Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «slozhnye-otnosheniya»
— А вас как звать, молодой человек? — холодно отозвалась Даша, но дочь испуганно перебила:
— Мам, это Руслан. Мой парень, — добавила она, будто это не было и так ясно.
«Парень...» — отозвалось в голове Даши.
Она каким-то новым взглядом посмотрела на дочь, словно впервые осознав, что та выросла. Парень. Любовник. Смятые простыни.
— Вы хоть предохранялись? — вырвалось у потенциальной бабушки.
— Мам! — обиженно воскликнула дочка.
— А что — мам? Ну что — мам? Ты хотя бы представляешь себе, каково это — ребенка растить? Ты хотя бы образование получи как следует, прежде чем в пеленки с головой уйти!
— Ты меня в двадцать один родила! — не осталась в долгу дочь.
— Тогда время было другое! — Даша была задета за живое.
— Какая разница! Мне уже двадцать! — не сдавалась Карина.
— А мне — сорок один, — припечатала Даша. — Я, знаешь ли, еще работаю. За ребенком присмотреть не смогу. Рановато мне на пенсию!
— Мам, это Руслан. Мой парень, — добавила она, будто это не было и так ясно.
«Парень...» — отозвалось в голове Даши.
Она каким-то новым взглядом посмотрела на дочь, словно впервые осознав, что та выросла. Парень. Любовник. Смятые простыни.
— Вы хоть предохранялись? — вырвалось у потенциальной бабушки.
— Мам! — обиженно воскликнула дочка.
— А что — мам? Ну что — мам? Ты хотя бы представляешь себе, каково это — ребенка растить? Ты хотя бы образование получи как следует, прежде чем в пеленки с головой уйти!
— Ты меня в двадцать один родила! — не осталась в долгу дочь.
— Тогда время было другое! — Даша была задета за живое.
— Какая разница! Мне уже двадцать! — не сдавалась Карина.
— А мне — сорок один, — припечатала Даша. — Я, знаешь ли, еще работаю. За ребенком присмотреть не смогу. Рановато мне на пенсию!
— Карина, Руслан тебя недостоин. Пожалуйста, позволь мне позаботиться о тебе и малышке. Обещаю, я на руках буду носить вас обеих! — сказал он, сжимая ее руку.
— Максим... — сказала она жалобно. — Ты очень хороший, но я... не могу быть с тобой. Прости...
И, круто развернувшись, убежала домой.
Карина беременна, но мать разлучает ее с любимым, даже пытаясь соблазнить его...
Максим потерял любимую женщину и ребенка и винит в этом себя. Карина — единственная, кто пробудила в нем желание жить дальше.
Смогут ли они быть вместе, если она любит недоступного возлюбленного, а он — ту, кого давно потерял?
— Максим... — сказала она жалобно. — Ты очень хороший, но я... не могу быть с тобой. Прости...
И, круто развернувшись, убежала домой.
Карина беременна, но мать разлучает ее с любимым, даже пытаясь соблазнить его...
Максим потерял любимую женщину и ребенка и винит в этом себя. Карина — единственная, кто пробудила в нем желание жить дальше.
Смогут ли они быть вместе, если она любит недоступного возлюбленного, а он — ту, кого давно потерял?
- Катерина Анатольевна, вы, как себя чувствуете? Болит что-то?
- Голова и низ живота! Но больше низ живота!
Врач мрачно посмотрел в историю болезни, а у меня от выражения его лица, всё сжалось.
- Катерина Анатольевна, нам с вами МРТ сделать необходимо! А при необходимости и КТ ещё!
Я сглотнула. Ладони тут же вспотели, стали такими влажными….Раньше я никогда не задумывалась о себе, что когда-то могу умереть, что то может случится, а сейчас стало страшно. До боли.
- Что-то серьёзное?
Он тяжело вздохнул. Кажется от волнения у него у самого тряслись руки, а мне вдруг невыносимо тяжело стало дышать. Так тяжело, что едва не парализовало голосовые связки.
- Вы ответите?
Он пристально посмотрел на меня.
- У вас очень большая гематома, удалить её возможно если к этому будут серьезные показатели, но вот то что после этого вы станете ещё когда либо матерью и сохраните женские функции, это вряд ли….
У меня потемнело в глазах…..Что…..
- Голова и низ живота! Но больше низ живота!
Врач мрачно посмотрел в историю болезни, а у меня от выражения его лица, всё сжалось.
