Книги в жанре «Эротическая комедия» по тегу «vlastnyy-geroy»
— Ради Бога, вы что здесь делаете? — вся дрожу в своей постели, в которой оказался и мой свёкор.
— Лапочка моя, успокойся, — так нежно прядь волос за ухо мне заправляет, что аж низ живота стягивает. — Тебе все понравилось, — пальцами касается моей скулы.
Господи! Это катастрофа моей новой жизни!
— Фёдор Михайлович, м-между нами ч-что-то было? — заикаюсь через слово, мечтая провалиться сквозь постель. — Это же неправильно!
— Неправильно пренебрегать такой девушкой, как ты, — красивый и такой роскошный подползает ко мне и на ушко шепчет:
— Но мы еще не закончили... — и многозначительно опускает взгляд.
***
Я развелась с мужем. Переехала в домик за городом. Ни личной, ни сексуальной жизни. Но однажды ночью завёлся в моей постели мужик, с которым мы устроили такой отрыв.
И оказался им мой свёкор.
— Лапочка моя, успокойся, — так нежно прядь волос за ухо мне заправляет, что аж низ живота стягивает. — Тебе все понравилось, — пальцами касается моей скулы.
Господи! Это катастрофа моей новой жизни!
— Фёдор Михайлович, м-между нами ч-что-то было? — заикаюсь через слово, мечтая провалиться сквозь постель. — Это же неправильно!
— Неправильно пренебрегать такой девушкой, как ты, — красивый и такой роскошный подползает ко мне и на ушко шепчет:
— Но мы еще не закончили... — и многозначительно опускает взгляд.
***
Я развелась с мужем. Переехала в домик за городом. Ни личной, ни сексуальной жизни. Но однажды ночью завёлся в моей постели мужик, с которым мы устроили такой отрыв.
И оказался им мой свёкор.
— Что, вы сказали, я подписала?
Генеральной сволочи весело, а мне хоть плачь
— А ты совсем никогда не читаешь, что подписываешь? — ведет темной бровью. — Ну у меня и личная помощница. Кстати, теперь очень личная. Интимная, я бы сказал.
Хватает меня за…
— Вы совсем рехнулись?! — взвизгиваю.
— Имею право потрогать то, чем владею! — внезапно переходит на рык. — Сама подписала! Теперь ты моя. Раздевайся и не трать мое время!
Глаза застилает злостью и обидой, но теперь я вижу, что принесенная им бумажка — это мое добровольное согласие на его полное и безоговорочное владение моим телом.
Генеральной сволочи весело, а мне хоть плачь
— А ты совсем никогда не читаешь, что подписываешь? — ведет темной бровью. — Ну у меня и личная помощница. Кстати, теперь очень личная. Интимная, я бы сказал.
Хватает меня за…
— Вы совсем рехнулись?! — взвизгиваю.
— Имею право потрогать то, чем владею! — внезапно переходит на рык. — Сама подписала! Теперь ты моя. Раздевайся и не трать мое время!
Глаза застилает злостью и обидой, но теперь я вижу, что принесенная им бумажка — это мое добровольное согласие на его полное и безоговорочное владение моим телом.
— Кто ты? — прорычал он, с силой впечатывая меня своим телом в стену. Его пальцы сжались на моей шее. — На кого работаешь?
— Ни на кого! — выдохнула я, пытаясь вырваться.
— Говори правду. Или… — оскалился в усмешке, нависнув надо мной. И… тут я почувствовала... напор его паха прижатого к моему бедру... — ...распрощаешься со своей невинностью...
Моя жизнь — это разваливающаяся забегаловка и бывший, который вымогает у меня последние деньги. Но однажды ночью, на своём пороге я нахожу истекающего кровью мужчину.
Теперь, я прячу у себя чертовски сексуального и самого разыскиваемого бандита города. И его руки... его руки сводят меня с ума...
— Ни на кого! — выдохнула я, пытаясь вырваться.
— Говори правду. Или… — оскалился в усмешке, нависнув надо мной. И… тут я почувствовала... напор его паха прижатого к моему бедру... — ...распрощаешься со своей невинностью...
Моя жизнь — это разваливающаяся забегаловка и бывший, который вымогает у меня последние деньги. Но однажды ночью, на своём пороге я нахожу истекающего кровью мужчину.
Теперь, я прячу у себя чертовски сексуального и самого разыскиваемого бандита города. И его руки... его руки сводят меня с ума...
– Постой, я не кончил! – окликает меня босс, и мое сердце ухает в пятки.
– Вы хотели сказать, что не закончили давать мне поручения? – уточняю, возвращаясь.
– Не надо меня поправлять, - грубо одергивает меня босс. – Лучше учись угадывать мои желания с полуслова или, лучше, вообще без слов.
