Книги в жанре «Young Adult»
– Пожалуйста, не шути так, Алихан! Ты ведь меня любишь! – Вскочив с постели, я схватила его за руки, надеясь на то, что это какая-то глупая проверка, но с каждым его словом и взглядом темных глаз понимала – он не шутит.
Он действительно меня использовал. Расчетливо подвел к тому, чтобы я отдала ему свою девственность до брака, чтобы утереть мне нос.
– Как я могу любить ту, что оскорбила меня? Ты ударила меня в тот день, унизив при всех, будь благодарна, что твое унижение произошло за закрытыми дверями спальни. У тебя десять минут, чтобы убраться отсюда. И да, скажи своим родным, что отменяешь свадьбу, иначе это сделаю я, и при таком исходе тебе будет очень непросто найти себе другого жениха.
Он действительно меня использовал. Расчетливо подвел к тому, чтобы я отдала ему свою девственность до брака, чтобы утереть мне нос.
– Как я могу любить ту, что оскорбила меня? Ты ударила меня в тот день, унизив при всех, будь благодарна, что твое унижение произошло за закрытыми дверями спальни. У тебя десять минут, чтобы убраться отсюда. И да, скажи своим родным, что отменяешь свадьбу, иначе это сделаю я, и при таком исходе тебе будет очень непросто найти себе другого жениха.
Эрик Уильямс самый популярный студент университета. О его выходках ходят легенды. Он вселяет желание и страх, а его роковая красота и безудержная мощь погубили ни одну женскую душу. Но влиятельный бунтарь продолжает притягивать мотыльков на свой дьявольский огонь. Только всё вдруг резко меняется, стоит неуправляемому жеребцу случайно столкнуться с новенькой студенткой…
– Ну, чего застыла? Не ломайся, раз сама пришла!
– Я не видела, что это мужской душ… – дочка директора дрожит в нескольких сантиметрах от моей обнажённой груди.
Дёргаю вверх её клетчатую юбку и нагло усмехаюсь.
– Пусти меня, придурок! Я всё папе расскажу!
– Давай лучше я ему расскажу, как его дочурка в душ к старшекурсникам ходит и задницей крутит?
– Я случайно… - пищит перепугано. – Не нужно ему говорить… Прошу!
– Ну, если ты мне поможешь в одном деле, – беру её за запястье и кладу маленькую ладошку на свой нетерпеливо ноющий бугор. – То я, так и быть, сохраню это в тайне…
#плохиш и отличница
#очень откровенно
#противостояние характеров
#семейные тайны прошлого
– Я не видела, что это мужской душ… – дочка директора дрожит в нескольких сантиметрах от моей обнажённой груди.
Дёргаю вверх её клетчатую юбку и нагло усмехаюсь.
– Пусти меня, придурок! Я всё папе расскажу!
– Давай лучше я ему расскажу, как его дочурка в душ к старшекурсникам ходит и задницей крутит?
– Я случайно… - пищит перепугано. – Не нужно ему говорить… Прошу!
– Ну, если ты мне поможешь в одном деле, – беру её за запястье и кладу маленькую ладошку на свой нетерпеливо ноющий бугор. – То я, так и быть, сохраню это в тайне…
#плохиш и отличница
#очень откровенно
#противостояние характеров
#семейные тайны прошлого
БЕСПЛАТНО ДО 5 ИЮЛЯ
***
Я увидела его с ножом у чужого лица.
А наутро он появился в моём университете — в очках, с идеальной репутацией и улыбкой хорошего мальчика.
Артур Вольский.
Для всех — отличник и мечта преподавателей.
Для меня — опасный псих, который решил сделать меня своей девушкой.
И как мне от него сбежать?
Что? Никак?..
***
Я увидела его с ножом у чужого лица.
А наутро он появился в моём университете — в очках, с идеальной репутацией и улыбкой хорошего мальчика.
Артур Вольский.
Для всех — отличник и мечта преподавателей.
Для меня — опасный псих, который решил сделать меня своей девушкой.
