Книги в жанре «Фэнтези»
Он - сын повелителя тьмы, но совсем не похож на правильного принца тьмы. Отец даст ему безумное, невероятное поручение и минимальные ресурсы? Отец хочет избавиться от него или это нечто другое?
В книге описан мир очень похожий на волшебную Европу времен Возрождения. Темная империя находится в Альпах.
В книге описан мир очень похожий на волшебную Европу времен Возрождения. Темная империя находится в Альпах.
Я — матрона. Я покупаю людей, продаю удовольствие, не чувствую ничего уже десять лет.
А этот эльф смотрит на меня так, будто я не чудовище. Голубые глаза, чистые, как небо. Наивный. Доверчивый. Невинный!
Я хотела сделать из него дорогую игрушку. Отдать клиенту, получить деньги, забыть. Но когда увидела его испуганные глаза — не смогла. Спрятала в своей комнате. Кормлю шоколадом, учу читать, смотрю, как он улыбается.
А по ночам он приходит ко мне сам. Говорит, что я красивая. Говорит, что у меня грустные глаза. Целует неумело, как мальчишка.
Теперь король хочет убить всех эльфов. Хочет забрать его. Моего.
Пусть только попробуют. Я — Лиана. Я десять лет правила этим городом. И я не отдам своё.
А этот эльф смотрит на меня так, будто я не чудовище. Голубые глаза, чистые, как небо. Наивный. Доверчивый. Невинный!
Я хотела сделать из него дорогую игрушку. Отдать клиенту, получить деньги, забыть. Но когда увидела его испуганные глаза — не смогла. Спрятала в своей комнате. Кормлю шоколадом, учу читать, смотрю, как он улыбается.
А по ночам он приходит ко мне сам. Говорит, что я красивая. Говорит, что у меня грустные глаза. Целует неумело, как мальчишка.
Теперь король хочет убить всех эльфов. Хочет забрать его. Моего.
Пусть только попробуют. Я — Лиана. Я десять лет правила этим городом. И я не отдам своё.
Я мчалась во весь опор, и снег под моими мощными лапами разлетался комьями. Мои острые когти находили опору даже в этом подтаявшем снегу, проседавшем под моим грузным телом. Вперед, к солнцу! Я, наконец, вырвалась на равнину и понеслась длинными плавными прыжками. Я знала - меня уже ждали...
Когда его сердце остановилось, он ждал туннеля, рая или пустоты, но очнулся в «инкубаторе душ» — промежуточном цехе, где Жнецы сортируют содержимое человеческих жизней, как партии товара. Оказывается, люди — всего лишь сосуды для вынашивания душ: зрелые идут «на свет» в роли топлива и освещения для высших сущностей, недозревшие возвращаются в цикл, зафиксированные — висят в вечной, пустой стагнации. Теперь ему предстоит выбрать между вечной пустотой, кратким «сиянием» и новой жизнью без памяти, зная, что для системы он всё равно останется лишь ещё одним инкубатором.
АННОТАЦИЯ:
Что ты будешь делать, если вдруг проснешься в теле восемнадцатилетней барышни в начале девятнадцатого века? В чужой усадьбе, где даже окна не мыты годами.
Ключница ворчит. Молодой барин разбирается в картинах, но не знает, с какой стороны подойти к погребу. А я умею. Кто сказал, что лайфхаки из будущего не работают в прошлом?
Проблема в другом: объяснить, откуда у сироты такие познания, я не могу. Потому что, если правда всплывет, я потеряю все.
А у меня прямо руки чешутся навести порядок в этом имении. Даже если каждый мой лайфхак – хождение по лезвию.
Что ты будешь делать, если вдруг проснешься в теле восемнадцатилетней барышни в начале девятнадцатого века? В чужой усадьбе, где даже окна не мыты годами.
