, которая наконец решается уйти. Чувственный, откровенный роман о выборе между привычной пустотой и опасной, живой правдой о себе.
— Замёрзла?
— На улице минус двадцать, — ответила я.
— Я не об этом спросил.
— Ты замёрзла внутри, — сказал он. — Снаружи это неважно.
Студия, пахнущая скипидаром и глиной, становится единственным местом, где Нина перестаёт прятать руки. Художник и скульптор учат её смотреть на себя чужими глазами — и заодно превращают тихую домохозяйку в женщину, которая наконец решается уйти. Чувственный, откровенный роман о выборе между привычной пустотой и опасной, живой правдой о себе.
Я — руководитель отдела продаж, идеальная жена, но за пять лет безуспешных попыток забеременеть я превратилась в механизм без чувств. Мой свёкор, известный гинеколог, и его молодой ассистент видят во мне не пациентку, а женщину, которая отчаянно нуждается в освобождении. И когда они предлагают мне полное доверие, я понимаю: это мой последний шанс, и я готова переступить все границы, чтобы снова почувствовать себя живой и обрести надежду
Я была обычным ветеринаром.
Меня похитили. Сделали пленницей. Для вождя племени орков я должна была стать матерью будущего наследника, а шаман был уверен, что сама судьба привела меня к ним.
Я мечтала сбежать.
Но чем больше узнавала этот суровый мир, тем труднее становилось ненавидеть тех, кого считала чудовищами.
Особенно когда оказалось, что мои знания способны спасать жизни.
Только вот у свободы иногда бывает совсем другое лицо...
Меня похитили. Сделали пленницей. Для вождя племени орков я должна была стать матерью будущего наследника, а шаман был уверен, что сама судьба привела меня к ним.
Я мечтала сбежать.
Но чем больше узнавала этот суровый мир, тем труднее становилось ненавидеть тех, кого считала чудовищами.
Особенно когда оказалось, что мои знания способны спасать жизни.
Только вот у свободы иногда бывает совсем другое лицо...
Я приехала на майские к любимому, но он бросил меня.
Вместо него — свекор и его тяжелый, изучающий взгляд.
Он увидел во мне больше, чем я сама готова была признать.
В ту ночь я впервые сделала выбор не ради кого-то, а вопреки себе.
Я шагнула за грань. Туда, где нет свидетелей, где нет оправданий, где есть только я и моя тишина.
Вместо него — свекор и его тяжелый, изучающий взгляд.
Он увидел во мне больше, чем я сама готова была признать.
В ту ночь я впервые сделала выбор не ради кого-то, а вопреки себе.
Я шагнула за грань. Туда, где нет свидетелей, где нет оправданий, где есть только я и моя тишина.
Она хоронит мать — и в тот же день теряет свободу. Три опекуна, три чужих мужчины в особняке за коваными воротами, и завещание, по которому выбирать больше не ей. Но в кабинете отчима есть сейф, а в сейфе — компромат на всех троих.
— Ты не представляешь, во что влезаешь, — говорит Виктор.
— Представляю, — отвечает она. — Я знаю, что вы все сядете.
Она входит в этот дом жертвой. Выходит из-за стола — тем, кого боятся. Три ужина, три исповеди, три мужчины, которые когда-то делили её мать между собой — и теперь один за другим оказываются у её ног. Психологическая эротика без полутонов: власть, ложь длиной в десять лет и правила, которые диктует она.
— Ты не представляешь, во что влезаешь, — говорит Виктор.
— Представляю, — отвечает она. — Я знаю, что вы все сядете.
Она входит в этот дом жертвой. Выходит из-за стола — тем, кого боятся. Три ужина, три исповеди, три мужчины, которые когда-то делили её мать между собой — и теперь один за другим оказываются у её ног. Психологическая эротика без полутонов: власть, ложь длиной в десять лет и правила, которые диктует она.