– Но Вы же понимаете: даром ясновидения я не владею, - отвечаю.
– Ого! Да ты капризуля! Надо же, как дерзишь! Хочешь, чтобы я тебя наказал? – спрашивает меня босс, подавшись вперед. Но голос его звучит так, будто он не угрожает мне, а обещает что-то хорошее.
***
Настя вынуждена заменить на рабочем месте маму на время ее отпуска, одновременно проходя студенческую практику. Она уверена, что с секретарскими обязанностями справится. Но вскоре выясняется, что босс ожидает от нее большего и дает ей поручения, не предусмотренные должностными инструкциями. И у него есть мощный рычаг, чтобы повлиять на девушку и заставить ее играть по его правилам.
– Вы хотели сказать, что не закончили давать мне поручения? – уточняю, возвращаясь.
– Не надо меня поправлять, - грубо одергивает меня босс. – Лучше учись угадывать мои желания с полуслова или, лучше, вообще без слов.
– Но Вы же понимаете: даром ясновидения я не владею, - отвечаю.
– Ого! Да ты капризуля! Надо же, как дерзишь! Хочешь, чтобы я тебя наказал? – спрашивает меня босс, подавшись вперед. Но голос его звучит так, будто он не угрожает мне, а обещает что-то хорошее.
***
Настя вынуждена заменить на рабочем месте маму на время ее отпуска, одновременно проходя студенческую практику. Она уверена, что с секретарскими обязанностями справится. Но вскоре выясняется, что босс ожидает от нее большего и дает ей поручения, не предусмотренные должностными инструкциями. И у него есть мощный рычаг, чтобы повлиять на девушку и заставить ее играть по его правилам.
— Нет! Пожалуйста! Только не вы! — уже сижу на гинекологическом кресле. Бежать некуда.
Впереди только этот кареглазый мужчина!
— Я требую другого врача! — деру глотку на всю женскую консультацию.
— Перестаньте орать! — доктор закрывает мне рот ладонью, и я только недовольно пыхчу. И смотрю на него широко распахнутыми глазами.
Вдыхаю до боли знакомый запах. Или, кажется.
— М-м-м... — скидываю его руку. — Вы со всеми пациентками так обращаетесь? — сердце сейчас из груди выпрыгнет.
Кареглазый черт нахально лыбится и склоняется к моим губам, обдавая шепотом:
— Нет! Только с теми, с кем знаком лично!
Впереди только этот кареглазый мужчина!
— Я требую другого врача! — деру глотку на всю женскую консультацию.
— Перестаньте орать! — доктор закрывает мне рот ладонью, и я только недовольно пыхчу. И смотрю на него широко распахнутыми глазами.
Вдыхаю до боли знакомый запах. Или, кажется.
— М-м-м... — скидываю его руку. — Вы со всеми пациентками так обращаетесь? — сердце сейчас из груди выпрыгнет.
Кареглазый черт нахально лыбится и склоняется к моим губам, обдавая шепотом:
— Нет! Только с теми, с кем знаком лично!
В один из ничем не примечательных дней Анна-Мария вдруг понимает, что её жизнь с супругом и стремление доказать свою значимость стали невыносимыми. Она чувствует себя красивой дорогой куклой, которую поставили на полку и забыли даже смахнуть пыль. Спонтанные поступки — не её стихия, но когда эмоции берут верх, она готова на самые безумные вещи! Она решает уйти от мужа и начать всё с чистого листа.
"Пусть катится колбаской муженек."
"Пусть катится колбаской муженек."
— Куда прешь, корова! — машина тормозит, ударяя меня в бедро. — Повылазило?
— Тёмыч, не ори. Видишь девка не в себе, — со стороны пассажирского сиденья выбирается красавчик и нагло раздевает меня глазами.
— Так мне что расцеловать ее? — не унимается водитель. — Она своей кормой мне фару разбила.
— Вполне неплохая корма, — ухмыляется красавчик. — Хорош уже причитать. Поехали, мы в клуб опаздываем.
Я, прихрамывая, молча обхожу машину и сажусь на заднее сиденье.
— Эээ, а ты куда? — обескураженно кричит Тёмыч. — А ну, вылазь!
— Понимаете, — с мольбой смотрю на красавчика. — Вы меня простите…
— Ближе к теме, — обрывает меня молодой человек.
— Мне надо расслабиться, — шепчу я, наклоняясь к нему. — Напиться… Жестко напиться. А у меня нет опыта в бухании.
Громкий хохот разносится по салону машины.
— Тёмыч, не ори. Видишь девка не в себе, — со стороны пассажирского сиденья выбирается красавчик и нагло раздевает меня глазами.
