Читать и слушать книги
— Ты их дразнишь, — говорит он. — Своей стряпней. Своим телом.
— Я просто делаю свою работу.
— Ты слишком хорошо ее делаешь.
Он поднимается. Медленно подходит ко мне. Я не отступаю. Не отвожу взгляд.
— Ты ревнуешь, — говорю я.
Это наглость. Это самоубийство. Но я устала бояться. Я хочу понять, что между нами происходит.
Он замирает. Его ноздри раздуваются.
— Что?
— Ты ревнуешь, — повторяю я. — Когда твои люди смотрят на меня. Когда они хотят попробовать. Ты как зверь, который не хочет делиться добычей.
Он молчит. В его глазах буря. А потом он вдруг сгребает меня в охапку, и я роняю ложку, и она с глухим стуком падает на пол. Он не целует. Он берет. ..
— Я просто делаю свою работу.
— Ты слишком хорошо ее делаешь.
Он поднимается. Медленно подходит ко мне. Я не отступаю. Не отвожу взгляд.
— Ты ревнуешь, — говорю я.
Это наглость. Это самоубийство. Но я устала бояться. Я хочу понять, что между нами происходит.
Он замирает. Его ноздри раздуваются.
— Что?
— Ты ревнуешь, — повторяю я. — Когда твои люди смотрят на меня. Когда они хотят попробовать. Ты как зверь, который не хочет делиться добычей.
Он молчит. В его глазах буря. А потом он вдруг сгребает меня в охапку, и я роняю ложку, и она с глухим стуком падает на пол. Он не целует. Он берет. ..
Отправимся на поиски затерянной Атлантиды? Спасибо, не хочу!
Как это нельзя отказаться? Совсем нельзя?
Сделка с водным магом на желания? Казалось бы, в чем подвох?
Согласившись на сделку с водным магом, я и не думала, что стану для него золотой рыбкой, исполняющей его странные желания. И что мне это даже… понравится.
Правда, не сразу. И не только странные
Как это нельзя отказаться? Совсем нельзя?
Сделка с водным магом на желания? Казалось бы, в чем подвох?
Согласившись на сделку с водным магом, я и не думала, что стану для него золотой рыбкой, исполняющей его странные желания. И что мне это даже… понравится.
Правда, не сразу. И не только странные
Карты предрекли мне в судьбу дроу.
Я, конечно, просила у вселенной необычного мужчину, но не настолько же! Он кланяется, шепчет «госпожа» и не понимает, кто платит в кафе.
Рассказывает, как принято в матриархате, а я требую равенства.
Но когда его пальцы касаются моей кожи, все чакры вспыхивают разом.
Кажется, Таро надо мной смеются. Или нет?
Что победит? Его воспитание или наша искра?
Я, конечно, просила у вселенной необычного мужчину, но не настолько же! Он кланяется, шепчет «госпожа» и не понимает, кто платит в кафе.
Рассказывает, как принято в матриархате, а я требую равенства.
Но когда его пальцы касаются моей кожи, все чакры вспыхивают разом.
Кажется, Таро надо мной смеются. Или нет?
Что победит? Его воспитание или наша искра?
— Где я? — слова вырвались хриплыми, чужими.
Он наконец поднял взгляд. В его глазах не было ни удивления, ни жалости — только холодная насторожённость, как у зверя, который не знает, друг перед ним или добыча.
— В моём лесу, — коротко ответил он. — И если хочешь выжить, не делай резких движений. Здесь резкие движения заканчиваются кровью.
Один вечер на пыльном чердаке обернулся катастрофой. Еще недавно я ходила на скучную нелюбимую работу, как вдруг оказалась в странном лесу, заполненном оборотнями. Волнительнее всего оказалось то, что на меня обратил внимание сам Альфа стаи.
Альфа, над которым зависло проклятье... проклятье, к которому каким-то образом я имею прямое отношение.
Он наконец поднял взгляд. В его глазах не было ни удивления, ни жалости — только холодная насторожённость, как у зверя, который не знает, друг перед ним или добыча.
— В моём лесу, — коротко ответил он. — И если хочешь выжить, не делай резких движений. Здесь резкие движения заканчиваются кровью.
