Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
Я всего лишь хотела искупаться на пустом пляже, пока город ещё спит. Без людей. Без обжигающего кожу солнца. Без шума.
Но в мою сторону понёсся рыжий карликовый пудель. Испугавшись, я подняла взгляд... и увидела его.
Огромного. Мрачного. Спокойного. Он сидел в компании ещё одного парня, а за их спинами развернулась настоящая драка. От этой картины кровь застыла в жилах. Я испугалась и сбежала, даже не зная, от кого убегаю. А потом узнала.
Ярослав – один из тех, кто ходит вокруг арт-студии моего деда. Вокруг нашей старой фабрики, которую хотят забрать любой ценой.
Я должна помочь деду и защитить её.
Только, кажется, я вступила в схватку с одним из самых опасных хищников этого города. С тем, кто решил, что я его собственность.
Но в мою сторону понёсся рыжий карликовый пудель. Испугавшись, я подняла взгляд... и увидела его.
Огромного. Мрачного. Спокойного. Он сидел в компании ещё одного парня, а за их спинами развернулась настоящая драка. От этой картины кровь застыла в жилах. Я испугалась и сбежала, даже не зная, от кого убегаю. А потом узнала.
Ярослав – один из тех, кто ходит вокруг арт-студии моего деда. Вокруг нашей старой фабрики, которую хотят забрать любой ценой.
Я должна помочь деду и защитить её.
Только, кажется, я вступила в схватку с одним из самых опасных хищников этого города. С тем, кто решил, что я его собственность.
Я устроилась сиделкой к бабушке, а попала в лапы монстра.
Он властный, молчаливый, и где-то даже жестокий. Берет свое, не спрашивая...
Его лицо в шрамах, а душа в ожогах прошлого. Он не знает, что такое жалость и любовь и берет меня словно куклу. Но почему мое сердце все больше к нему привязывается?
Он властный, молчаливый, и где-то даже жестокий. Берет свое, не спрашивая...
Его лицо в шрамах, а душа в ожогах прошлого. Он не знает, что такое жалость и любовь и берет меня словно куклу. Но почему мое сердце все больше к нему привязывается?
— Ты как? – Моего плеча касается чужая мужская рука. Отпрыгиваю к другой стене как ошпаренная. – Спокойно, мы тебя не тронем. Ты здесь не по своей воле?
Я слышу приятный голос и спокойный тембр. Глаза, залитые слезами и потекшим макияжем, ничего не видят. Пытаюсь рассмотреть, но вижу только размытые силуэты на фоне тусклой лампочки туалета. Две высокие мужские фигуры и одна широкая на полу.
В ответ на вопрос начинаю молча мотать головой.
— Нет…
— Я вас всех..! – орет насильник.
Меня трясет и колотит, прижимаюсь всем телом к холодной стене, страшась любого звука.
— Как тебя зовут? – Мужчина, садится передо мной на корточки, подавая мне сумку.
— А-аня.
— Так, Аня, этот мужчина очень влиятельный человек. Слушаешь?
Киваю в ответ.
— Мы его можем убрать от тебя, но ты будешь нам должна.
— Что? – удивленно поднимаю взгляд, с трудом различая черты лица.
— Услуга за услугу. Нам придется сильно повозиться с ним. Или оставить?
Я слышу приятный голос и спокойный тембр. Глаза, залитые слезами и потекшим макияжем, ничего не видят. Пытаюсь рассмотреть, но вижу только размытые силуэты на фоне тусклой лампочки туалета. Две высокие мужские фигуры и одна широкая на полу.
В ответ на вопрос начинаю молча мотать головой.
— Нет…
— Я вас всех..! – орет насильник.
Меня трясет и колотит, прижимаюсь всем телом к холодной стене, страшась любого звука.
— Как тебя зовут? – Мужчина, садится передо мной на корточки, подавая мне сумку.
— А-аня.
— Так, Аня, этот мужчина очень влиятельный человек. Слушаешь?
Киваю в ответ.
— Мы его можем убрать от тебя, но ты будешь нам должна.
— Что? – удивленно поднимаю взгляд, с трудом различая черты лица.
— Услуга за услугу. Нам придется сильно повозиться с ним. Или оставить?
Сколько сейчас? Ночь? Утро? Я не знаю.
Огонь дотлевает. Я больше не подбрасываю ветки — их нет. Остался только жар, алый, хрупкий, как лепесток. Я ложусь, свернувшись калачиком. Камень под боком — острый, но неважно. Всё уже неважно. Я не чувствую лица.
Вижу… свет. Или огонь. Мужской. Глухой. Как будто зовёт. Или просто дышит рядом.
Может, я умираю. И вдруг — звук. Настоящий.
Я не открываю глаза. Не могу. Чувствую, как кто-то приближается.
Остановка. Вдох. Потом — мягкий, ровный голос. Говорит не со мной. С кем-то рядом.
— Стоять. Тихо.
Собака? Шерсть касается моей щеки. Грубая, тёплая. Что-то обнюхивает мою руку. Тихое рычание.
И снова голос:
— Тихо, Дато. Это — человек.