- Катерина Анатольевна, нам с вами МРТ сделать необходимо! А при необходимости и КТ ещё!
Я сглотнула. Ладони тут же вспотели, стали такими влажными….Раньше я никогда не задумывалась о себе, что когда-то могу умереть, что то может случится, а сейчас стало страшно. До боли.
- Что-то серьёзное?
Он тяжело вздохнул. Кажется от волнения у него у самого тряслись руки, а мне вдруг невыносимо тяжело стало дышать. Так тяжело, что едва не парализовало голосовые связки.
- Вы ответите?
Он пристально посмотрел на меня.
- У вас очень большая гематома, удалить её возможно если к этому будут серьезные показатели, но вот то что после этого вы станете ещё когда либо матерью и сохраните женские функции, это вряд ли….
У меня потемнело в глазах…..Что…..
- Вы такси? - и я точно поняла, что этот хамоватый тип не может быть водителем бизнеса, но зачем-то озвучила эту глупейшую мысль.
- А что, похож? - у мужчины как-то нехорошо скривилось лицо.
- Не очень. Они вежливые и тактичные, вы же грубый и бескультурный солдафон.
- Хм, ну, доля истины в твоих словах есть.
- Что вы грубый?
- Что я солдафон.
- Не поняла.
- Опять? - иронично. - Ты бухая что ли, ребенок? Где твои родители?
- Во-первых, я не ребенок. Я уже совершеннолетняя. Во-вторых, где мои родители и кто они - я еще сама до конца не знаю, так что ответить вам на этот вопрос, к сожалению, не могу. В-третьих, я никогда не пила алкоголь, и вам не советую. Последствия самые плачевные, между прочим. В-четвертых…А, ну и все, вроде как.
- А что, похож? - у мужчины как-то нехорошо скривилось лицо.
- Не очень. Они вежливые и тактичные, вы же грубый и бескультурный солдафон.
- Хм, ну, доля истины в твоих словах есть.
- Что вы грубый?
- Что я солдафон.
- Не поняла.
- Опять? - иронично. - Ты бухая что ли, ребенок? Где твои родители?
- Во-первых, я не ребенок. Я уже совершеннолетняя. Во-вторых, где мои родители и кто они - я еще сама до конца не знаю, так что ответить вам на этот вопрос, к сожалению, не могу. В-третьих, я никогда не пила алкоголь, и вам не советую. Последствия самые плачевные, между прочим. В-четвертых…А, ну и все, вроде как.
Я попала в аварию, результатом которой стала частичная амнезия. Я не помню, как меня зовут и что было до того ужасного происшествия. Однако мужчина, вытащивший меня из разбитой машины, уверяет, что является моим мужем, что у нас трое детей и живем мы в глухой, таежной деревеньке вдали от цивилизации. И хотя мое сердце начинает учащенно биться, глядя на его лицо, что-то не дает покоя и тревожит. Как узнать, правду мне говорят или обманывают? И для чего?
– Так вот ты какая, Таисия! – прижав меня к двери гальюна, жарко шепчет прямо в лицо господин Азаров.
– К-к-какая? – едва удерживаясь на ногах, блею в ответ.
– Такая, – неоднозначно отвечает, обводя моё тело взглядом. Его широкая ладонь уверенно ложится на изгиб бедра и очерчивает его окружность. Коротко сжимая руку, он хмыкает, не отрывая глаз от моих губ: – Аппетитная булочка!
Плавно опускает изящную ручку судовой уборной, и мы проваливаемся внутрь. Сквозь громкий стук сердца слышу, как закрывается дверной замок, но не чувствую страха.
Пока мужчина не меняется в лице и не заявляет:
– Это не то место, где ты сможешь найти себе богатого папика, кукла. Или тебе всё равно с кем?..
Замкнутое пространство теплохода. Кучка богатеньких снобов. Моя подруга. И её отец. Главный придурок. Тимур Азаров. Мужчина, который приглянулся мне с первого взгляда... и который решил, что может уединиться со мной спустя несколько часов после знакомства.
– К-к-какая? – едва удерживаясь на ногах, блею в ответ.
– Такая, – неоднозначно отвечает, обводя моё тело взглядом. Его широкая ладонь уверенно ложится на изгиб бедра и очерчивает его окружность. Коротко сжимая руку, он хмыкает, не отрывая глаз от моих губ: – Аппетитная булочка!
