Книги по тегу «юмор и ирония»: ""

С помощью бабушкиного фамильяра Баала, я свергаю тиранию в детском садике! Игрушки – детям! Власть – карапузам!
После этого у меня наконец появляется время для неистовой прокачки! Как раз пригождается техника Греха Зависти – "Похищение Ядра". Я могу поглощать саму сущность убитого существа, и Баал предлагает начать с демонов – тех, кого уже не спасти. Хороший план стать сильнее. И он работает! До тех пор, пока за мной не приходит нечто большее, чем демон…
Как я буду справляться с ТАКИМ врагом? Как я буду выбираться из ТАКОГО места? Я не знаю. Но я обязательно справлюсь. Ведь я – Михаэль Кайзер, и мой талант в Адаптации. Я покажу вам, демоны, насколько страшны карапузы!

Содержание цикла "Первый среди карапузов":
Книга 1. Наномашины, сынок!
Книга 2. Наномашины, внучок!
Книга 3. Наномашины, демонёнок!
Книга 4. Наномашины, первоклашка!
Книга 5. Наномашины, зверёныш!
Книга 6. Наномашины, дьяволёнок!

Читает: Кейнз Олег, Тверская Алиса

© Новиков Николай
© ИДДК

Финал истории русского сантехника Бориса Глобального близок. На этот раз придётся построить дом, чтобы заселить гарем с придатком, а вместо одного дерева лучше сразу замахнуться на лес. Так как мыслить нужно глобальнее, а жить – по-доброму. Но правильно жить не означает избегать конфликтов. И если в первую очередь Боре придётся разобраться с женщинами, то во-вторую – с новой роднёй. Так и появляются кланы. Зато каждый в городе теперь хочет быть сантехником. Ведь трудоустройство – гарантировано, а главное, что мужики одобряют.

Журналист Дима отбывает скучную редакционную рутину, когда его начальник, в погоне за дешёвой сенсацией, отправляет его в глухую деревню Кривые Ключи — туда, где год назад бесследно исчез другой репортёр. По слухам, в тамошних лесах живёт колдун Ефим, который знается с чертями, видит ангелов и забирает людей. Дима соглашается ради карьеры, ещё не зная, что «сказки» старого ведуна обернутся пророчеством, которое невозможно отменить. Но что страшнее: исчезнуть в лесу у колдуна — или вернуться обратно, когда тебя уже успели насчитать по ту сторону?

Жизнь была жестока к Джейку Степфорду. В ту пору, когда он был славным розовощеким младенцем, его колыбелька стояла в комнате, украшенной в стиле рококо: все эти, знаете ли, отечные нимфы, расчесывающие волосы, сидя в раковинах, фавны и пухлощекие младенцы. Лежал Джейк в колыбельке, созерцал расписной потолок с золотыми завитушками и портил художественный вкус.

Короткие рассказы и новеллы с юмором, сардонической улыбкой или претензией на них. От смешного до фантастики один шаг порой и длиной в жизнь. Небольшие тексты позволяют сделать множество шажков, а дорогу приятней и веселей, хотя и длинней. Долгих лет всем читателям.
Тексты писались в разные исторические периоды жизненного пути, поэтому эклектика стилей присутствует. Понять и простить. Поощрять можно морально, но лучше - материально. Последнее не наказуемо.

Лия давно не питает никаких иллюзий по отношению к жизни. Она резка, цинична и вспыльчива, но ровно до того предела, пока ее собственная нервная система не начинает ее предавать. Диагноз, поставленный ей еще в подростковом возрасте, заставил ее принять правила игры в современном мире, и она изо всех сил старается удержать свое сознание в текущей реальности. А еще ей нравится Демид, который курирует полулегальный бизнес дяди ее подруги. Вот только этот холодный и сильный мужчина, кажется, еще не совсем осознал, во что вляпался, пытаясь обезопасить Лию от самой себя.

🌸🌸 РОМАН ЗАВЕРШЕН🌸🌸

Я опоздала на яхту на семь минут.
Потеряла туфлю в Средиземном море.
Облила кофе капитана.
Капитан был высокий, темноволосый, с такими скулами которые лепят не для обычных людей, для каких-то других, специальных.
Суровый. Немногословный. Совершенно невозможный.
– Ваша туфля уплыла.
– Вижу.
– Второй остался.
– Тоже вижу.
Туфлю он принес сам. Вечером. Молча. И ушел. Это была моя первая ошибка: решить что это ничего не значит.
Круиз. Средиземное море. Красавчик в белой форме.

«Капитан моего сердца» – роман о том как потерять что-то одно и найти все остальное.

Четверо избранных. Один мешок проклятого золота. И полный бардак.

В таверне «Последний привал» всегда пахло приключениями. Но сегодня запах стал слишком навязчивым.

Элара, эльфийка высшего круга, мечтала о тишине и порядке. Финн, человек-наёмник — о горячем обеде. Брунна, гномиха-кузнец — о новой наковальне. Кхаро, дракон в человеческой форме — о крепком сне.

Вместо этого они получили бога-плута Шиммера, мешок проклятого золота и срочное задание: отнести золото в Забытые пещеры, иначе — конец света.

— Дядя, ты не видел здесь Мулку?
Оборачиваюсь, и мои глаза падают к земле. Маленькая кнопка с растрепанными косичками и веснушками на носу, по-деловому уперев руки в бока, смотрит на меня снизу вверх.
— Мулку? — удивляюсь.
— Нет! Мулку! — будто поправляет меня, со взрослой нетерпимостью. Но я не понимаю.
— А кто это?
— Мулка — это наша кошка. Она плопала.
— А! Понял. Нет, не видел.
— Ясно. Опять загуляла.
Я чуть не прыскаю от такого замечания. Девчушка совсем маленькая, не больше пяти лет.
— А ты тут откуда взялась? Скоро стемнеет. Где твоя мама?
— Мама лаботает, — кивает на больницу. — И Мулка ушла, — вздыхает.— Никаких сил на них нет.
— Тебя как зовут-то? — интересуюсь у этой деловой.
— Настя. А тебя как?
— Олег или Горыныч.
— Голыныч? Смешно. Как в сказке.
— А сказка — она у вас тут кругом, Насть.
— Не велю. Я узе взлослая. Но ты похош. Только голова одна.
Усмехаюсь на ее замечание. Забавная такая. Мимика... Забаву напоминает чем-то...
И меня снова дергает внутри о

— Вы мне не подходите для зала.
— Это вы по моему лицу поняли или по размеру?
Шеф медленно поднимает на меня взгляд. Холодный, тяжелый, такой, от которого хочется либо сбежать, либо сказать что-нибудь дерзкое.
— По характеру, — отвечает он. — Слишком острый.
— Зато честный.
— Вот это и проблема.
Я пришла в его ресторан за работой, а не за мужчиной с каменным лицом и руками, которые умеют держать кухню, людей и меня — слишком уверенно. Я полная. Не удобная картинка для открытой кухни. Не та, кого ставят рядом с шефом перед важными гостями и камерами. Но почему-то именно меня Давид оставляет возле себя, когда все летит к черту: сорванные поставки, чужие интриги, слухи, его тяжелая семья и женщины, которых рядом с ним считают куда более подходящими.