Топ платных книг в жанре New adult
— Танцуй, — приказывает Макар.
— Что?! — возмущённо выпаливаю. — Ты за кого меня…
Он наклоняется. Так близко, что его дыхание обжигает кожу.
— Я сказал — танцуй, — хриплый бас пробирает до костей. — Хочу оценить, как двигаешь своими аппетитными формами, — оскал. Хищный. Пожирающий.
— Пошёл ты…
Его руки на мне - тиски.
Спина бьется о холодный кирпич.
— Будешь танцевать. Иначе договору конец, — его рык заполняет мои лёгкие.
Боже. Божечки.
Во что я вляпалась с этим здоровяком?
Мало он донимал меня в детстве — теперь мне девятнадцать, и спрятаться под кроватью больше не выйдет.
Его руки впиваются в талию. Взгляд прожигает дыру. А в голове только одно.
Месяц.
Всего потерпеть месяц. И не сломаться каждый раз, когда он говорит «танцуй».
— Что?! — возмущённо выпаливаю. — Ты за кого меня…
Он наклоняется. Так близко, что его дыхание обжигает кожу.
— Я сказал — танцуй, — хриплый бас пробирает до костей. — Хочу оценить, как двигаешь своими аппетитными формами, — оскал. Хищный. Пожирающий.
— Пошёл ты…
Его руки на мне - тиски.
Спина бьется о холодный кирпич.
— Будешь танцевать. Иначе договору конец, — его рык заполняет мои лёгкие.
Боже. Божечки.
Во что я вляпалась с этим здоровяком?
Мало он донимал меня в детстве — теперь мне девятнадцать, и спрятаться под кроватью больше не выйдет.
Его руки впиваются в талию. Взгляд прожигает дыру. А в голове только одно.
Месяц.
Всего потерпеть месяц. И не сломаться каждый раз, когда он говорит «танцуй».
— Какого хрена ты здесь делаешь?! — рычит он, с силой вжимая меня в холодную стену ночного клуба.
— Тебя забыла спросить! — говорю, стараясь звучать уверенно, хотя внутри все дрожит.
— Забыла, мышка... — нагло усмехается он, наклонившись ближе. — Что ты моя жена, и теперь всегда говоришь мужу, куда идешь. Иначе мне придется напомнить, кому ты принадлежишь…
Когда-то он был моей первой любовью, но разбил мне сердце.
Теперь между нами — сделка на год.
Никаких чувств, только холодный расчет.
Но почему-то «муж» решил нарушить условия, перейдя ту самую черту…
— Тебя забыла спросить! — говорю, стараясь звучать уверенно, хотя внутри все дрожит.
— Забыла, мышка... — нагло усмехается он, наклонившись ближе. — Что ты моя жена, и теперь всегда говоришь мужу, куда идешь. Иначе мне придется напомнить, кому ты принадлежишь…
Когда-то он был моей первой любовью, но разбил мне сердце.
Теперь между нами — сделка на год.
Никаких чувств, только холодный расчет.
Но почему-то «муж» решил нарушить условия, перейдя ту самую черту…
– Правила простые, – сказал он. – Ты и я. Никаких чувств. Никаких отношений. Просто спим друг с другом. Пока кто-то из нас не сдастся.
– Сдастся?
– Признает, что хочет большего. Что… – он сделал паузу, – влюбился.
Я резко, искренне захохотала в голос.
– Ты? Влюбился? В меня?
– Я – нет, – нахально ухмыльнулся он. – Но ты – можешь.
– Самонадеянно.
– Хотя, о чем я! На секунду забыл, что передо мной холодная стерва. Разве такая способна на чувства?
Мы стояли так еще секунду. Две. Три.
А потом он наклонился к моему лицу, а я не отстранилась.
– Значит, договорились, – прошептал он у самых моих губ. – Первый, кто сдастся, – проиграл.
– Договорились.
И в следующее мгновение он поцеловал меня. Я ответила.
Это же игра. И я собираюсь выиграть.
– Сдастся?
– Признает, что хочет большего. Что… – он сделал паузу, – влюбился.
Я резко, искренне захохотала в голос.
– Ты? Влюбился? В меня?
– Я – нет, – нахально ухмыльнулся он. – Но ты – можешь.
– Самонадеянно.
– Хотя, о чем я! На секунду забыл, что передо мной холодная стерва. Разве такая способна на чувства?
Мы стояли так еще секунду. Две. Три.