Я всегда пряталась. От чужих взглядов, от комплексов, от себя самой. Но когда мой босс Максим прижал меня к стеклянному столу и прошептал: «Ты — моя», я поняла, что прятаться больше не получится. Его зам Денис не заставил себя ждать — он пришёл с компроматом и ультиматумом, от которого у меня не осталось выбора.
Теперь я живу по их правилам. Они думают, что полностью контролируют меня. Но я вижу их страхи, их тайны, их уязвимости. Я коплю эту силу, чтобы в нужный момент перевернуть доску.
Теперь я живу по их правилам. Они думают, что полностью контролируют меня. Но я вижу их страхи, их тайны, их уязвимости. Я коплю эту силу, чтобы в нужный момент перевернуть доску.
Она всегда чувствовала себя лишней. Слишком большой для этого дома, слишком тихой для этого мира. Когда мать уезжает в командировку, а отчим Егор приводит в дом друга Матвея, привычная жизнь Раи превращается в клетку. Но самая страшная ловушка — внутри неё самой. Двое мужчин смотрят на неё не как на дочь или гостью, а как на добычу. И Рае предлагают выбор: сказать «нет» и остаться одной… или сказать «да» и потерять себя.
Каждую ночь границы стираются. Каждое прикосновение ломает её старые страхи. Но что, если она не хочет, чтобы это прекращалось?
— Ты ей не можешь сказать, — говорит Матвей.
— Знаю.
— А хотела бы?
— Нет, — шепчет Рая. — Без вас я не могу.
Это не просто эротическая драма. Это история о том, как одиночество искажает желания, а стыд превращается в зависимость. Сможет ли Рая вернуть себе право на «нет» или навсегда останется их общей тайной?
Каждую ночь границы стираются. Каждое прикосновение ломает её старые страхи. Но что, если она не хочет, чтобы это прекращалось?
— Ты ей не можешь сказать, — говорит Матвей.
— Знаю.
— А хотела бы?
— Нет, — шепчет Рая. — Без вас я не могу.
Это не просто эротическая драма. Это история о том, как одиночество искажает желания, а стыд превращается в зависимость. Сможет ли Рая вернуть себе право на «нет» или навсегда останется их общей тайной?
Проснуться в зарослях крапивы после корпоратива — полбеды.
Обнаружить, что ты попаданка в теле красотки с ключом от психбольницы — уже сюжет.
Я — Нина, теперь Изабелла, хозяйка усадьбы на грани закрытия.
Пациенты принимают меня за воскресшую королеву, а единственный, кто не льстит, а обещает сжечь реальность дотла, — Алдис, властный наг в цепях и смирительной рубахе.
Я обязана его вылечить... Но когда я касаюсь его лица, темные глаза меняют цвет, а в животе порхают бабочки… и это проблема посерьёзнее, чем больная голова после корпоратива.
Спойлер: у нас обоих ничего не вышло. Зато будет жарко, абсурдно до колик в животике и просто хорошего настроения на 18+
Обнаружить, что ты попаданка в теле красотки с ключом от психбольницы — уже сюжет.
Я — Нина, теперь Изабелла, хозяйка усадьбы на грани закрытия.
Пациенты принимают меня за воскресшую королеву, а единственный, кто не льстит, а обещает сжечь реальность дотла, — Алдис, властный наг в цепях и смирительной рубахе.
Я обязана его вылечить... Но когда я касаюсь его лица, темные глаза меняют цвет, а в животе порхают бабочки… и это проблема посерьёзнее, чем больная голова после корпоратива.
Спойлер: у нас обоих ничего не вышло. Зато будет жарко, абсурдно до колик в животике и просто хорошего настроения на 18+
Мистический туман, авария... и вот Ирина уже в больничной палате магической академии с пуританским уклоном. Да еще и в теле двойника. Все бы ничего, но вместе с ней туда попали и ее женихи. И как же поступить? Принять строгие условия академии? Или переделать под себя, попутно раскрепощая студентов, даря им сладкий вкус запретного плода.
Выберите полку для книги