Один вечер на пыльном чердаке обернулся катастрофой. Еще недавно я ходила на скучную нелюбимую работу, как вдруг оказалась в странном лесу, заполненном оборотнями. Волнительнее всего оказалось то, что на меня обратил внимание сам Альфа стаи.
Альфа, над которым зависло проклятье... проклятье, к которому каким-то образом я имею прямое отношение.
Марта пришла в драконью пещеру только за просроченной книгой. Штраф — одиннадцать тысяч золотых, и она не намерена списывать книгу. Но дракон Кассиан, три тысячи лет не практиковавшийся в человеческом облике, книгу не отдаёт, а вместо этого предлагает ужин и неожиданное признание: он понятия не имеет, как ухаживать за женщиной, потому что «Энциклопедия сокровищ» оказалась про золото, а не про любовь. Марта решает провести ликбез. Осложнения: он дымится от поцелуев, сшибает мебель крыльями и в порыве страсти начинает покрывать её золотой чешуёй — фамильной, между прочим. Оказывается, у драконов это предложение руки и сердца. Марта пришла за книгой, а получила сокровище. Сделка века.
Муж спал с коллегой, родные твердили: "Не дури". Я взяла собаку и ушла в ночь. А потом появился ОН — альфа, который умеет ждать, брать своё и рычать так, что подкашиваются ноги. Муж теперь один, а я — в постели с хищником, и мне это нравится.
Хозяин долины не смог смириться с побегом опасной истинной. Измучив себя размышлениями, он отправляется в погоню за своей вздорной возлюбленной, но натыкается на старика, который говорит, что, возможно, его девочка уже перешла черту и стала безумным демоном.
Мике придется разобраться с проклятием поселения, чтобы понять, почему оно привлекло пожирательницу.
Мике придется разобраться с проклятием поселения, чтобы понять, почему оно привлекло пожирательницу.
— Ты хочешь сказать, что деревенская пышка заменит ту, кого я выбрал?
Пышка.
Слово обожгло сильнее пощечины, но я лишь вскинула подбородок.
— Именно так, милорд. У нас говорят: пухлые женщины теплее. А худые быстро замерзают. Вам ли не знать, повелитель льдов?
В зале воцарилась тишина.
— Дерзкая, — холодно произнес Ледяной дракон. — Ты хоть понимаешь, на что себя обрекаешь?
— Понимаю. Я спасаю сестру. И этого достаточно.
Я заняла место сестры, чтобы спасти ей жизнь. Но не ожидала, что мой огонь станет единственным шансом для Ледяного дракона. Только чем сильнее тает его лед, тем труднее мне не отдать ему свое сердце.
Пышка.
Слово обожгло сильнее пощечины, но я лишь вскинула подбородок.
— Именно так, милорд. У нас говорят: пухлые женщины теплее. А худые быстро замерзают. Вам ли не знать, повелитель льдов?
В зале воцарилась тишина.
— Дерзкая, — холодно произнес Ледяной дракон. — Ты хоть понимаешь, на что себя обрекаешь?
— Понимаю. Я спасаю сестру. И этого достаточно.
Я заняла место сестры, чтобы спасти ей жизнь. Но не ожидала, что мой огонь станет единственным шансом для Ледяного дракона. Только чем сильнее тает его лед, тем труднее мне не отдать ему свое сердце.
Когда тебя продают, как вещь, ты перестаёшь мечтать. Когда тебя похищают, ты перестаёшь верить...
Сможет ли цветок лотоса, сломленный чужими руками, принять любовь того, кто сам считает себя чудовищем? Или их союз станет искрой, что сожжёт дотла оба мира?
Сможет ли цветок лотоса, сломленный чужими руками, принять любовь того, кто сам считает себя чудовищем? Или их союз станет искрой, что сожжёт дотла оба мира?
Муж - изменник , любовница-психопатка, авария среди ночи и ОН - который смотрит на меня как на добычу. Я не собиралась становиться чьей-то истинной парой, но когда он рядом, я забываю, как дышать — и как ненавидеть
Выберите полку для книги