И как мне от него сбежать?
Что? Никак?..
— Держи пятьсот рублей. За помощь. - я протягиваю ему купюру.
Бровь старшекурсника изгибается. И он издает хмык.
— Ты хоть знаешь, кто я такой, малышка? - произносит он лениво. - Я такими купюрами даже не подтираюсь.
***
Я всего лишь хотела доказать одной стерве, что у меня есть парень. Ну и ткнула в первого встречного. Кто же знал, что это местный мажор?
Я не знала.
Но идти к нему пришлось, потому что отступать я не привыкла. Потом пришлось просить подыграть его. А потом — поцеловать.
А этот несносный, богатый, самоуверенный псих вдруг решил, что игра ему понравилась. Теперь он требует, чтобы я стала его девушкой, встречает меня после пар, лезет в мою жизнь, называет своей пышкой и смотрит так, будто уже всё про меня решил.
А я не пышка!
Ну… разве что немного.
И уж точно не собираюсь влюбляться в мажора, который привык покупать людей, ломать правила и получать всё, что захочет.
Особенно если теперь он захотел меня.
Бровь старшекурсника изгибается. И он издает хмык.
— Ты хоть знаешь, кто я такой, малышка? - произносит он лениво. - Я такими купюрами даже не подтираюсь.
***
Я всего лишь хотела доказать одной стерве, что у меня есть парень. Ну и ткнула в первого встречного. Кто же знал, что это местный мажор?
Я не знала.
Но идти к нему пришлось, потому что отступать я не привыкла. Потом пришлось просить подыграть его. А потом — поцеловать.
А этот несносный, богатый, самоуверенный псих вдруг решил, что игра ему понравилась. Теперь он требует, чтобы я стала его девушкой, встречает меня после пар, лезет в мою жизнь, называет своей пышкой и смотрит так, будто уже всё про меня решил.
А я не пышка!
Ну… разве что немного.
И уж точно не собираюсь влюбляться в мажора, который привык покупать людей, ломать правила и получать всё, что захочет.
Особенно если теперь он захотел меня.
Я поступила в элитную Академию по гранту и собиралась делать только три вещи: учиться, работать и держаться подальше от Максима Воронцова — богатого, опасного старшекурсника с отвратительной репутацией.
План был прекрасный.
Пока кто-то не опубликовал от моего имени подробную эротическую фантазию о нём.
Теперь вся Академия уверена, что я мечтаю оказаться в постели Воронцова. Сам Воронцов тоже прочитал публикацию. И, кажется, совсем не против воплотить написанное в жизнь.
Осталось убедить его, что фантазия не моя.
Вот только с каждым его прикосновением я всё меньше уверена, что действительно хочу его останавливать.
План был прекрасный.
Пока кто-то не опубликовал от моего имени подробную эротическую фантазию о нём.
Теперь вся Академия уверена, что я мечтаю оказаться в постели Воронцова. Сам Воронцов тоже прочитал публикацию. И, кажется, совсем не против воплотить написанное в жизнь.
Осталось убедить его, что фантазия не моя.
Вот только с каждым его прикосновением я всё меньше уверена, что действительно хочу его останавливать.
Я стала пленницей горца!
Но-но-но! Не спешите закидывать его помидорами.
Пленницей я стала совершенно добровольно.
Зачем?
У меня были свои цели. Очень важные, между прочим.
И всё шло по плану, пока мой суровый горец не решил, что...
А впрочем, что именно он решил, узнаете в моей истории!
Но-но-но! Не спешите закидывать его помидорами.
Пленницей я стала совершенно добровольно.
Зачем?
У меня были свои цели. Очень важные, между прочим.
И всё шло по плану, пока мой суровый горец не решил, что...
А впрочем, что именно он решил, узнаете в моей истории!
- Научи меня целоваться, - прошу друга.
- Ты попутала, малая? Иди помидоры облизывай.
- Хреновый ты друг, Миша, - обиженно фыркаю. – Я помощи прошу, а ты издеваешься!