Меня берут на руки.
Не грубо — крепко. Словно я не хрупкая девочка, а что-то ценное. Как будто несут не тело — а жизнь. Я чувствую: его пальцы под моей спиной. Сквозь куртку. Его плечо — у моего лица. Пахнет чем-то тёплым. Кожей. Хвоей.
Я хочу сказать «спасибо». Но губы не слушаются.
Сознание гаснет.
Огонь дотлевает. Я больше не подбрасываю ветки — их нет. Остался только жар, алый, хрупкий, как лепесток. Я ложусь, свернувшись калачиком. Камень под боком — острый, но неважно. Всё уже неважно. Я не чувствую лица.
Вижу… свет. Или огонь. Мужской. Глухой. Как будто зовёт. Или просто дышит рядом.
Может, я умираю. И вдруг — звук. Настоящий.
Я не открываю глаза. Не могу. Чувствую, как кто-то приближается.
Остановка. Вдох. Потом — мягкий, ровный голос. Говорит не со мной. С кем-то рядом.
— Стоять. Тихо.
Собака? Шерсть касается моей щеки. Грубая, тёплая. Что-то обнюхивает мою руку. Тихое рычание.
И снова голос:
— Тихо, Дато. Это — человек.
Меня берут на руки.
Не грубо — крепко. Словно я не хрупкая девочка, а что-то ценное. Как будто несут не тело — а жизнь. Я чувствую: его пальцы под моей спиной. Сквозь куртку. Его плечо — у моего лица. Пахнет чем-то тёплым. Кожей. Хвоей.
Я хочу сказать «спасибо». Но губы не слушаются.
Сознание гаснет.
– Отпусти её! Ты с ума сошла? – рыкнул муж.
– Я сошла? Чем ты занимаешься на рабочем месте?
– Не веди себя как истеричка! Успокойся, я сказал!
– Ты изменил мне! – прошипела я.
– Ничего страшного не произошло! Смирись, дорогая, всё равно никуда не денешься. Кому ты нужна с прицепом?
***
Муж сказал, что заберет ребенка. Я была готова бороться за себя и сына, но судьба свела меня с тем, кого боится весь город.
Его имя не произносят вслух, а один взгляд заставляет дрожать.
Станет ли он моим спасением, или я всего лишь пешка в его игре?
– Я сошла? Чем ты занимаешься на рабочем месте?
– Не веди себя как истеричка! Успокойся, я сказал!
– Ты изменил мне! – прошипела я.
– Ничего страшного не произошло! Смирись, дорогая, всё равно никуда не денешься. Кому ты нужна с прицепом?
***
Муж сказал, что заберет ребенка. Я была готова бороться за себя и сына, но судьба свела меня с тем, кого боится весь город.
Его имя не произносят вслух, а один взгляд заставляет дрожать.
Станет ли он моим спасением, или я всего лишь пешка в его игре?
– Пожалуйста, нет! – реальность меня захлестнула, и я стала биться.
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
Я не понимала почему поддалась ему, почему так реагирую на него и какого черта происходит.
Мужчина убрал руку с груди и резким движением разорвал трусики по боковому шву. Крик отчаяния сорвался с моих губ. Я кричала, просто орала, слезы затянули глаза.
Раздался хлопок и стало светлее. Я повернула голову и поняла, что это упали боковые стенки подарочного ящика, в котором я лежала.
В тускло освещенной комнате, я успела разглядеть большую кровать с балдахином. Я находилась в центре комнаты на чем-то высоком.
– Я прошу вас не надо! – уставшим голосом прошептала я, но мои трусики упали на пол.
– Ты прекрасна и поверь тебе будет мало! Ты будешь просить меня не останавливаться! Запомни это!
— Так это ты меня спасла? – снова этот дикий шепот. От него трясутся коленки. И страшно и будоражит одновременно.
Киваю и молчу.
— Тогда спасибо. – Говорит уже чуть громче.
Его рука продолжает скользить от шеи вниз, переходя на грудь. Он тяжело дышит мне в затылок. Я зажмуриваюсь, делаю рывок вперед и… вырываюсь, отбегая от него к окну.
— Зачем вы это сделали? – злость пробивается сквозь страх.
Он крепок телом, даже слишком. Тут и там, из-под больничной распашонки, видны татуировки. Высок. Лицо сейчас совсем другое. Не то, искаженное болью. Теперь — это наглое дерзкое и красивое лицо опасного типа. Такие выделяются из толпы. Звериный оскал вместо улыбки, взгляд голубых холодных глаз исподлобья. По телу пробегает табун мурашек.
Он отрывается от стены у двери и медленно идет к кровати. Отвечать мне не собирается. Рукой он держится за бок, куда был ранен. У кровати убирает руку, чтобы опереться, и я замечаю красное пятно на распашонке.
— Вот черт!
Киваю и молчу.
— Тогда спасибо. – Говорит уже чуть громче.
Его рука продолжает скользить от шеи вниз, переходя на грудь. Он тяжело дышит мне в затылок. Я зажмуриваюсь, делаю рывок вперед и… вырываюсь, отбегая от него к окну.
