Книги в жанре «Современный любовный роман»
— Хочешь остаться здесь? Придется играть по моим правилам, — заявляет жестко.
Меня будто пронизывает холодом.
Его ненависть такая осязаемая…
Все из-за моих слов?
Что ж, пусть будет ненависть.
Потому что его любовь в прошлом стоила мне слишком дорого…
Однажды он уже разбил мне сердце и, кажется, собирается сделать это снова, настойчиво ища встречи со мной.
Меня будто пронизывает холодом.
Его ненависть такая осязаемая…
Все из-за моих слов?
Что ж, пусть будет ненависть.
Потому что его любовь в прошлом стоила мне слишком дорого…
Однажды он уже разбил мне сердце и, кажется, собирается сделать это снова, настойчиво ища встречи со мной.
- Мам, у нас гости? – повышает голос муж, когда его не встречают, а я захожу следом, прикрывая за собой дверь.
- Дорогой, а у меня для тебя сюрприз.
Подозрительно замечательное у нее настроение.
Надо быть ко всему подготовленной.
И тут в коридоре свекровь возникает с малышом на руках. Тем самым, который был с Викой утром.
- Знакомься, Вадим – это твой сын.
На вид ему от силы восемь месяцев. А мы в браке – восемь лет.
А это значит… Муж мне изменил.
За спиной довольной свекрови появляется Виктория. Первая любовь супруга, которая появилась совсем не в подходящий момент.
Однако… Разве существует подходящий момент для измены?!
- Дорогой, а у меня для тебя сюрприз.
Подозрительно замечательное у нее настроение.
Надо быть ко всему подготовленной.
И тут в коридоре свекровь возникает с малышом на руках. Тем самым, который был с Викой утром.
- Знакомься, Вадим – это твой сын.
На вид ему от силы восемь месяцев. А мы в браке – восемь лет.
А это значит… Муж мне изменил.
За спиной довольной свекрови появляется Виктория. Первая любовь супруга, которая появилась совсем не в подходящий момент.
Однако… Разве существует подходящий момент для измены?!
Святослав Соболев- это имя известно каждому в регионе И не потому, что он очень богат. Или все городские проекты в сфере благоустройства ,
благотворительности так или иначе связаны с его фирмой - нет. Каждый в городе, услышав его фамилию, горестно вздыхает, сочувственно качая головой. Ещё бы, каково мужчине потерять любимую жену, да ещё и беременную...
Соболев возвращается с того света. Возвращается другим- озлобленным на весь мир, ненавидящим. Но задержаться он решает не просто так - какой-то малолетке из детского дома из жалости пересадили сердце его жены...
благотворительности так или иначе связаны с его фирмой - нет. Каждый в городе, услышав его фамилию, горестно вздыхает, сочувственно качая головой. Ещё бы, каково мужчине потерять любимую жену, да ещё и беременную...
Соболев возвращается с того света. Возвращается другим- озлобленным на весь мир, ненавидящим. Но задержаться он решает не просто так - какой-то малолетке из детского дома из жалости пересадили сердце его жены...
Жизнь подобна игре на бирже: Клэр Чэндлер ставила на карьеру и ждала повышения, но планы рухнули, как график на неудачных торгах. Вместо нее должность получил Томас Торнтон — амбициозный выскочка из Нью-Йорка. Эгоистичный, бескомпромиссный и чертовски привлекательный. Теперь вопрос лишь в том, кто первым пробьет линию сопротивления. И речь уже совсем не о трейдинге...
— Я родила дочь. Полгода назад. От тебя.
— Почему признаешься только сейчас? — слова даются ему с трудом. Ярослав страшно потрясен.
Я любила его. Но не срослось: обстоятельства оказались против нас. А он выбрал не меня.
— Так получилось. Мне от тебя ничего не нужно. У меня своя жизнь. Но если ты захочешь познакомиться с малышкой, я не стану препятствовать. Запиши мой номер. Подумай.
— Почему признаешься только сейчас? — слова даются ему с трудом. Ярослав страшно потрясен.
Я любила его. Но не срослось: обстоятельства оказались против нас. А он выбрал не меня.
— Так получилось. Мне от тебя ничего не нужно. У меня своя жизнь. Но если ты захочешь познакомиться с малышкой, я не стану препятствовать. Запиши мой номер. Подумай.
Я работаю медсестрой в отделении гинекологии, к нам поступила молодая девчонка с угрозой выкидыша.
— Как это произошло?
