Читать и слушать книги
Надя — лучший менеджер в своей сфере. Она способна утихомирить буйного оборотня в полнолуние, договориться с вампиром о бескровном завтраке и успокоить призрака, который застрял в лифте. Её отель — идеальное убежище для нечисти, которая устала прятаться от людей. Единственная проблема: люди не должны знать, что это место существует.
Идиллия рушится, когда на пороге появляется незваный гость — молодой, красивый и до ужаса дотошный инспектор. Он человек, и у него есть приказ проверить отель. Надя в панике: все постояльцы используют маскировочные амулеты, чтобы казаться людьми, но если инспектор заметит что-то неладное, отец-основатель лишит её не только работы, но и жизни.
Задача кажется невыполнимой. Прямо перед ужином главный оборотень отеля, страдающий аллергией на серебро, теряет свой амулет в суповой тарелке. Его истинный облик начинает проявляться, и теперь вся нечисть отеля, от кухонных гремлинов до воровки-кицунэ, пытается скрыть это безобразие от инспектора.
Идиллия рушится, когда на пороге появляется незваный гость — молодой, красивый и до ужаса дотошный инспектор. Он человек, и у него есть приказ проверить отель. Надя в панике: все постояльцы используют маскировочные амулеты, чтобы казаться людьми, но если инспектор заметит что-то неладное, отец-основатель лишит её не только работы, но и жизни.
Задача кажется невыполнимой. Прямо перед ужином главный оборотень отеля, страдающий аллергией на серебро, теряет свой амулет в суповой тарелке. Его истинный облик начинает проявляться, и теперь вся нечисть отеля, от кухонных гремлинов до воровки-кицунэ, пытается скрыть это безобразие от инспектора.
Десять лет я режу пряничные доски, от которых ахает весь город. Ахает – и кланяется дяде: клеймо-то на досках его. А я при мастерской так, из милости. Стружку мету. Квас подаю.
Молчать я умею – выучена. Молчала бы и дальше, да в город приехал заказ: свадьба княжны, тысяча пряников, и принимать работу будет сам молодой князь. Тот самый, который задает мастерам по три вопроса – и мой дядя утонул на первом.
А еще князь нашел в узоре ласточку. Малую, с ноготь, в левом завитке – мою тайную подпись. И теперь он ездит по мастерским с доскою под мышкой и ищет не мастера.
Он ищет руку.
Прятаться? Поздно. Отдать ему все на блюдечке? Ну уж нет: свое имя я подниму со дна сама – со слепым судом, с артелью из восьми пряничниц, глухого подмастерья и двух вдов, и пусть цех при всем народе скажет вслух, чья рука резала эти десять лет.
Молчать я умею – выучена. Молчала бы и дальше, да в город приехал заказ: свадьба княжны, тысяча пряников, и принимать работу будет сам молодой князь. Тот самый, который задает мастерам по три вопроса – и мой дядя утонул на первом.
А еще князь нашел в узоре ласточку. Малую, с ноготь, в левом завитке – мою тайную подпись. И теперь он ездит по мастерским с доскою под мышкой и ищет не мастера.
Он ищет руку.
Прятаться? Поздно. Отдать ему все на блюдечке? Ну уж нет: свое имя я подниму со дна сама – со слепым судом, с артелью из восьми пряничниц, глухого подмастерья и двух вдов, и пусть цех при всем народе скажет вслух, чья рука резала эти десять лет.
Катя Тихонова умела танцевать. И больше ничего не умела. Поэтому работала в ночном клубе, танцуя в кордебалете. Исполняла и приватные танцы. Почему нет? За них хорошо платили, а гости рук не распускали, запрещено правилами клуба. Все было прекрасно в ее жизни… до тех пор, пока однажды за приватный танец с ее участием не заплатил ужасно мрачный тип.
Катерина попадет в иной мир, станет объектом интереса опасного лорда, и именно его ей предстоит одурачить, чтобы вернуться домой.
Катерина попадет в иной мир, станет объектом интереса опасного лорда, и именно его ей предстоит одурачить, чтобы вернуться домой.
