Книги в жанре «Романтическая комедия»
– Здесь будет немного другой масштаб. Вы уверены, что ваш шаблонный ум справится?
Она наклоняет голову, и я замечаю, как в её глазах вспыхивает не что иное, как азарт.
– Мой ум не шаблонный, Олег Сергеевич. Зря вы так решили. Он адаптивный.
– Вы готовы задерживаться на работе до полуночи, а то и до утра? – прищуриваю глаза.
– Сверхурочные оплачиваются вдвойне?
Киваю.
– Отлично. Значит, этот вопрос решён. По пути сюда мы проходили мимо вашего кабинета. Дверь была приоткрыта, и я увидела, что там стоит диван. Довольно жёсткий, по виду. Но для пары часов сгодится, если работа того стоит.
***
Я решила пройтись по острию ножа, чтобы покорить сердце циничного мужчины. Моё поле боя – его офис, моё оружие – безупречный профессионализм. Каждый мой шаг, каждый взгляд и каждое “да, Олег Сергеевич” – часть тщательного расчёта.
Она наклоняет голову, и я замечаю, как в её глазах вспыхивает не что иное, как азарт.
– Мой ум не шаблонный, Олег Сергеевич. Зря вы так решили. Он адаптивный.
– Вы готовы задерживаться на работе до полуночи, а то и до утра? – прищуриваю глаза.
– Сверхурочные оплачиваются вдвойне?
Киваю.
– Отлично. Значит, этот вопрос решён. По пути сюда мы проходили мимо вашего кабинета. Дверь была приоткрыта, и я увидела, что там стоит диван. Довольно жёсткий, по виду. Но для пары часов сгодится, если работа того стоит.
***
Я решила пройтись по острию ножа, чтобы покорить сердце циничного мужчины. Моё поле боя – его офис, моё оружие – безупречный профессионализм. Каждый мой шаг, каждый взгляд и каждое “да, Олег Сергеевич” – часть тщательного расчёта.
- Морозова, у тебя, случайно, одноразового станка нет?— босс бессовестно заглядывает ко мне в ванную.
Я поплотнее кутаюсь в полотенце, которое со сверхзвуковой скоростью успела обмотать вокруг талии , пока открывалась дверь.
- Никита Владимирович, а стучать вас не учили? И вообще… что вы делаете в моём номере?
Но босса мой строгий тон ничуть не страшит.
Он лишь обворожительно улыбается.
- Да брось, Алёна, что я там не видел-то?! Всё как и у всех.
Ничего не видел! Злюсь про себя. Но вслух лишь любезно отвечаю: выйдите и дайте мне пять минут — будет вам станок!
***
Что за дурацкая идея была собраться всем коллективом на Рождество в экоотеле? Сплочение коллектива и прочая лабуда! Тимбилдинг! Так ещё и босс со мной в соседнем номере.
Я поплотнее кутаюсь в полотенце, которое со сверхзвуковой скоростью успела обмотать вокруг талии , пока открывалась дверь.
- Никита Владимирович, а стучать вас не учили? И вообще… что вы делаете в моём номере?
Но босса мой строгий тон ничуть не страшит.
Он лишь обворожительно улыбается.
- Да брось, Алёна, что я там не видел-то?! Всё как и у всех.
Ничего не видел! Злюсь про себя. Но вслух лишь любезно отвечаю: выйдите и дайте мне пять минут — будет вам станок!
***
Что за дурацкая идея была собраться всем коллективом на Рождество в экоотеле? Сплочение коллектива и прочая лабуда! Тимбилдинг! Так ещё и босс со мной в соседнем номере.
Я – профессиональная сваха. И мне срочно нужно выяснить предпочтения одного олигарха в плане женщин, чтобы подобрать ему идеальную невесту. Так что нашей встрече быть.
Но есть проблема. Он любит умных женщин, а мне совсем не нужно, чтобы он влюбился в меня. И да, корона мне не жмет.
Короче, нужно поехать к нему в тайгу, специально сломать машину, чтобы застрять с ним на три дня (думаю, этих дней мне хватит) и изобразить из себя гламурную мажорку, в голове которой свистит ветер.
И вроде как всё идет по плану. Кроме одного.
Кажется, я... начинаю влюбляться в этого клиента, который смотрит на меня странным, жгучим взглядом.
****
- Какой «нужник»? Нужна дамская комната! Или это какой-то... ну не знаю… старый язык?