— Зачем вы это сделали? – злость пробивается сквозь страх.
Он крепок телом, даже слишком. Тут и там, из-под больничной распашонки, видны татуировки. Высок. Лицо сейчас совсем другое. Не то, искаженное болью. Теперь — это наглое дерзкое и красивое лицо опасного типа. Такие выделяются из толпы. Звериный оскал вместо улыбки, взгляд голубых холодных глаз исподлобья. По телу пробегает табун мурашек.
Он отрывается от стены у двери и медленно идет к кровати. Отвечать мне не собирается. Рукой он держится за бок, куда был ранен. У кровати убирает руку, чтобы опереться, и я замечаю красное пятно на распашонке.
— Вот черт!
– Мне бабы на базе не нужны, поняла меня?
– Я не баба! Я почти лейтенант ВДВ! – сверкнула она глазищами.
– Значит, так, почти лейтенант! Дорогу расчистят, валишь обратно, все ясно?
– Да и пожалуйста! Больно надо с таким твердолобым служить!
С кем?!
Мне обещали толкового бойца. Без погон, но толкового. А приехала ОНА! Наглая нахалка с во-от такими глазами! Во-от такими волосами! А характер?! Она - сплошная проблема, она что-то скрывает. К черту, пусть едет обратно!
Я решил так, но горы решили иначе.
Кавказ запер нас обоих. Или дал один шанс на двоих?
– Я не баба! Я почти лейтенант ВДВ! – сверкнула она глазищами.
– Значит, так, почти лейтенант! Дорогу расчистят, валишь обратно, все ясно?
– Да и пожалуйста! Больно надо с таким твердолобым служить!
С кем?!
Мне обещали толкового бойца. Без погон, но толкового. А приехала ОНА! Наглая нахалка с во-от такими глазами! Во-от такими волосами! А характер?! Она - сплошная проблема, она что-то скрывает. К черту, пусть едет обратно!
Я решил так, но горы решили иначе.
Кавказ запер нас обоих. Или дал один шанс на двоих?
— Ты реально думала, что Ренат на тебе женится? Бесприданница из аула… Ваш брак — постановка! Никах читал актер, свидетели — его дружки по бабам. Брат просто хотел тебя. Вы не женаты!
После первой брачной ночи в спальню врывается сестра моего новоиспеченного мужа и выносит безжалостный приговор…
— Ты лжешь! — в ушах звенит. — Где Ренат?
— Со своей настоящей невестой. А ты — постельная игрушка, пока не надоешь. Это же Кавказ, детка… Каждой твари по паре…
Ренат Черчесов разбил мне сердце на тысячи осколков. Я подняла один из них и превратила в кинжал, который однажды всажу ему в сердце.
Его сестра права. Это Кавказ. Жестокий и беспощадный…
История роковой любви🖤
Будет дико эмоционально, оголенно до нервов и непредсказуемо!
ХЭ обязательно!
После первой брачной ночи в спальню врывается сестра моего новоиспеченного мужа и выносит безжалостный приговор…
— Ты лжешь! — в ушах звенит. — Где Ренат?
— Со своей настоящей невестой. А ты — постельная игрушка, пока не надоешь. Это же Кавказ, детка… Каждой твари по паре…
Ренат Черчесов разбил мне сердце на тысячи осколков. Я подняла один из них и превратила в кинжал, который однажды всажу ему в сердце.
Его сестра права. Это Кавказ. Жестокий и беспощадный…
История роковой любви🖤
Будет дико эмоционально, оголенно до нервов и непредсказуемо!
ХЭ обязательно!
— Ты думала, что сбежишь?
Мужчина медленно идёт на меня, как хищник на добычу.
А я вжимаюсь в изголовье его кровати. Прикованная.
— Вы…
Он наклоняется ближе. Его пальцы сжимают мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Ты правда решила, что я не найду тебя, Белоснежка? — хрипло усмехается он. — Это мой город. И теперь… ты тоже моя.
Я — обычная студентка, случайно попавшая на закрытый вечер для элиты города.
Он — опасный мужчина, от которого нужно бежать как можно дальше.
В ту ночь я сбежала от него. Но он нашёл меня.
Теперь я его пленница.
Его игрушка.
Семь дней — и я буду принадлежать ему без остатка.
Без права на «нет» и шанса на побег…
Мужчина медленно идёт на меня, как хищник на добычу.
А я вжимаюсь в изголовье его кровати. Прикованная.
— Вы…
Он наклоняется ближе. Его пальцы сжимают мой подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Ты правда решила, что я не найду тебя, Белоснежка? — хрипло усмехается он. — Это мой город. И теперь… ты тоже моя.
Я — обычная студентка, случайно попавшая на закрытый вечер для элиты города.
Он — опасный мужчина, от которого нужно бежать как можно дальше.
В ту ночь я сбежала от него. Но он нашёл меня.
Теперь я его пленница.
Его игрушка.
Семь дней — и я буду принадлежать ему без остатка.
Без права на «нет» и шанса на побег…
Подборка остросюжетных любовных романов
Выберите полку для книги