Книги в жанре «Эротика» по тегу «mzhm»
– Если ты попытаешься сбежать, Танюша, – сказал Дамир, и его пальцы сжали моё запястье, – я найду тебя. Где угодно. Когда угодно.
Я думала, он шутит. Но когда я посмотрела в его глаза, я поняла: он не шутит. Он никогда не шутит.
Два брата. Два мужчины, которые не знают слова «нет». Они забрали меня из прошлого, но теперь я принадлежу им. И каждую ночь они доказывают это снова и снова.
Они говорят, что не отпустят меня. И я начинаю верить, что это не угроза. Это обещание.
Я думала, он шутит. Но когда я посмотрела в его глаза, я поняла: он не шутит. Он никогда не шутит.
Два брата. Два мужчины, которые не знают слова «нет». Они забрали меня из прошлого, но теперь я принадлежу им. И каждую ночь они доказывают это снова и снова.
Они говорят, что не отпустят меня. И я начинаю верить, что это не угроза. Это обещание.
— Ты знаешь, зачем мы приехали? — услышала я голос Кирилла.
Он коснулся губами моего уха, я вздрогнула и обернулась.
— Да. Чтобы помочь нам и спасти дом, — мой голос дрожал.
— Мы раздумали. Зачем нам это? Твой отчим думает, что мы помогаем ему. — он ухмыльнулся. — Он так доверился нам, что не читая, подписал бумаги, по которым дом, земля и все, что внутри, переходит к нам.
Я попыталась отодвинуться, но он схватил меня за талию, впиваясь пальцами в складки живота.
— И ты тоже, Наташа, — прошептал он. — Ты тоже перешла к нам.
Он коснулся губами моего уха, я вздрогнула и обернулась.
— Да. Чтобы помочь нам и спасти дом, — мой голос дрожал.
— Мы раздумали. Зачем нам это? Твой отчим думает, что мы помогаем ему. — он ухмыльнулся. — Он так доверился нам, что не читая, подписал бумаги, по которым дом, земля и все, что внутри, переходит к нам.
Я попыталась отодвинуться, но он схватил меня за талию, впиваясь пальцами в складки живота.
— И ты тоже, Наташа, — прошептал он. — Ты тоже перешла к нам.
Её муж мёртв, агентство разорено, банк звонит каждый день. У свёкра, которого она боялась больше всего на свете, есть предложение: месяц в его доме — уборка, готовка, полное подчинение — и долг исчезнет.
— Ты — домработница.
— Я знаю свои долги, Алексей Валентинович.
— Добро пожаловать в мой дом, Золушка.
Она думает, что унижение — это самое страшное, что случится в этом особняке. Она ошибается. У Алексея есть два друга, с которыми он тридцать лет делит всё: деньги, сделки, женщин. Теперь — её.
Три хищника. Одни правила на троих. И выбор, который никто не готов был ей дать: не выживать — а выбирать самой.
— Ты — домработница.
— Я знаю свои долги, Алексей Валентинович.
— Добро пожаловать в мой дом, Золушка.
Она думает, что унижение — это самое страшное, что случится в этом особняке. Она ошибается. У Алексея есть два друга, с которыми он тридцать лет делит всё: деньги, сделки, женщин. Теперь — её.
Три хищника. Одни правила на троих. И выбор, который никто не готов был ей дать: не выживать — а выбирать самой.
— Ты — наша жена, — говорит Ильяс, глядя на меня с высоты своего роста.
— По контракту, — поправляю я.
— Пока по контракту. Но мы умеем убеждать.
Я смотрю на троих братьев — стального, огненного и тёплого. Они спасли мой отель от банка. Теперь я должна отдать им себя.
Но я не буду тихой и покорной. Я буду их самым опасным приобретением.
Добро пожаловать в игру, где ставка — моя жизнь. И моё сердце.
— По контракту, — поправляю я.
— Пока по контракту. Но мы умеем убеждать.
Я смотрю на троих братьев — стального, огненного и тёплого. Они спасли мой отель от банка. Теперь я должна отдать им себя.
Но я не буду тихой и покорной. Я буду их самым опасным приобретением.
Добро пожаловать в игру, где ставка — моя жизнь. И моё сердце.
— Вы когда-нибудь думали о том, чтобы стать лицом кампании против стереотипов? — спрашивает он, и я смотрю на этого красавца-гинеколога, не веря своим ушам.
Два года я была серой мышью. Два года меня унижали и обесценивали. Я пришла на плановый осмотр сломленной после развода, уверенная, что моя жизнь кончена. Но вместо диагноза я получила контракт — и двух мужчин, готовых показать мне, что я настоящая.
Они предлагают мне не просто работу. Они предлагают исцеление. Но цена, которую я должна заплатить, — довериться им полностью. И себе — тоже.
Один месяц. Контракт. Две пары глаз, которые видят во мне ту, кого я прятала годами. Смогу ли я принять себя? И готовы ли они разделить меня на двоих?
Два года я была серой мышью. Два года меня унижали и обесценивали. Я пришла на плановый осмотр сломленной после развода, уверенная, что моя жизнь кончена. Но вместо диагноза я получила контракт — и двух мужчин, готовых показать мне, что я настоящая.
Они предлагают мне не просто работу. Они предлагают исцеление. Но цена, которую я должна заплатить, — довериться им полностью. И себе — тоже.
Один месяц. Контракт. Две пары глаз, которые видят во мне ту, кого я прятала годами. Смогу ли я принять себя? И готовы ли они разделить меня на двоих?
— На колени, — тихо говорит Дамир. Не просит. Не приказывает даже. Просто знает, что я это сделаю.
— А если откажусь? — мой голос дрожит.
