Читать и слушать книги
В школе появился кто-то неуловимый, Призрак, как его прозвали ученики, – тот, кто шантажирует, выкладывает компроматы и рушит жизни с помощью кибербуллинга.
Я устала бояться. На этот раз мы с Максом найдем того, кто прячется в сети.
Он знает все о нас. Теперь наша очередь выяснить все о нем.
Максим вернулся после трагедии прошлого года, став совершенно другим. Сильным. Уверенным. Притягательным…
Нас ждет опасная игра с тем, кто не знает жалости. Но если мы справимся, то, возможно, не только восстановим справедливость. Но обретем свободу… И друг друга.
Я устала бояться. На этот раз мы с Максом найдем того, кто прячется в сети.
Он знает все о нас. Теперь наша очередь выяснить все о нем.
Максим вернулся после трагедии прошлого года, став совершенно другим. Сильным. Уверенным. Притягательным…
Нас ждет опасная игра с тем, кто не знает жалости. Но если мы справимся, то, возможно, не только восстановим справедливость. Но обретем свободу… И друг друга.
— Ты что, больной?! Не трогай меня!
— Это ты долбанутая, блин, — выругался кто-то, и я сквозь шум и стук крови в ушах узнала голос Тимура. — Вон отсюда пошла.
Почему он здесь? Он не кричал на Дашку, нет, но тон у него был такой, словно он её убьет.
— Не стоит её защищать, — тряхнула копной темных волос Даша. — Не будь идиотом! Она и про тебя всякого нароет и публично вывалит!
Мне хотелось крикнуть, что я ничего не делала, но из горла вырвался только беспомощный сип.
— Пошла вон, — тихо произнес Тимур, сделал к Даше шаг, и она… попятилась?
Впервые в жизни она от кого-то попятилась, но ей было плевать. Своего она добилась.
Тимур фыркнул ей вслед, а потом приблизился ко мне и присел на корточки:
— Ты в норме?
Я всего лишь пыталась выжить в элитной школе. Когда меня обвинили в том, что я публикую тайные секреты своих однокашников, я поняла, что раньше были цветочки. Я не знала, смогу ли справиться с травлей, но новенький, Тимур Токарев, вступился за меня. Так что ему нужно?
— Это ты долбанутая, блин, — выругался кто-то, и я сквозь шум и стук крови в ушах узнала голос Тимура. — Вон отсюда пошла.
Почему он здесь? Он не кричал на Дашку, нет, но тон у него был такой, словно он её убьет.
— Не стоит её защищать, — тряхнула копной темных волос Даша. — Не будь идиотом! Она и про тебя всякого нароет и публично вывалит!
Мне хотелось крикнуть, что я ничего не делала, но из горла вырвался только беспомощный сип.
— Пошла вон, — тихо произнес Тимур, сделал к Даше шаг, и она… попятилась?
Впервые в жизни она от кого-то попятилась, но ей было плевать. Своего она добилась.
Тимур фыркнул ей вслед, а потом приблизился ко мне и присел на корточки:
— Ты в норме?
Я всего лишь пыталась выжить в элитной школе. Когда меня обвинили в том, что я публикую тайные секреты своих однокашников, я поняла, что раньше были цветочки. Я не знала, смогу ли справиться с травлей, но новенький, Тимур Токарев, вступился за меня. Так что ему нужно?
- Маруська, - выдохнул мне в волосы, - вот мы и встретились, пропажа.
- И я рада тебя видеть, Макс.
Спустя два года я возвращаюсь в Москву, чтобы поступить в вуз. Сразу в аэропорте, меня встречает он и вихрем врывается в мою до этого размеренную жизнь, из которой я давно стерла его ластиком.
***
- А мне сюда можно парней водить?
- Исключено! Тут только мы с тобой, Марусь. Давай договоримся, не парней, не девушек, не подруг, ни друзей сюда не приводим. Никого! Тут мы спим, учимся, отдыхаем и общаемся друг с другом.
- Как брат с сестрой? - улыбаюсь и убираю вовсе руки от лица.
Макс долгую минуту задумчиво на меня смотрит, а потом качает головой и говорит тихо:
- Марусь, мы с тобой кто угодно, но не брат с сестрой. Но обещаю, лезть и домогаться не буду, можешь спать спокойно.
- И я рада тебя видеть, Макс.
Спустя два года я возвращаюсь в Москву, чтобы поступить в вуз. Сразу в аэропорте, меня встречает он и вихрем врывается в мою до этого размеренную жизнь, из которой я давно стерла его ластиком.