Вера Строгова — судебный маг-форензик. Ее работа — читать следы магии на телах нелюдей, погибших при странных обстоятельствах. Она привыкла к рутине: холодный морг, ночные смены, формалин. Но однажды на ее стол попадает вампир, чья душа не покинула тело — она была выжжена дотла, а магические каналы забиты пеплом.
Вера понимает: это не убийство. Это стирание.
Вера понимает: это не убийство. Это стирание.
Она - лучшая студентка академии Эребор. Он - её главный соперник, эльф с многолетним опытом, высокомерный и опасный. Четыре года они ненавидят друг друга. Но когда семья Дафны оказывается на грани гибели, именно он приходит на помощь - и предлагает брак. Она соглашается, потому что выбора нет. Но чем ближе они становятся, тем сильнее страсть, вспыхнувшая между ними.
Мне сорок пять, и начинать жизнь с нуля я совершенно не планировала. Особенно — в другом мире.
Один шаг через неправильную дверь, и вместо своей кухни я получаю разорённую кондитерскую, гору долгов и всего тридцать дней, чтобы спасти её от гильдии.
Есть только одна проблема. По древнему закону каждый день мою сладость должен принимать городской дракон Эйден Краст — мужчина, который двенадцать лет ненавидит эту кондитерскую и принципиально ничего здесь не покупает.
Что ж, у меня за плечами двадцать лет работы с сахаром, у него — драконье пламя, а у нас обоих слишком упрямый характер.
Вот только скоро выяснится, что сохранить «Белую карамель» гораздо проще, чем разобраться, почему наше совместное пламя повторяет катастрофу двенадцатилетней давности.
Тридцать дней. Одна кондитерская. Один очень несговорчивый дракон.
И второй шанс, которого я совсем не ждала.
Один шаг через неправильную дверь, и вместо своей кухни я получаю разорённую кондитерскую, гору долгов и всего тридцать дней, чтобы спасти её от гильдии.
Есть только одна проблема. По древнему закону каждый день мою сладость должен принимать городской дракон Эйден Краст — мужчина, который двенадцать лет ненавидит эту кондитерскую и принципиально ничего здесь не покупает.
Что ж, у меня за плечами двадцать лет работы с сахаром, у него — драконье пламя, а у нас обоих слишком упрямый характер.
Вот только скоро выяснится, что сохранить «Белую карамель» гораздо проще, чем разобраться, почему наше совместное пламя повторяет катастрофу двенадцатилетней давности.
Тридцать дней. Одна кондитерская. Один очень несговорчивый дракон.
И второй шанс, которого я совсем не ждала.
В 2026 году Александра Ветрова решала чужие кризисы профессионально. А потом открыла глаза в 1894-м — в теле богатой наследницы и прямо посреди предложения руки и сердца.
Теперь у неё тридцать дней, чтобы выбрать одного из трёх одобренных женихов. Иначе огромное состояние перейдёт под управление её слишком заботливого кузена.
Проблема в том, что Александра не собирается выходить замуж ни за одного из кандидатов.
А ещё кто-то очень не хочет, чтобы она добралась до старых семейных счетов.
Помочь ей может лорд Джулиан Арден — единственный мужчина, которому Александра постепенно начинает доверять.
И единственный, за кого ей запрещено выходить замуж.
Теперь у неё тридцать дней, чтобы выбрать одного из трёх одобренных женихов. Иначе огромное состояние перейдёт под управление её слишком заботливого кузена.
Проблема в том, что Александра не собирается выходить замуж ни за одного из кандидатов.
А ещё кто-то очень не хочет, чтобы она добралась до старых семейных счетов.
Помочь ей может лорд Джулиан Арден — единственный мужчина, которому Александра постепенно начинает доверять.
И единственный, за кого ей запрещено выходить замуж.
Некогда великая империя Да Хуань начала гнить изнутри из-за продажных чиновников и коррумпированной системы. Умирающий император готов передать трон юному наследнику, но, опасаясь за его жизнь, обращается к двум неоднозначным и влиятельным фигурам при дворе — Сяо Юаню, наследнику князя Су, и Лин Шуан, дочери первого советника империи.
Интересы этих двоих совпадают, а их союз не сулит ничего хорошего продажному двору. Хитрые и опасные, они не собираются спасать Да Хуань от краха. Они будут её исправлять.
