Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»
Васька тиснул по тормозам. Незнакомка буквально упала на капот его «Лады». Он замер, чувствуя, как по спине прокатилась волна страха, лоб мгновенно вспотел. Медленно он приблизился к лобовому стеклу. Девушка подняла голову.
Щелкнув ремнем безопасности, Молотов вышел из машины, рыжая незнакомка кинулась к нему. На дороге показалось двое мужчин, они быстро приближались к его машине по освещённому фарами пути.
- Ты чего творишь? - со злостью рявкнул Василий на девушку. - Пьяная, что ли? – он внимательно оглядел ее с головы до ног.
Еще раз убедился, что у рыжей потрясающая фигура и просто нереально длинные ноги. Та, в свою очередь, рассматривала его. Невысокий, но коренастый, плечистый, с сильными руками и недовольным нахмуренным лицом. На груди его военной формы она увидела нашивку с надписью «Молотов В.В.».
— Помоги мне, Вова, — пристально посмотрела ему в серебристые, тусклые, уставшие глаза.
— Вася, — исправил он ее.
— Помоги, Василёк, — прошептала девушка и обернулась.
Щелкнув ремнем безопасности, Молотов вышел из машины, рыжая незнакомка кинулась к нему. На дороге показалось двое мужчин, они быстро приближались к его машине по освещённому фарами пути.
- Ты чего творишь? - со злостью рявкнул Василий на девушку. - Пьяная, что ли? – он внимательно оглядел ее с головы до ног.
Еще раз убедился, что у рыжей потрясающая фигура и просто нереально длинные ноги. Та, в свою очередь, рассматривала его. Невысокий, но коренастый, плечистый, с сильными руками и недовольным нахмуренным лицом. На груди его военной формы она увидела нашивку с надписью «Молотов В.В.».
— Помоги мне, Вова, — пристально посмотрела ему в серебристые, тусклые, уставшие глаза.
— Вася, — исправил он ее.
— Помоги, Василёк, — прошептала девушка и обернулась.
Они стоят напряженные, кулаки сжаты до побелевших костяшек, их лица пылают такой злобой и ненавистью, что если бы не сдерживающие рабские полоски кожи на шеях, то меня просто растерзали бы на месте. Они давно были готовы к смерти, но появилась я, из-за которой им опять предстоит жить.
— Мы уже неделю спорим, кто первый тебя поцелует.
— И кто выигрывает?
— Пока никто. Мы решили, что выбирать должна ты.
Марине тридцать два. За плечами — развод, впереди — тихое лето в загородном доме подруги. Озеро, сосны, ни одного мужчины на горизонте. Идеальный план.
Но в доме уже живут двое: сын подруги — двадцать пять, наглая улыбка, ни капли стеснения — и его лучший друг, почти ровесник Марины, от чьего голоса забываешь, зачем пришла на кухню...
— И кто выигрывает?
— Пока никто. Мы решили, что выбирать должна ты.
Марине тридцать два. За плечами — развод, впереди — тихое лето в загородном доме подруги. Озеро, сосны, ни одного мужчины на горизонте. Идеальный план.
Но в доме уже живут двое: сын подруги — двадцать пять, наглая улыбка, ни капли стеснения — и его лучший друг, почти ровесник Марины, от чьего голоса забываешь, зачем пришла на кухню...
— Ты сумасшедший! Это Баку! Тебя не выпустят из города живым, если ты прикоснешься к невесте Гаджиева!
Карелин медленно затягивается сигаретой, не сводя с меня тяжелого, обжигающего взгляда.
— Я пришел не касаться, Ясмина, — его голос звучит как рокот надвигающейся грозы. — Я пришёл забрать у него самое дорогое. Тебя.
Он внезапно подходит ко мне вплотную. От него веет такой мощью, что у меня подкашиваются ноги.
— Теперь ты — мой трофей, Ясмина.
— Я ненавижу таких, как ты... — шепчу я, беспомощно вжимаясь в стену и чувствуя, как его дыхание опаляет мои губы.
— Отлично, — его губы кривятся в опасной, предвкушающей усмешке. — Ненависть — это тоже страсть. А мне нужно от тебя всё, Ясмина. До последнего вздоха.
Карелин медленно затягивается сигаретой, не сводя с меня тяжелого, обжигающего взгляда.
— Я пришел не касаться, Ясмина, — его голос звучит как рокот надвигающейся грозы. — Я пришёл забрать у него самое дорогое. Тебя.
Он внезапно подходит ко мне вплотную. От него веет такой мощью, что у меня подкашиваются ноги.