— Стриптиз своему мужчине станцевать решила, — хмыкает девица, пытаясь прикрыть под одеялом вульгарное белье и массивные туфли-шпильки. — Не удержалась на шесте! Любимый скоро приедет и заберёт меня домой! Надеюсь, он разведется со своей кикиморой, потому что я рожу ему этого ребёнка, а она бесплодна!
Хочу сегодня закончить смену пораньше. Обрадую мужа! Сегодня я узнала, что наконец стану мамой.
Захожу за перегородку, внезапно в палате раздается знакомый голос и внутри меня всё леденеет.
— Как ты? Боли прекратились? С ребёнком всё хорошо?
— Женечка? Приехал!!!
Бросается к нему на шею и они начинают страстно целоваться, прямо на моих глазах...
— Женя, — в ужасе млею я.
Передо мной стоит он. Мой муж. В объятиях девятнадцатилетней стриптизёрши.
— Зоя?!
Резкая боль пронизывает мою поясницу. На белой форме выступают красные пятна и я теряю сознание…
— Как это произошло?
— Стриптиз своему мужчине станцевать решила, — хмыкает девица, пытаясь прикрыть под одеялом вульгарное белье и массивные туфли-шпильки. — Не удержалась на шесте! Любимый скоро приедет и заберёт меня домой! Надеюсь, он разведется со своей кикиморой, потому что я рожу ему этого ребёнка, а она бесплодна!
Хочу сегодня закончить смену пораньше. Обрадую мужа! Сегодня я узнала, что наконец стану мамой.
Захожу за перегородку, внезапно в палате раздается знакомый голос и внутри меня всё леденеет.
— Как ты? Боли прекратились? С ребёнком всё хорошо?
— Женечка? Приехал!!!
Бросается к нему на шею и они начинают страстно целоваться, прямо на моих глазах...
— Женя, — в ужасе млею я.
Передо мной стоит он. Мой муж. В объятиях девятнадцатилетней стриптизёрши.
— Зоя?!
Резкая боль пронизывает мою поясницу. На белой форме выступают красные пятна и я теряю сознание…
- Ты... Ты хоть понимаешь на что ты обрек меня?! Ты хоть знаешь, что я прошла?! Как ты мог?! – мой голос звенел, по щекам текли слезы.
- Я все исправлю. – глухо произнес он.
- А годы страданий ты мне возместишь?! – закричала я, – сволочь, подонок! Я размахнулась и засадила ему смачную пощечину. Руслан как будто не заметил, он только потер щеку и опустил глаза.
- Пошел прочь! Не хочу тебя видеть, - я начала одеваться. Рука отозвалась болью.
- Лиса, скажи, как я могу вымолить у тебя прощение? – тихо произнес Руслан, непривычно было видеть его виноватым и покорным и от этого стало еще гаже.
Когда-то Руслан был моей первой любовью! Но он предал меня и никогда не узнает о моей маленькой тайне.
- Я все исправлю. – глухо произнес он.
- А годы страданий ты мне возместишь?! – закричала я, – сволочь, подонок! Я размахнулась и засадила ему смачную пощечину. Руслан как будто не заметил, он только потер щеку и опустил глаза.
- Пошел прочь! Не хочу тебя видеть, - я начала одеваться. Рука отозвалась болью.
- Лиса, скажи, как я могу вымолить у тебя прощение? – тихо произнес Руслан, непривычно было видеть его виноватым и покорным и от этого стало еще гаже.
Когда-то Руслан был моей первой любовью! Но он предал меня и никогда не узнает о моей маленькой тайне.
Подруга отрывается от моего мужа, возмущаясь, игриво очерчивая его грудную клетку.
- Когда ты бросишь свою жалкую клушу? Дети останавливают? Так они совсем не похожи на тебя.
- Выставлю скоро. Меня от нее уже тошнит. Анжела, давай не будем о ней.
Наблюдаю за ними и понимаю, что чаша терпения точно переполнилась. Тяну за скатерть, и посуда падает со звоном на пол. Любовники отрываются друг от друга, а муж поспешно застегивает мятую рубашку.
- Мира? Что…что ты здесь делаешь? - не ожидал меня увидеть муж.
- Как что? Пришла сообщить, что выполнила желание твоей любовницы. Развожусь.
Муж мгновенно приходит в себя. Ужесточается. Его гнев направлен не только на меня.
- Никакого развода не будет!
Хмыкаю, ведь моя бывшая подруга не ожидала такой исход событий.
- Котя, но ты же обещал…
- Заткнись! – перебивает рыжую обольстительницу и обращается ко мне. – Мира, я не одобряю.
- Считаешь, что я буду терпеть измены?
- Будешь! Мужская измена не считается. Такова наша природа.