***
- А мне сюда можно парней водить?
- Исключено! Тут только мы с тобой, Марусь. Давай договоримся, не парней, не девушек, не подруг, ни друзей сюда не приводим. Никого! Тут мы спим, учимся, отдыхаем и общаемся друг с другом.
- Как брат с сестрой? - улыбаюсь и убираю вовсе руки от лица.
Макс долгую минуту задумчиво на меня смотрит, а потом качает головой и говорит тихо:
- Марусь, мы с тобой кто угодно, но не брат с сестрой. Но обещаю, лезть и домогаться не буду, можешь спать спокойно.
-Твою ж...маму! Че за фигня? - удивляется парень, который в меня врезался, - о-о! Это кто? - спрашивает обо мне, в третьем лице, даже не смотря в мою сторону.
Сцепляю крепче зубы.
Он не помогает встать, нет. Просто теряет ко мне интерес, спустя пару секунд брезгливых разглядываний, будто я кусок грязи на этой начисто отшлифованной уличной плитке, с резным гербом школы.
-Сереж, когда нас волновали отбросы общества? Интересно и странно то, каким ветром её сюда задуло, посреди учебного года!? - спрашивает девица, что устроила мне допрос.
-Как задуло, так может и выдуть!
***
Я знала куда иду. И готовилась к олимпиаде понтов.
Типичные, разбалованные, жестокие мажоры, которые меряются деньгами своих родителей!
А по факту, гроша ломанного не стоят, с их циничностью и высокомерным взглядом.
Я была не готова к тому, что один из них заступится за меня, и обратит внимание, но внутри зарождалась уверенность в том, что это всего лишь очередная извращенная игра.
Сцепляю крепче зубы.
Он не помогает встать, нет. Просто теряет ко мне интерес, спустя пару секунд брезгливых разглядываний, будто я кусок грязи на этой начисто отшлифованной уличной плитке, с резным гербом школы.
-Сереж, когда нас волновали отбросы общества? Интересно и странно то, каким ветром её сюда задуло, посреди учебного года!? - спрашивает девица, что устроила мне допрос.
-Как задуло, так может и выдуть!
***
Я знала куда иду. И готовилась к олимпиаде понтов.
Типичные, разбалованные, жестокие мажоры, которые меряются деньгами своих родителей!
А по факту, гроша ломанного не стоят, с их циничностью и высокомерным взглядом.
Я была не готова к тому, что один из них заступится за меня, и обратит внимание, но внутри зарождалась уверенность в том, что это всего лишь очередная извращенная игра.
— Ты никому не интересна, — шепчет, согревая ухо жарким дыханием. — Не можешь быть интересна. Маленькая, скучная провинциалка, которая только ругаться и может.
Специально говорит с придыханием, чтобы раззадорить и сильнее уколоть.
— Отпусти! Придурок!
Егор держит за руки. Вжимает в неиронично горячую дверцу холодильника и опускает свою голову ниже, практически целуя в дрожащий от гнева подбородок.
— Я же говорю. Скучная. Но пахнешь вкусно.
Моя жизнь разрушена. Я вынуждена бросить универ, друзей и любимого парня ради чужой прихоти. А хуже всего, что теперь я обязана делить кров с новоиспечённым сводным братцем, от присутствия которого меня тошнит!
Он наглый, противный, беспринципный, властолюбивый! И он постоянно лезет ко мне, считая себя королём мира из-за своих денег. Но ничего, я найду на него управу и сама не посмею влюбиться. Никогда. Ведь между нами целая пропасть.
Специально говорит с придыханием, чтобы раззадорить и сильнее уколоть.
— Отпусти! Придурок!
Егор держит за руки. Вжимает в неиронично горячую дверцу холодильника и опускает свою голову ниже, практически целуя в дрожащий от гнева подбородок.
— Я же говорю. Скучная. Но пахнешь вкусно.
Моя жизнь разрушена. Я вынуждена бросить универ, друзей и любимого парня ради чужой прихоти. А хуже всего, что теперь я обязана делить кров с новоиспечённым сводным братцем, от присутствия которого меня тошнит!
Он наглый, противный, беспринципный, властолюбивый! И он постоянно лезет ко мне, считая себя королём мира из-за своих денег. Но ничего, я найду на него управу и сама не посмею влюбиться. Никогда. Ведь между нами целая пропасть.