Методы Юаня и Шуан далеки от добродетели, но имеет ли значение цена, если результатом станет процветающая империя?
«Ведь добродетель способна утешить боль несправедливости. И лишь истинное зло воздаст виновным по заслугам».
Интересы этих двоих совпадают, а их союз не сулит ничего хорошего продажному двору. Хитрые и опасные, они не собираются спасать Да Хуань от краха. Они будут её исправлять.
Методы Юаня и Шуан далеки от добродетели, но имеет ли значение цена, если результатом станет процветающая империя?
«Ведь добродетель способна утешить боль несправедливости. И лишь истинное зло воздаст виновным по заслугам».
Устала от всего: работы, орущего босса, изменившего мужа и маминых нравоучений. А потом — раз! — и очнулась в другом мире, в чужом теле. Местный муж, кстати, тоже оказался козлом: изменил, выгнал в лес, и плевать хотел, выживу я или нет.
А я... обрадовалась! Свобода! Ни тебе дедлайнов, ни упрёков. Есть только старый дом в чаще, который я приведу в порядок, и тишина.
Но в первую же ночь из-за двери раздался плач. С кочергой наперевес я пошла разбираться. И нашла... Кощея Бессмертного. Красивый, бледный, с белыми волосами и таким несчастным лицом, что я его пожалела.
Зря.
Теперь он ходит за мной хвостом и заявляет: «Женюсь!». А мне не надо! Я только начала жить для себя... Но, кажется, у леса, Бабы Яги и самой судьбы на мой счёт другие планы.
И чем дальше, тем сложнее сказать «нет» этому нелепому Бессмертному, который так трогательно умеет ворчать и... любить?
А я... обрадовалась! Свобода! Ни тебе дедлайнов, ни упрёков. Есть только старый дом в чаще, который я приведу в порядок, и тишина.
Но в первую же ночь из-за двери раздался плач. С кочергой наперевес я пошла разбираться. И нашла... Кощея Бессмертного. Красивый, бледный, с белыми волосами и таким несчастным лицом, что я его пожалела.
Зря.
Теперь он ходит за мной хвостом и заявляет: «Женюсь!». А мне не надо! Я только начала жить для себя... Но, кажется, у леса, Бабы Яги и самой судьбы на мой счёт другие планы.
И чем дальше, тем сложнее сказать «нет» этому нелепому Бессмертному, который так трогательно умеет ворчать и... любить?
Мир, в который попала Теона, изгнанная ковеном и проклятая вечностью, встретил её оскалом чуждых законов. Здесь магия — не дар, а клеймо, тягчайшее из преступлений, за которое судят без пощады. И теперь ей, созданной из силы и древней крови, приходится прятать своё естество, как воровке краденое, затаив дыхание под прицелом чужих глаз.
Но как остаться безучастной, когда люди вокруг тают с пугающей быстротой, сгорая за считанные годы, как свечи на ветру? Она не умеет проходить мимо чужой боли. Девушка очищает город от зачарованной воды, что крадёт у людей их время, а следом открывает лавку, где возвращает утраченную молодость.
Её доброта становится мишенью. Хранители веры наводят на неё прицел, готовые растерзать еретичку, и лишь воля отстранённого от власти страта удерживает их руку. Он — изгой, она — чужая. И они заключают союз, холодный и расчётливый — фиктивный брак, что даёт ему тень власти, а ей право дышать.
Что станется с этим соглашением, когда в него ворвётся живое пламя…
Но как остаться безучастной, когда люди вокруг тают с пугающей быстротой, сгорая за считанные годы, как свечи на ветру? Она не умеет проходить мимо чужой боли. Девушка очищает город от зачарованной воды, что крадёт у людей их время, а следом открывает лавку, где возвращает утраченную молодость.
Её доброта становится мишенью. Хранители веры наводят на неё прицел, готовые растерзать еретичку, и лишь воля отстранённого от власти страта удерживает их руку. Он — изгой, она — чужая. И они заключают союз, холодный и расчётливый — фиктивный брак, что даёт ему тень власти, а ей право дышать.
Что станется с этим соглашением, когда в него ворвётся живое пламя…
Выберите полку для книги