Артём медленно щёлкает замком за моей спиной.
— Тогда мы найдём способ убедить тебя, детка. И тебе понравится.
Одна ошибка — и я едва не сорвала сделку на миллионы. Меня не уволили. Меня забрали. Перевели в их кабинет, под личный надзор двух владельцев компании.
Один контролирует каждый мой шаг. Второй проверяет, насколько хорошо я умею подчиняться.
Холодный и безжалостный. Горячий и опасный. Оба привыкли получать всё, чего хотят.
А теперь они хотят меня.
Договор был про работу. Пока не стал про то, как далеко я готова зайти.
— А если откажусь? — мой голос дрожит.
Артём медленно щёлкает замком за моей спиной.
— Тогда мы найдём способ убедить тебя, детка. И тебе понравится.
Одна ошибка — и я едва не сорвала сделку на миллионы. Меня не уволили. Меня забрали. Перевели в их кабинет, под личный надзор двух владельцев компании.
Один контролирует каждый мой шаг. Второй проверяет, насколько хорошо я умею подчиняться.
Холодный и безжалостный. Горячий и опасный. Оба привыкли получать всё, чего хотят.
А теперь они хотят меня.
Договор был про работу. Пока не стал про то, как далеко я готова зайти.
Я уже сказала им «да», но они решили показать мне, что значит быть их до конца. Они подготовили меня, растянули мои границы до предела и взяли всё, что я могла им дать, — и в этом полном подчинении я нашла странное, пугающее освобождение.
Я их девочка, и я хочу оставаться ею навсегда.
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
От автора: Немного мата, много страсти, жаркие сцены, властные, горячие мужчины.
Все как мы любим 🍓
Звездочки и комментарии - отдельный плюсик в карму 🍓
При подписке на автора будете узнавать о скидках первые!
Действует программа лояльности со скидками!
Я их девочка, и я хочу оставаться ею навсегда.
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
От автора: Немного мата, много страсти, жаркие сцены, властные, горячие мужчины.
Все как мы любим 🍓
Звездочки и комментарии - отдельный плюсик в карму 🍓
При подписке на автора будете узнавать о скидках первые!
Действует программа лояльности со скидками!
Я тридцатипятилетняя женщина, которая давно похоронила себя в серых буднях одиночества, пока однажды вечером мой старенький "Форд" не заглох на пустынной трассе. Стук в ворота старого гаража открыл мне дверь не только в ремонтную мастерскую, но и в мир, где двое грубых механиков увидели во мне не просто женщину, а то, о чём я сама уже забыла — что я могу быть желанной, живой и безрассудно счастливой в их сильных руках. Та ночь, проведённая в гараже, перевернула всё моё существование, заставив сердце биться чаще, а тело — помнить, что значит принадлежать мужчинам, которые знают, как брать своё.
Чемодан застрял в дверном проёме, и это первое, что случилось в новой жизни Миланы — а не что-то красивое. Дом отчима пахнет лимоном и хлоркой, у него в холодильнике всё разложено по полочкам, а деньги на кабинетном столе — «не воруй, возьми, если нужно». Три месяца как нет месячных. Развод. И один взгляд поверх очков, от которого подгибаются колени.
Дальше — клиника, где приём почему-то длится дольше протокола, интерн с зелёными глазами, который слишком долго смотрит, и мужчина, который вместо «люблю» говорит «ты моя» — и почему-то от этого страшнее.
— Ты боишься меня?
— Я не знаю.
— Правильно. Ты должна бояться.
Никаких красивых объяснений. Он просто ждёт, пока она сама сделает шаг. И она делает.
Дальше — клиника, где приём почему-то длится дольше протокола, интерн с зелёными глазами, который слишком долго смотрит, и мужчина, который вместо «люблю» говорит «ты моя» — и почему-то от этого страшнее.
— Ты боишься меня?
— Я не знаю.
— Правильно. Ты должна бояться.
Никаких красивых объяснений. Он просто ждёт, пока она сама сделает шаг. И она делает.
— Девушка, можно нам чай с мятой? — спрашивает старший. Голос низкий, с кавказским акцентом, и я чувствую, как от одного звука внутри всё переворачивается.
Я — Ксюша. Официантка в питерском кафе. Простая, дерзкая, с формами, которые мужчины замечают раньше, чем мои глаза. Я привыкла отшивать наглых туристов и не верить в сказки.
Но эти двое — другие.
Кавказцы. Воспитанные, строгие, подкачанные.
Белые ночи Питера, прогулки по крышам, поцелуи, которые сводят с ума. И два мужчины, которые хотят меня. Оба. Одновременно.
Но лето заканчивается. Им пора уезжать. А мне — решать: остаться с воспоминаниями или рискнуть всем ради любви, которая не вписывается ни в какие рамки?
Они сказали, что я — их жизнь. Но что, если жизнь — это то, что мы выбираем сами?
Я — Ксюша. Официантка в питерском кафе. Простая, дерзкая, с формами, которые мужчины замечают раньше, чем мои глаза. Я привыкла отшивать наглых туристов и не верить в сказки.
Но эти двое — другие.
Кавказцы. Воспитанные, строгие, подкачанные.
Белые ночи Питера, прогулки по крышам, поцелуи, которые сводят с ума. И два мужчины, которые хотят меня. Оба. Одновременно.
Но лето заканчивается. Им пора уезжать. А мне — решать: остаться с воспоминаниями или рискнуть всем ради любви, которая не вписывается ни в какие рамки?
Они сказали, что я — их жизнь. Но что, если жизнь — это то, что мы выбираем сами?
Подборка книг в жанре МЖМ
Выберите полку для книги