Жизнь в студенческой общаге сложно назвать спокойной, но Глеба это не парило. Высыпался, и на этом спасибо. Вот только со сном начались проблемы – с того самого дня, когда в комнату напротив въехала новая соседка…
Мне повезло попасть в место, где учатся лишь избранные. Академия для золотой молодежи, что ценят лишь власть и богатство. Сможет ли здесь прижиться такая, как я – нищебродка, добившаяся всего сама? И как мне выжить, если гроза всей академии – наглый и беспринципный мажор объявил на меня охоту?
– Хоба-на! – чьи-то сильные руки останавливают моё падение. Но от голоса, который слышу, мои ноги всё равно подгибаются.
– Не трогай меня! – я резко бью в грудь тому, кто только что не дал мне свалиться на пол. Смотрю в серые, цвета стали, глаза, застывшие на мне. Тут же волна бешеной злости и ненависти накрывает меня с головой.
– Милана?! – выдыхает, наконец-то узнал. Смотрит не моргая.
– Отойди! – предательский голос выдаёт эмоции, которые топят меня в какой-то сумасшедшей агонии.
Илья! Откуда он здесь взялся?!
Пять с половиной лет назад Илья бросил меня цинично и хладнокровно. В тот роковой для меня день я бы даже и от жалости его не отказалась. Но тогда у этого говнюка не нашлось для меня даже таких чувств. Теперь у меня для него тоже нет ничего и бывший никогда не узнает про мою тайну.
– Не трогай меня! – я резко бью в грудь тому, кто только что не дал мне свалиться на пол. Смотрю в серые, цвета стали, глаза, застывшие на мне. Тут же волна бешеной злости и ненависти накрывает меня с головой.
– Милана?! – выдыхает, наконец-то узнал. Смотрит не моргая.
– Отойди! – предательский голос выдаёт эмоции, которые топят меня в какой-то сумасшедшей агонии.
Илья! Откуда он здесь взялся?!
Пять с половиной лет назад Илья бросил меня цинично и хладнокровно. В тот роковой для меня день я бы даже и от жалости его не отказалась. Но тогда у этого говнюка не нашлось для меня даже таких чувств. Теперь у меня для него тоже нет ничего и бывший никогда не узнает про мою тайну.
- К-как … как ты нашёл меня? – спрашиваю я, ни жива, ни мертва вчерашнего незнакомца из ночного клуба.
Денис Высоцкий смотрит пристально, явно не понимая, о чём я говорю, и тут я вижу, как его переносица хмурится, а во взгляде появляется узнавание.
- Ты? – рычит он и быстро сокращает расстояние между нами, - Что ты здесь дела-ешь? Преследуешь меня, малявка?
Делаю шаг назад и упираюсь спиной в стену.
- Это еще кто кого преследует. Я здесь работаю вообще-то. – стараюсь придать голосу максимальную твердость.
- И давно? Что-то я тебя совсем не припомню.
- А должен?
- Конечно, это ведь мой дом.
***
Моя жизнь до боли похожа на судьбу Золушки, к сожалению, в тот период, где она еще была замарашкой. Оказавшись на улице по воле мачехи, я устраиваюсь горничной в богатый особняк. Правда, кто же знал, что именно там для меня и начнутся настоящие испытания?
Денис Высоцкий смотрит пристально, явно не понимая, о чём я говорю, и тут я вижу, как его переносица хмурится, а во взгляде появляется узнавание.
- Ты? – рычит он и быстро сокращает расстояние между нами, - Что ты здесь дела-ешь? Преследуешь меня, малявка?
Делаю шаг назад и упираюсь спиной в стену.
- Это еще кто кого преследует. Я здесь работаю вообще-то. – стараюсь придать голосу максимальную твердость.
- И давно? Что-то я тебя совсем не припомню.
- А должен?
- Конечно, это ведь мой дом.
***
Моя жизнь до боли похожа на судьбу Золушки, к сожалению, в тот период, где она еще была замарашкой. Оказавшись на улице по воле мачехи, я устраиваюсь горничной в богатый особняк. Правда, кто же знал, что именно там для меня и начнутся настоящие испытания?
Мой сводный брат — исчадье ада, а школа, где меня вынудили учиться — самый настоящий ад. Новичков здесь заставляют участвовать в игре, в которой требуется выполнять задания элиты. Тем, кто отказывается, портят жизнь. Тех, кто пытается пожаловаться, шантажируют. Ну а я… я собираюсь выиграть. И этим поставить каждого элитного выскочку на место!
Выберите полку для книги