— Так мне что расцеловать ее? — не унимается водитель. — Она своей кормой мне фару разбила.
— Вполне неплохая корма, — ухмыляется красавчик. — Хорош уже причитать. Поехали, мы в клуб опаздываем.
Я, прихрамывая, молча обхожу машину и сажусь на заднее сиденье.
— Эээ, а ты куда? — обескураженно кричит Тёмыч. — А ну, вылазь!
— Понимаете, — с мольбой смотрю на красавчика. — Вы меня простите…
— Ближе к теме, — обрывает меня молодой человек.
— Мне надо расслабиться, — шепчу я, наклоняясь к нему. — Напиться… Жестко напиться. А у меня нет опыта в бухании.
Громкий хохот разносится по салону машины.
— Она вышла в папиных трусах, тогда-то все и стало понятно!— орала его дочь и моя близкая подружка, на весь дом. Мой отец и так был на нервах, но после такого откровения, аж побагровел:
— Тая! У вас что...был секс?
— Пап, я люблю Максима.
— Был секс?!— отец схватился за ружье для охоты на уток.
— Я тебе о любви, а ты о чем?!
— Вот черт! Черт! О чем думал этот ублюдок?! — отец начал вставлять патрон, а я рыдать навзрыд. Как раз в это время и вошел Максим Петрович.
— Ну, что ж, я сходил в магазин, можем пить чай. Кто хочет...кексик?
Я была влюблена в него, сколько себя помню, но платонической любовью. О физической задумалась... когда пришла к Максиму Петровичу на гинекологический осмотр.
— Раздвинь-ка ножки,— велел мужчина, и мне стало не по себе. Безбожно жарко от одного взгляда лучшего друга отца.
— Тая! У вас что...был секс?
— Пап, я люблю Максима.
— Был секс?!— отец схватился за ружье для охоты на уток.
— Я тебе о любви, а ты о чем?!
— Вот черт! Черт! О чем думал этот ублюдок?! — отец начал вставлять патрон, а я рыдать навзрыд. Как раз в это время и вошел Максим Петрович.
— Ну, что ж, я сходил в магазин, можем пить чай. Кто хочет...кексик?
Я была влюблена в него, сколько себя помню, но платонической любовью. О физической задумалась... когда пришла к Максиму Петровичу на гинекологический осмотр.
— Раздвинь-ка ножки,— велел мужчина, и мне стало не по себе. Безбожно жарко от одного взгляда лучшего друга отца.
— Тебе бы, мальчик, смотреть на девочек своего возраста и комплекции, — выдаю я.
— Воу, какая женщина! — смеётся мужчина рядом с ним.
— Скажите своему другу не пялиться, — обращаюсь я к мужчине. — Затылок уже зудит.
— А должно зудеть другое, — подаёт голос парень.
— А тебе-то хоть есть восемнадцать?
Он откровенно хохочет, запрокинув голову, открывая татуировки на красивой шее.
Вдруг вижу, как он вскидывает руки над головой, хлопает два раза, и музыка затихает. Моментально.
— Ты кто вообще?
— Меня зовут Максим Злодеев. Можно просто Макс, — он с усмешкой подходит всё ближе. Такой высокий, такой красивый. — Клуб “Злодей” — мой, если ты ещё не поняла. Приятно познакомиться, Маша Училка.
— Воу, какая женщина! — смеётся мужчина рядом с ним.
— Скажите своему другу не пялиться, — обращаюсь я к мужчине. — Затылок уже зудит.
— А должно зудеть другое, — подаёт голос парень.
— А тебе-то хоть есть восемнадцать?
Он откровенно хохочет, запрокинув голову, открывая татуировки на красивой шее.
Вдруг вижу, как он вскидывает руки над головой, хлопает два раза, и музыка затихает. Моментально.
— Ты кто вообще?
— Меня зовут Максим Злодеев. Можно просто Макс, — он с усмешкой подходит всё ближе. Такой высокий, такой красивый. — Клуб “Злодей” — мой, если ты ещё не поняла. Приятно познакомиться, Маша Училка.
Катя Дойникова из провинции готова на все, чтобы спасти брата. Даже выйти замуж за незнакомого миллионера! Егор Зайцев – красив, богат и невероятно сдержан. У него свои резоны для этого фиктивного брака. У Кати – счет из больницы и тонна наивности. Брачный контракт? Не вопрос! Но кто предупредит Катю, что пункт "совместное проживание" включает утренние встречи в полотенце, борьбу за пульт от телевизора размером с киноэкран и необходимость целоваться на глазах у язвительной светской тусовки Москвы? А уж про внезапное и жгучее влечение, напрочь забывающее про слово "фиктивный", в контракте и вовсе ни слова!
Подборка эротических комедий с властным героем
Выберите полку для книги