- «Старый»… - тихо бубнит себе под нос. – Слушай, чудо чудное, диво дивное… и молодое, - ухмыляется. - Давай-ка ты по-быстрому всё-таки сгоняешь в нужни… в дамскую комнату и свалишь уже в дали дальние. Договорились?
Но есть проблема. Он любит умных женщин, а мне совсем не нужно, чтобы он влюбился в меня. И да, корона мне не жмет.
Короче, нужно поехать к нему в тайгу, специально сломать машину, чтобы застрять с ним на три дня (думаю, этих дней мне хватит) и изобразить из себя гламурную мажорку, в голове которой свистит ветер.
И вроде как всё идет по плану. Кроме одного.
Кажется, я... начинаю влюбляться в этого клиента, который смотрит на меня странным, жгучим взглядом.
****
- Какой «нужник»? Нужна дамская комната! Или это какой-то... ну не знаю… старый язык?
- «Старый»… - тихо бубнит себе под нос. – Слушай, чудо чудное, диво дивное… и молодое, - ухмыляется. - Давай-ка ты по-быстрому всё-таки сгоняешь в нужни… в дамскую комнату и свалишь уже в дали дальние. Договорились?
— Валерия Павловна, если я не высплюсь, вы будете работать без выходных до 2030 года.
— Максим Андреевич, вы предлагаете мне спать на коврике?
— Я предлагаю бросить монету. Орел — кровать моя. Решка — ваша.
Кто же знал, что корпоративный выезд обернется катастрофой? Мой босс — тиран и сноб, который считает праздники тратой времени. Я — организатор, у которой всё пошло не по плану. Метель отрезала нас от мира в лесном домике. Свет отключили, за окном воет вьюга, а в камине трещат дрова. Мы одни. И между нами лишь тонкая стена субординации, которая тает быстрее, чем снег на горячей коже. Сможем ли мы вернуться в офис прежними, если эта ночь изменит всё?
— Максим Андреевич, вы предлагаете мне спать на коврике?
— Я предлагаю бросить монету. Орел — кровать моя. Решка — ваша.
Кто же знал, что корпоративный выезд обернется катастрофой? Мой босс — тиран и сноб, который считает праздники тратой времени. Я — организатор, у которой всё пошло не по плану. Метель отрезала нас от мира в лесном домике. Свет отключили, за окном воет вьюга, а в камине трещат дрова. Мы одни. И между нами лишь тонкая стена субординации, которая тает быстрее, чем снег на горячей коже. Сможем ли мы вернуться в офис прежними, если эта ночь изменит всё?
— Что это такое?!
Брегов демонстративно вертел на пальце что-то маленькое и красное. Боже, моя резинка для волос!
— ЭТО валялось на коврике перед дверью! У нас здесь парикмахерская?!
Как я не заметила вчера? Наверное, выронила, когда уходила.
Брегов швырнул резинку в урну и встал напротив моего стола. Огромный, как гора. Грозный, как Кинг-Конг.
— Марина Васильевна, кофе, значит, пьем? А в наш паблик вы давно заглядывали?
— Сейчас собиралась, — выдавила я.
— Собиралась?! С ночи там висит всякая дрянь про наше бюро. Конкуренты, наверное, снова активизировались.
Я отметила про себя: даже для моего начальника-тирана сегодняшнее поведение было слишком нервным.
В этот момент у босса зазвонил телефон.
— Как это плачет? — Он прижал трубку к уху. — А что Агата Акимовна? Не может успокоить? Хочет к папе?
Я с удивлением наблюдала растерянность на лице своего грозного босса. Наконец Брегов бросил взгляд на меня — и, кажется, нашел решение.
— Хорошо, привози, — скомандовал он. — Тольк
Брегов демонстративно вертел на пальце что-то маленькое и красное. Боже, моя резинка для волос!
— ЭТО валялось на коврике перед дверью! У нас здесь парикмахерская?!
Как я не заметила вчера? Наверное, выронила, когда уходила.
Брегов швырнул резинку в урну и встал напротив моего стола. Огромный, как гора. Грозный, как Кинг-Конг.
— Марина Васильевна, кофе, значит, пьем? А в наш паблик вы давно заглядывали?
— Сейчас собиралась, — выдавила я.
— Собиралась?! С ночи там висит всякая дрянь про наше бюро. Конкуренты, наверное, снова активизировались.
Я отметила про себя: даже для моего начальника-тирана сегодняшнее поведение было слишком нервным.
В этот момент у босса зазвонил телефон.
— Как это плачет? — Он прижал трубку к уху. — А что Агата Акимовна? Не может успокоить? Хочет к папе?