Ключница ворчит. Молодой барин разбирается в картинах, но не знает, с какой стороны подойти к погребу. А я умею. Кто сказал, что лайфхаки из будущего не работают в прошлом?
Проблема в другом: объяснить, откуда у сироты такие познания, я не могу. Потому что, если правда всплывет, я потеряю все.
А у меня прямо руки чешутся навести порядок в этом имении. Даже если каждый мой лайфхак – хождение по лезвию.
Угроза Армии Смерти нависла над Цилийской империей. Для простого деревенского кузнеца Вэя заказ короны на оружие, дочка от покойной жены становятся последним, что держит его на плаву.
Когда друг детства просит бежать, кузнец наотрез отказывается. Память о возлюбленной или будущее дочери?
История о долге, отцовской любви и трудностях расставания с призраками прошлого.
Когда друг детства просит бежать, кузнец наотрез отказывается. Память о возлюбленной или будущее дочери?
История о долге, отцовской любви и трудностях расставания с призраками прошлого.
"Нокиа» на поясе, обережный нож за голенищем — так выглядит магия в российской глубинке начала двухтысячных. Илья — знахарь, каких остались единицы. Он знает, как задобрить домового, как отвадить кикимору и что делать, если леший перегородил дорогу.
Говорят, чёрные коты приносят несчастья
Но так ли это?
Снежок необычный чёрный кот. Когда-то он умел приносить настоящую удачу. Только люди этого незамечали. Не верили, проходили мимо И однажды Снежок сам перестал верить в свой дар.
Что привело к таким событиям, которые стали казаться неудачами.
Но всё меняется, когда Снежок знакомится с мальчиком Вовой. Вместе они находят нечто больше потерянной удачи...
Но так ли это?
Снежок необычный чёрный кот. Когда-то он умел приносить настоящую удачу. Только люди этого незамечали. Не верили, проходили мимо И однажды Снежок сам перестал верить в свой дар.
Что привело к таким событиям, которые стали казаться неудачами.
Но всё меняется, когда Снежок знакомится с мальчиком Вовой. Вместе они находят нечто больше потерянной удачи...
У королевы есть тайна, которую она может доверить только вору. Есть план, который может осуществить только он. Но согласится ли на это Алистер?
— Алистер, — сказала Элиана тихо, когда дыхание выровнялось. — У меня есть к тебе просьба.
— Говори.
Она глубоко вздохнула, собираясь с силами.
— Пока тебя не было… я родила дочь.
Алистер замер. Его глаза расширились, в них мелькнуло какое-то чувство, которому Элиана не могла подобрать название.
— Дочь?
— Ее зовут Лиа. Ей почти четыре месяца. — Элиана отвела взгляд, не в силах смотреть на него. — Я не знаю точно, чей это ребенок. Но… я боюсь, что твой.
— Алистер, — сказала Элиана тихо, когда дыхание выровнялось. — У меня есть к тебе просьба.
— Говори.
Она глубоко вздохнула, собираясь с силами.
— Пока тебя не было… я родила дочь.
Алистер замер. Его глаза расширились, в них мелькнуло какое-то чувство, которому Элиана не могла подобрать название.
— Дочь?
— Ее зовут Лиа. Ей почти четыре месяца. — Элиана отвела взгляд, не в силах смотреть на него. — Я не знаю точно, чей это ребенок. Но… я боюсь, что твой.
У меня не осталось воспоминаний о прошлом, как и самого прошлого. Зато я получила то, о чём и мечтать не могла, – свободу. Но какова цена этой свободы? Стоит ли она тех жертв, которые понадобились для её получения? Я погналась за ней, забыв, что от себя и от судьбы всё равно не уйти. И даже представить не могла, что вскоре моя жизнь превратится в ещё больший бедлам, и всё снова перевернётся с ног на голову. Жажда справедливости сыграет со мной злую шутку, и ценой за эту справедливость будет назначена моя свобода и сама жизнь.
Выберите полку для книги