А потом он наклонился к моему лицу, а я не отстранилась.
– Значит, договорились, – прошептал он у самых моих губ. – Первый, кто сдастся, – проиграл.
– Договорились.
И в следующее мгновение он поцеловал меня. Я ответила.
Это же игра. И я собираюсь выиграть.
— Ждала, что я сорвусь? Что поцелую тебя? — его ледяной шепот обжигает мои губы. — Не льсти себе. Ты для меня грязное пятно. И я не успокоюсь, пока не ототру его до блеска.
Он — ледяной король элитного университета, у которого есть всё. Я — девчонка в старых кедах, у которой нет ничего, кроме тайны, ради которой я должна была стать невидимкой.
Но один дерзкий ответ этому несносному мажору разрушил всё.
Теперь моя жизнь висит на волоске, а он сделал меня своей мишенью.
И я не знаю, что пугает меня больше: его жестокий шантаж или то, как предательски колотится мое сердце, когда мы остаемся наедине...
Он — ледяной король элитного университета, у которого есть всё. Я — девчонка в старых кедах, у которой нет ничего, кроме тайны, ради которой я должна была стать невидимкой.
Но один дерзкий ответ этому несносному мажору разрушил всё.
Теперь моя жизнь висит на волоске, а он сделал меня своей мишенью.
И я не знаю, что пугает меня больше: его жестокий шантаж или то, как предательски колотится мое сердце, когда мы остаемся наедине...
❗️ВТОРАЯ ЧАСТЬ❗️
– Какого чёрта ты делаешь?! – шиплю ему в лицо, вскакивая на носочках.
– Напоминаю тебе о своём существовании, – растягивает губы в усмешке, оголяя клык. – Признайся, ты ведь скучала?
Его массивное тело вжимает меня в машину друга, руки по разные стороны от моей головы, а глаза… смотрю в зелёные зрачки, которые когда-то вызывали трепет и безграничную любовь. Сейчас же… только злость. За всё, что он сделал и за всё, на что у него так и не хватило сил.
– Я ненавижу тебя, Савицкий, – рычу в его лицо, тыча пальцем в крепкое плечо и отстраняясь от двери машины. – Покажи хоть одну точку на моём лице, по которой ты мог увидеть, что это не так.
Он хмыкает. Расслаблено, в своей манере. А затем его взгляд опускается к моим губам.
– Сама попросила, Динь, – выдаёт с тихим смешком.
А в следующую секунду его губы накрывают мои.
– Какого чёрта ты делаешь?! – шиплю ему в лицо, вскакивая на носочках.
– Напоминаю тебе о своём существовании, – растягивает губы в усмешке, оголяя клык. – Признайся, ты ведь скучала?
Его массивное тело вжимает меня в машину друга, руки по разные стороны от моей головы, а глаза… смотрю в зелёные зрачки, которые когда-то вызывали трепет и безграничную любовь. Сейчас же… только злость. За всё, что он сделал и за всё, на что у него так и не хватило сил.
– Я ненавижу тебя, Савицкий, – рычу в его лицо, тыча пальцем в крепкое плечо и отстраняясь от двери машины. – Покажи хоть одну точку на моём лице, по которой ты мог увидеть, что это не так.
Он хмыкает. Расслаблено, в своей манере. А затем его взгляд опускается к моим губам.
– Сама попросила, Динь, – выдаёт с тихим смешком.
А в следующую секунду его губы накрывают мои.
– Я найду эту дрянь! – рявкаю, сжимая челюсти.
Город переверну, но эта девчонка будет стоять передо мной на коленях! Голой!
– Смотри, как бы она тебе что-то другое не откусила! – ржут друзья, чем дико бесят.
– Ну, уж нет! Будет кричать и стонать до самого утра. Так что с меня самый горячий видос в вашей жизни, парни!
Я случайно попала на мотогонки и случайно приглянулась там самому опасному парню университета. И теперь он ищет меня, даже не подозревая, что я та самая серая мышка староста, которую он даже не замечает.
Город переверну, но эта девчонка будет стоять передо мной на коленях! Голой!
– Смотри, как бы она тебе что-то другое не откусила! – ржут друзья, чем дико бесят.
– Ну, уж нет! Будет кричать и стонать до самого утра. Так что с меня самый горячий видос в вашей жизни, парни!
Я случайно попала на мотогонки и случайно приглянулась там самому опасному парню университета. И теперь он ищет меня, даже не подозревая, что я та самая серая мышка староста, которую он даже не замечает.
