Читать и слушать книги

Новогодняя сказка в детском саду превращается в интерактивное приключение. Золушка мечтает попасть на бал, но злая Мачеха и её дочери отбирают приглашение и прячут хрустальную туфельку. Вместо привычной Феи-крёстной детям помогает Дед Мороз, который потерял свой посох и теперь колдует с ошибками. Чтобы спасти праздник, малышам вместе со Снегурочкой предстоит пройти испытания: разгадать заколдованные загадки Мачехи, помочь Золушке собрать рассыпанную магическую крупу, научиться танцевать странный «Поломанный вальс» и найти настоящий посох Деда Мороза. Это история о том, что смелость, дружба и вера в чудо сильнее злых чар, а бой курантов звучит только тогда, когда все готовы радоваться от чистого сердца.

Волшебный новогодний праздник в детском саду превращается в настоящее приключение по мотивам любимой сказки про Чебурашку! Вместе с ушастым героем и его верным другом крокодилом Геной ребята отправляются спасать Новый год: коварная Шапокляк похитила волшебные часы, без которых праздник не наступит. Чтобы вернуть их, дети проходят весёлые испытания — разгадывают хитроумные загадки, участвуют в подвижных конкурсах, видят настоящие фокусы и помогают героям преодолеть препятствия. Сценарий наполнен добрым юмором, интерактивными играми и трогательными моментами, где каждый ребёнок становится частью сказки. В программу включены роли для воспитателей, музыкальные паузы, распределение по возрастным группам и варианты для зала разного размера. Праздник учит дружбе, взаимовыручке и вере в чудо, а яркие костюмы, реквизит и простые в исполнении эффекты делают постановку доступной для любого детского сада. Это не просто утренник, а полноценное театрализованное представление.

Ольга бежала из душной Москвы, спасаясь от выгорания и бессонницы, надеясь найти покой в старом бабушкином доме в глухой деревне Сосновка. Но вместо детской сказки её встретила мёртвая тишина, заколоченные окна соседей и животный ужас тех немногих, кто остался.
Теперь в доме по ночам скрипят половицы, на чердаке слышны тяжелые шаги, а зеркала показывают то, чего быть не должно.
Ольге предстоит узнать страшную тайну своего рода: её семья — не просто жители, а тюремщики древнего Зла.

Говорят, что в мире существует лишь одна истинная роза. Она не знает увядания, потому что питается не водой и не землёй, а биением человеческих сердец. Семь раз за эпоху она расцветает. Семь раз она находит тех, чья страсть способна прожечь ткань времени. Эта книга — не просто сборник историй. Это шёпот семи эпох, семь вздохов, семь сердец, которые бьются в унисон, пока между их ладонями горит единственный, алый, как кровь, как закат, как первая любовь, бутон.

Клуб романтиков и эротоманов не имел адреса. Его нельзя было найти на карте, нельзя было отыскать в телефонном справочнике, нельзя было вызвать такси, чтобы оно привезло тебя к его дверям. О Клубе узнавали иначе — по знаку, который приходил в ту минуту, когда сердце начинало томиться не от пошлой похоти, а от жажды истинной чувственности, от желания соединить в одном порыве и нежность, и страсть, и поэзию, и телесную радость.
Говорили, что Клуб существует столько же, сколько существует любовь. Кто-то утверждал, что его основал сам Казанова в один из скучных вечеров, когда ему надоело покорять сердца светских дам и захотелось собрать вокруг себя единомышленников. Кто-то шептал, что Клуб появился ещё при дворе египетской Клеопатры, и что сама царица была его первой хранительницей. Но чаще всего поговаривали, что Клуб вне времени, что он существует сразу во всех эпохах, и каждый, кто переступает его порог, попадает в тот век, который ближе всего его душе...

Говорят, что Лига существует столько же, сколько существует человеческое воображение. Кто-то шепчет, что её основали первые сказители, сидящие у костров в доисторические ночи. Кто-то уверен, что Лига — это лишь отражение коллективного бессознательного, место, где материализуются самые смелые и сокровенные грёзы. Но члены Лиги знают истину: это sanctuary, убежище для тех, кто понимает, что фантазия — это не бегство от реальности, а её самое глубокое, самое концентрированное проявление.
Залы Лиги меняются в зависимости от того, кто в них входит. Для одного это будет кабинет, наполненный запахом старых книг и озона, для другого — терраса, парящая над облаками, для третьего — тёмная комната, где тени танцуют на стенах под звуки невидимого оркестра. Но есть одно неизменное правило: в Лигу допускаются лишь те, чей возраст не превысил тридцати двух лет. Это время, когда огонь юности ещё не угас, но разум уже способен постичь глубину истинной страсти и сложность человеческих чувств...

Их называют полуночными романтиками. Они не встречаются днём — днём они обычные люди: клерки, художники, музыканты, студенты, мечтатели. Но с наступлением ночи в них просыпается нечто иное. Они выходят на улицы пустых городов, они поднимаются на крыши, они спускаются в подвалы, где играют джаз, они бродят по набережным, слушая, как вода плещется о камни. Они ищут. Ищут друг друга, ищут смысл, ищут ту самую ноту, которая заставит их сердце забиться в ритме вселенной.
Говорят, что существует Общество Полуночных Романтиков. Говорят, что оно не имеет ни устава, ни членских взносов, ни даже постоянного места встреч. Членом Общества становится тот, кто однажды в полночь посмотрел на луну и понял, что она смотрит на него в ответ. Тот, кто услышал в тишине музыку, которой нет. Тот, кто полюбил так, что эта любовь стала похожа на сон, от которого не хочется просыпаться.

Весна. Сосновка оживает: дым над крышами, петух по утрам, подруга из Москвы — с просекко и неверием. Ольга Морозова начинает оттаивать: козочка Милка, вечера на крыльце, лесник Иван, который чинит забор так, будто ухаживает. В самую короткую ночь года грань тонка, как береста. К Чёрной Ели придут все разом — всё, что целый год давило на границу. Ольга встретит Купалу на своём посту: с ножом, с солью, со своей кровью. И не веря даже тому, кого любит, — Навь умеет надевать любые лица.

Эта книга — как тёплый плед в прохладный вечер. В ней осень не пугает холодом и темнотой, а становится поводом замедлиться, налить себе чашку чая и прислушаться к тишине. Здесь живут уютные вечера у окна, шуршание листьев, мурчание кота и свет лампы, который делает любую непогоду нестрашной. Стихи словно созданы, чтобы читать их шёпотом, вполголоса, когда за окном уже темно, а внутри — спокойно и тепло. Пусть эта книга станет вашим маленьким убежищем, где осень всегда бережна, а дом — надёжен.

Вертолёт трясло так, что Вера Морозова, прижавшись спиной к холодной обшивке, с трудом удерживала в руках медицинскую сумку. За иллюминатором мелькали заснеженные вершины Кавказа, серые, безжалостные, равнодушные к тем, кто осмеливался бросить им вызов.
— До места ещё минут десять! — крикнул пилот, не оборачиваясь. — Держитесь, будет трясти!
Вера кивнула, хотя он её не видел. Ей было двадцать пять, и за плечами у неё уже было три года работы в санитарной авиации. Она видела смерть в лицо столько раз, что перестала её бояться. Но каждый новый вылет — это всегда шаг в неизвестность.
На земле, в альплагере на высоте три тысячи метров, случилось ЧП. Селевой поток, сошедший ночью, накрыл часть лагеря. Погибли четыре человека. Ещё семеро — пропали. Одного из них, руководителя экспедиции, нашли с тяжёлой черепно-мозговой травмой.
Вера посмотрела на своего напарника...