— Теперь ты — мой трофей, Ясмина.
— Я ненавижу таких, как ты... — шепчу я, беспомощно вжимаясь в стену и чувствуя, как его дыхание опаляет мои губы.
— Отлично, — его губы кривятся в опасной, предвкушающей усмешке. — Ненависть — это тоже страсть. А мне нужно от тебя всё, Ясмина. До последнего вздоха.
Что может быть общего у эльфийского принца и дочери вождя?
Они оба оказываются в ситуации, когда их жизни спасёт лишь династический брак. Вот только вступая в него, они не догадываются, что опаснее обещанной казни может быть их супружеская жизнь, в которой очень сложно не убить друг друга. Или не полюбить.
Они оба оказываются в ситуации, когда их жизни спасёт лишь династический брак. Вот только вступая в него, они не догадываются, что опаснее обещанной казни может быть их супружеская жизнь, в которой очень сложно не убить друг друга. Или не полюбить.
Моя работа — решать проблемы, которые другим не под силу. Спецслужбы, контрабанда, зачистка компромата — я вижу изнанку этого мира каждый день. Меня невозможно просчитать.
Позвонил старый сослуживец. Погиб наш общий друг, владелец крупного ресторана, а его дочь оказалась в эпицентре криминального замеса. Просьба была одна: приехать и вытащить девчонку.
Местная верхушка решила, что может безнаказанно зачистить свидетелей. Они просто не поняли, с кем связались. Чтобы спасти её, мне придется заблокировать этот город, вскрыть их грязные схемы и вывезти её под чужим именем.
Паспорт и легенда будут готовы к утру. Девчонка напугана, бунтует и боится моего контроля сильнее, чем убийц на улицах. Ей придется подчиняться моим правилам, если хочет выжить.
Я обещал другу просто её спрятать. Но теперь, когда она в моих руках, я её уже никуда не отпущу.
Позвонил старый сослуживец. Погиб наш общий друг, владелец крупного ресторана, а его дочь оказалась в эпицентре криминального замеса. Просьба была одна: приехать и вытащить девчонку.
Местная верхушка решила, что может безнаказанно зачистить свидетелей. Они просто не поняли, с кем связались. Чтобы спасти её, мне придется заблокировать этот город, вскрыть их грязные схемы и вывезти её под чужим именем.
Паспорт и легенда будут готовы к утру. Девчонка напугана, бунтует и боится моего контроля сильнее, чем убийц на улицах. Ей придется подчиняться моим правилам, если хочет выжить.
Я обещал другу просто её спрятать. Но теперь, когда она в моих руках, я её уже никуда не отпущу.
Чему можно верить, когда у тебя пытаются забрать всё: свободу, привычный быт, работу, давно ставшую смыслом жизни и даже твою… память? Заставляют сомневаться во всём, включая собственную невиновность. Словам близких? Обрывкам воспоминаний? Фактам? А может быть собственным чувствам? Придётся разбираться самой.
Наги всегда считались закрытой расой, которая строго чтит свои традиции, но Финарэль - хитрая канисианка - решила изменить их привычный уклад и сосватать собственную дочь непривычным способом, а там и за другими свободными красавицами очередь выстроилась...
Маленький бонус для моих любимых читателей.
История Оршиха и Катарины.
Книга не имеет никакой литературной и художественной ценности.
История Оршиха и Катарины.
Книга не имеет никакой литературной и художественной ценности.
- Ты просишь простить предательство? – Палач усмехается. – А что я получу взамен?
Тяжёлая ладонь ложится на мой затылок, собирая длинные волосы в хвост.
- Чего ты хочешь? – тихо спрашиваю я, содрогаясь всем телом.
- Чтобы ты приняла своё положение, - его глазах отражается пламя свечи, делая их дьявольски завораживающими. – Ты моя, Лира. Запомни. Ты - собственность Палача.
Он мой демон и искуситель.
От него не сбежать, хоть я и пыталась.
Тьма его порочной души скоро проглотит меня.
Ведь теперь я лишь игрушка в руках Палача.
Тяжёлая ладонь ложится на мой затылок, собирая длинные волосы в хвост.
- Чего ты хочешь? – тихо спрашиваю я, содрогаясь всем телом.
- Чтобы ты приняла своё положение, - его глазах отражается пламя свечи, делая их дьявольски завораживающими. – Ты моя, Лира. Запомни. Ты - собственность Палача.
Он мой демон и искуситель.
От него не сбежать, хоть я и пыталась.
Тьма его порочной души скоро проглотит меня.
Ведь теперь я лишь игрушка в руках Палача.
Выберите полку для книги