Отказав наглому красавчику в баре, куда мы пошли с подругой отмечать начало студенческой жизни, я и представить не могла, что тот окажется моим преподом. И уж тем более не ожидала, что это обстоятельство не изменит его планов на меня.
Никита – мажор, привыкший получать все самое лучшее. И ждал в жены соответствующую глянцевую куклу. Но отец привел ему “это”.
Он смотрел на нее с ненавистью и открыто говорил, что она ничтожество. Даже не подозревая, что через месяц будет искать ее по всей стране. Что будет готов пожертвовать ради нее всем. Вот только она уже не верит ни единому его слову.
Он смотрел на нее с ненавистью и открыто говорил, что она ничтожество. Даже не подозревая, что через месяц будет искать ее по всей стране. Что будет готов пожертвовать ради нее всем. Вот только она уже не верит ни единому его слову.
– Я не вызывала никакую полицию! Я вообще тут случайно! – спешу оправдаться, но это сложно, когда Гордей так близко.
– Ага, – цинично усмехается. – Просто мимо проходила. Случайно очутилась на закрытом заезде, случайно направила на меня камеру…
Хочу ответить, но язык к небу прирос.
– Дрожишь, куколка… – с очередной наглой усмешкой констатирует парень. – Это от страха или тебе нравится, когда я так близко?
Кровь мгновенно приливает к щекам.
Взгляд сам опускается на его пухлые губы, и я ничего не могу с этим поделать.
– Что и требовалось доказать, – почти шепчет Гордей.
– Я просто… Не смогла…
– Не смогла оторваться? – заканчивает он за меня. Его голос становится ниже, отчего колени почему-то подкашиваются. – Мне нравится, когда девушки не могут от меня оторваться. Но я терпеть не могу, когда после этого они стучат ментам!
Подруга уговорила поехать на гонки на мотоциклах. Все пошло не по плану. Теперь Гордей Соколов ищет меня, еще не зная, что я его новая сводная сестра
– Ага, – цинично усмехается. – Просто мимо проходила. Случайно очутилась на закрытом заезде, случайно направила на меня камеру…
Хочу ответить, но язык к небу прирос.
– Дрожишь, куколка… – с очередной наглой усмешкой констатирует парень. – Это от страха или тебе нравится, когда я так близко?
Кровь мгновенно приливает к щекам.
Взгляд сам опускается на его пухлые губы, и я ничего не могу с этим поделать.
– Что и требовалось доказать, – почти шепчет Гордей.
– Я просто… Не смогла…
– Не смогла оторваться? – заканчивает он за меня. Его голос становится ниже, отчего колени почему-то подкашиваются. – Мне нравится, когда девушки не могут от меня оторваться. Но я терпеть не могу, когда после этого они стучат ментам!
Подруга уговорила поехать на гонки на мотоциклах. Все пошло не по плану. Теперь Гордей Соколов ищет меня, еще не зная, что я его новая сводная сестра
Артур наклоняется и упирается одной рукой в мой стол, а второй – в спинку стула. Обдает меня своим гребаным парфюмом, а щеку – горячим дыханием. Сердцебиение ускоряется. Ох, не нравится мне это. Ох, не нравится.
– Слышь, лимита, – негромко говорит он, – я бы на твоем месте прикусил свой ядовитый язык. Ты моя должница, а я пока еще не придумал, как буду взыскивать долг. Так что в твоих интересах засунуть свой язык поглубже и сидеть ровно, не отсвечивая.
Я сжимаю челюсти до хруста зубов.
– Ты первый начал, – цежу в ответ.
– Я могу начинать и заканчивать, когда захочу. А ты теперь будешь чем-то вроде… моей зверушки. Я скажу прыгнуть, ты должна спросить, как высоко.
А вот это мы еще посмотрим!
– Слышь, лимита, – негромко говорит он, – я бы на твоем месте прикусил свой ядовитый язык. Ты моя должница, а я пока еще не придумал, как буду взыскивать долг. Так что в твоих интересах засунуть свой язык поглубже и сидеть ровно, не отсвечивая.
Я сжимаю челюсти до хруста зубов.
– Ты первый начал, – цежу в ответ.
– Я могу начинать и заканчивать, когда захочу. А ты теперь будешь чем-то вроде… моей зверушки. Я скажу прыгнуть, ты должна спросить, как высоко.
А вот это мы еще посмотрим!
Выберите полку для книги