- Друзьям не положено целоваться, Яся. Тебя это не смущает?
- По дружбе не считается...
***
История Миши Титова и Яси Немцовой❤️
- Ты попутала, малая? Иди помидоры облизывай.
- Хреновый ты друг, Миша, - обиженно фыркаю. – Я помощи прошу, а ты издеваешься!
- Друзьям не положено целоваться, Яся. Тебя это не смущает?
- По дружбе не считается...
***
История Миши Титова и Яси Немцовой❤️
- Да, отпусти ты меня, наконец-то, – Эмма отшатывается от меня, когда я пытаюсь ее обнять, но нет, я больше не отпущу эту девушку.
- Ты любишь меня, а не его, – моя малышка начинает смеяться, а я вижу, что смех, вместо веселого, выходит нервным.
- Ты слишком самоуверенный, Вань. Однажды, ты уже переступил через меня, убив все хорошее, что начинало зарождаться во мне к тебе, больше такого шанса у тебя не будет, – Эмма ускользает из моих рук, но я не даю ей уйти. Резко хватаю за руку и разворачиваю к себе. В глазах малышки мелькает испуг, который быстро сменяется яростью. Она пытается вырвать свою руку из моего захвата, но у нее – не получается, а я пользуюсь моментом, и впиваюсь в сладкие губки.
- Ты любишь меня, а не его, – моя малышка начинает смеяться, а я вижу, что смех, вместо веселого, выходит нервным.
- Ты слишком самоуверенный, Вань. Однажды, ты уже переступил через меня, убив все хорошее, что начинало зарождаться во мне к тебе, больше такого шанса у тебя не будет, – Эмма ускользает из моих рук, но я не даю ей уйти. Резко хватаю за руку и разворачиваю к себе. В глазах малышки мелькает испуг, который быстро сменяется яростью. Она пытается вырвать свою руку из моего захвата, но у нее – не получается, а я пользуюсь моментом, и впиваюсь в сладкие губки.
Меня сослали в Сапфировую Академию. Почему?
Ну, во-первых, я чуть не сожгла дом вместе с семьёй — просто дар огня проснулся в самый неподходящий момент. Во-вторых, матушка решила, что потенциально опасная дочь — слишком сложно для семейного бюджета. И в-третьих, императорский указ не обсуждают. Даже если ты считаешь, что драконы — это чешуйчатые самовлюблённые ящерицы с завышенной самооценкой.
Академия «Сапфировая» — место, где люди и драконы учатся вместе. Формально. На деле драконы смотрят на нас как на диких зверей, которые случайно научились говорить. И я — идеальное подтверждение их теории: нестабильный огонь, острый язык и полное отсутствие желания прогибаться.
Единственная проблема — ректор. Трёхсотлетний красавчик с серебряными волосами и золотыми глазами. Он идеальный и, кажется, считает меня своей личной головной болью. Потому что я не умею быть удобной. И если тысяча лет драконьей мудрости не выдержит одну вспыльчивую студентку — ну, это уже их проблемы.
Ну, во-первых, я чуть не сожгла дом вместе с семьёй — просто дар огня проснулся в самый неподходящий момент. Во-вторых, матушка решила, что потенциально опасная дочь — слишком сложно для семейного бюджета. И в-третьих, императорский указ не обсуждают. Даже если ты считаешь, что драконы — это чешуйчатые самовлюблённые ящерицы с завышенной самооценкой.
Академия «Сапфировая» — место, где люди и драконы учатся вместе. Формально. На деле драконы смотрят на нас как на диких зверей, которые случайно научились говорить. И я — идеальное подтверждение их теории: нестабильный огонь, острый язык и полное отсутствие желания прогибаться.
Единственная проблема — ректор. Трёхсотлетний красавчик с серебряными волосами и золотыми глазами. Он идеальный и, кажется, считает меня своей личной головной болью. Потому что я не умею быть удобной. И если тысяча лет драконьей мудрости не выдержит одну вспыльчивую студентку — ну, это уже их проблемы.
Выберите полку для книги