Я с удивлением наблюдала растерянность на лице своего грозного босса. Наконец Брегов бросил взгляд на меня — и, кажется, нашел решение.
— Хорошо, привози, — скомандовал он. — Тольк
Мне подарили фотосессию. Откровенную. Для принятия себя. СЕБЯ. Никто другой не должен был это увидеть!
И я вдруг включаюсь.
Не «делаю движения».
А танцую.
Для себя. Для удовольствия. От души.
Но вместо щелчка фотоаппарата слышу из темноты – восхищенное, совершенно не деловое:
– Вау… беру.
И я вдруг включаюсь.
Не «делаю движения».
А танцую.
Для себя. Для удовольствия. От души.
Но вместо щелчка фотоаппарата слышу из темноты – восхищенное, совершенно не деловое:
– Вау… беру.
Вам назначено свидание под ёлочку. Ваш спутник — босс, которого вы терпеть не можете. Локация — сломанный лифт. Время — рождественский сочельник. Поздравляем, ваша личная жизнь наконец-то началась!
Рождественская сказка для взрослых и просто тех, кому очень нужно чудо ❤️
Рождественская сказка для взрослых и просто тех, кому очень нужно чудо ❤️
Её главный капитал — душа и упрямство.
Его — холодный расчёт и миллионы. Он с первого взгляда вынес приговор её мечте.
Она с первого слова возненавидела его прагматизм.
Но чтобы отстоять свой мир, Лиза Беняшева должна завоевать благосклонность человека, который презирает всё, во что она верит...
Ретеллинг романа Джейн Остин "Гордость и предубеждение".
Его — холодный расчёт и миллионы. Он с первого взгляда вынес приговор её мечте.
Она с первого слова возненавидела его прагматизм.
Но чтобы отстоять свой мир, Лиза Беняшева должна завоевать благосклонность человека, который презирает всё, во что она верит...
Ретеллинг романа Джейн Остин "Гордость и предубеждение".
Каждый мужик хочет, чтобы его любили в первую очередь, за первичные данные. Благополучие, положение в обществе, машина, телефон, квартира, все это вторично. Альфонс всегда лучше, чем папик. Мачо всегда лучше, чем лошара-пахарь. Карпов начал заниматься самокопанием. Он часами смотрел на себя в зеркало: печально оттягивал обвисающие щеки, пытался разглаживать гусинную кожу на шее, вздыхал поглядывая на начинающий терять былую форму торс, с унынием щелкал суставами, и буквально плакал созерцая неистребимый, поросший мхом, пивной живот. Но чаще всего, внимание Карпова фокусировалось на объекте, расположеном под животом.
Вот тебе и отдохнула на праздники. Мало того, что вынуждена поселиться в коттедже с наглым мужланом. Так он еще и требует, чтобы я стала Снегурочкой для его дочерей. Ну нет, так дело не пойдет. Не для этого я упахивалась целый год, чтобы продолжить работать. Тем более Снегурочкой для двух пятилеток.
- Не собираюсь я быть Снегурочкой! – заявила я, гордо вздернув подбородок.
- Так, значит? – протянул гад, задумчиво осматривая меня. – Очень жаль. Ты весьма сильно похожа на эту сказочную героиню. Да и девочкам понравилась. Ну что ж, прошу тогда покинуть коттедж.
- Да с какой стати? – пискнула я возмущенно. – Я арендовала этот коттедж и никуда отсюда не уйду.
- Нет, это я арендовал этот коттедж, - гад гадский покачал головой. – А ты так, сбой системы.
Ну я тебе покажу, сбой системы! Ты еще не рад будешь, что со мной связался!
- А ты будешь нашей мамой? – все планы сбили две маленькие девочки.
- Не собираюсь я быть Снегурочкой! – заявила я, гордо вздернув подбородок.
- Так, значит? – протянул гад, задумчиво осматривая меня. – Очень жаль. Ты весьма сильно похожа на эту сказочную героиню. Да и девочкам понравилась. Ну что ж, прошу тогда покинуть коттедж.
- Да с какой стати? – пискнула я возмущенно. – Я арендовала этот коттедж и никуда отсюда не уйду.
- Нет, это я арендовал этот коттедж, - гад гадский покачал головой. – А ты так, сбой системы.
Ну я тебе покажу, сбой системы! Ты еще не рад будешь, что со мной связался!
- А ты будешь нашей мамой? – все планы сбили две маленькие девочки.
Выберите полку для книги