- Когда ты бросишь свою жалкую клушу? Дети останавливают? Так они совсем не похожи на тебя.
- Выставлю скоро. Меня от нее уже тошнит. Анжела, давай не будем о ней.
Наблюдаю за ними и понимаю, что чаша терпения точно переполнилась. Тяну за скатерть, и посуда падает со звоном на пол. Любовники отрываются друг от друга, а муж поспешно застегивает мятую рубашку.
- Мира? Что…что ты здесь делаешь? - не ожидал меня увидеть муж.
- Как что? Пришла сообщить, что выполнила желание твоей любовницы. Развожусь.
Муж мгновенно приходит в себя. Ужесточается. Его гнев направлен не только на меня.
- Никакого развода не будет!
Хмыкаю, ведь моя бывшая подруга не ожидала такой исход событий.
- Котя, но ты же обещал…
- Заткнись! – перебивает рыжую обольстительницу и обращается ко мне. – Мира, я не одобряю.
- Считаешь, что я буду терпеть измены?
- Будешь! Мужская измена не считается. Такова наша природа.
— Карамелька, — тихий голос за спиной.
Букет невесты выпадает из рук, кожа покрывается мурашками, я, застыв, надеюсь, что мне показалось.
— Карамелька, — голос звучит ближе.
Оборачиваюсь: — Не называй меня так!
— Почему? — Марат насмешливо выгибает бровь.
— Денис сейчас вернётся, — продолжаю наивно надеяться, что он испугается и уйдёт.
— И? Я не могу поздороваться с подругой детства? — шаг ко мне.
— Мы не друзья, — отступаю, но тут же сталкиваюсь с прохладной стеной.
— Не друзья? — взмах ресниц и мужчина оказывается рядом. Он, загнав меня в ловушку, хрипит, — а кто всё детство бегал за мной хвостиком?
— Это было до того, как ты нас предал, — хриплю еле слышно, страх душит меня.
Схватив меня за подбородок, он заставляет посмотреть в глаза: — Повзрослела, но так и осталось наивной малышкой.
Пытаюсь вырваться, отвернуться, но Марат не позволяет этого сделать. Наклонившись, он шепчет мне прямо в губы: — Потерпи ещё немного, скоро я закончу с ним и верну тебя себе…
Букет невесты выпадает из рук, кожа покрывается мурашками, я, застыв, надеюсь, что мне показалось.
— Карамелька, — голос звучит ближе.
Оборачиваюсь: — Не называй меня так!
— Почему? — Марат насмешливо выгибает бровь.
— Денис сейчас вернётся, — продолжаю наивно надеяться, что он испугается и уйдёт.
— И? Я не могу поздороваться с подругой детства? — шаг ко мне.
— Мы не друзья, — отступаю, но тут же сталкиваюсь с прохладной стеной.
— Не друзья? — взмах ресниц и мужчина оказывается рядом. Он, загнав меня в ловушку, хрипит, — а кто всё детство бегал за мной хвостиком?
— Это было до того, как ты нас предал, — хриплю еле слышно, страх душит меня.
Схватив меня за подбородок, он заставляет посмотреть в глаза: — Повзрослела, но так и осталось наивной малышкой.
Пытаюсь вырваться, отвернуться, но Марат не позволяет этого сделать. Наклонившись, он шепчет мне прямо в губы: — Потерпи ещё немного, скоро я закончу с ним и верну тебя себе…
– Георгий Александрович, – дрожащим от волнения голосом протягиваю имя своего шефа, – дело в том, что я беременна. От вас.
Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.
– Это шутка какая-то? – раздаётся не менее холодный вопрос от человека, который не помнит о проведённой жаркой ночи. Или она такой была лишь для меня?
– Нет. Месяц назад мы встретились в ночном клубе. Вы пригласили меня к себе… Я оставила вам записку. По срокам отцом можете быть только вы.
На моих глазах черты его лица заостряются. Становятся хищными. Злыми.
– Шишкина. Вы уволены. А я никак не могу быть отцом вашего ребёнка. Я бесплоден.
Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.
– Это шутка какая-то? – раздаётся не менее холодный вопрос от человека, который не помнит о проведённой жаркой ночи. Или она такой была лишь для меня?
– Нет. Месяц назад мы встретились в ночном клубе. Вы пригласили меня к себе… Я оставила вам записку. По срокам отцом можете быть только вы.
На моих глазах черты его лица заостряются. Становятся хищными. Злыми.
– Шишкина. Вы уволены. А я никак не могу быть отцом вашего ребёнка. Я бесплоден.
Выберите полку для книги