Плавно опускает изящную ручку судовой уборной, и мы проваливаемся внутрь. Сквозь громкий стук сердца слышу, как закрывается дверной замок, но не чувствую страха.
Пока мужчина не меняется в лице и не заявляет:
– Это не то место, где ты сможешь найти себе богатого папика, кукла. Или тебе всё равно с кем?..
Замкнутое пространство теплохода. Кучка богатеньких снобов. Моя подруга. И её отец. Главный придурок. Тимур Азаров. Мужчина, который приглянулся мне с первого взгляда... и который решил, что может уединиться со мной спустя несколько часов после знакомства.
— Ты думал я никогда не узнаю?
— О чём ты вообще? — Артём попытался отвести взгляд, но я не позволила.
— О чем? — я усмехнулась, чувствуя, как внутри всё разрывается. — О том, что я только что видела собственными глазами!
— Это просто ошибка... ничего серьезного, - я лишь горько усмехнулась и смахнула слезу со щеки.
В этот момент мой мир рассыпался на мелкие осколки. Муж, которому я верила, предал меня, изменил и не желал признавать свое предательство. А затем пришла она — его мать, решительная и жестокая, чтобы забрать всё, что я любила.
Но я не сломалась. Из боли и предательства внутри меня зародилась новая сила. Впереди борьба за себя, за ребёнка и за право быть счастливой.
— О чём ты вообще? — Артём попытался отвести взгляд, но я не позволила.
— О чем? — я усмехнулась, чувствуя, как внутри всё разрывается. — О том, что я только что видела собственными глазами!
— Это просто ошибка... ничего серьезного, - я лишь горько усмехнулась и смахнула слезу со щеки.
В этот момент мой мир рассыпался на мелкие осколки. Муж, которому я верила, предал меня, изменил и не желал признавать свое предательство. А затем пришла она — его мать, решительная и жестокая, чтобы забрать всё, что я любила.
Но я не сломалась. Из боли и предательства внутри меня зародилась новая сила. Впереди борьба за себя, за ребёнка и за право быть счастливой.
— Да, изменил, — буднично сказал муж и положил рубашку в чемодан.
— Нет, ты не мог, — задрожали мои губы.
— Мог. Я изменил тебе, Зои — повторил муж и закрыл чемодан.
Двадцать пять лет брака, серебряная свадьба. Свадебное путешествие на двоих. Взрослая дочь.
И его слова…
— Почему, Виктор? — я прижала ладонь к груди, стараясь унять боль.
Муж вскинул бровь, наклонился и поднял мое платье, выпавшее из онемевших рук, а потом пожал плечами и просто сказал:
— Не чувствую ничего больше…
А я чувствовала внутри еще одно сердечко, жаль никому не нужное кроме меня.
— Нет, ты не мог, — задрожали мои губы.
— Мог. Я изменил тебе, Зои — повторил муж и закрыл чемодан.
Двадцать пять лет брака, серебряная свадьба. Свадебное путешествие на двоих. Взрослая дочь.
И его слова…
— Почему, Виктор? — я прижала ладонь к груди, стараясь унять боль.
Муж вскинул бровь, наклонился и поднял мое платье, выпавшее из онемевших рук, а потом пожал плечами и просто сказал:
— Не чувствую ничего больше…
А я чувствовала внутри еще одно сердечко, жаль никому не нужное кроме меня.
- Ты думаешь я это подпишу? – держа в крепких руках мое заявление, спрашивает босс, а я сжимаюсь под его тяжелым взглядом.
Мне стыдно взглянуть ему в глаза, не то что работать рядом с ним, после того, что между нами было.
- То, что произошло. Это… это ошибка. Подпишите, пожалуйста, - отвечаю ему, заикаясь и выворачивая руки.
Он смотрит на меня, пронзает взглядом, а потом встает, подходит ко мне походкой дикого зверя, и жестко схватив за подбородок, заставляет смотреть ему прямо в глаза, и произносит то, от чего сердце предательски замирает.
Я забываю о том, как бывший муж избил меня, как я потеряла ребенка и услышала от врача «мне очень жаль», как поклялась больше никогда никого не любить.
- Ты моя, Аврора. С остальным я разберусь сам.
# Развод
# Властный герой
# Нежная героиня
# Эмоции на грани
# Босс и подчиненная
# Беременная героиня
# Эмоции на грани
# Тайны прошлого
# ХЭ
Мне стыдно взглянуть ему в глаза, не то что работать рядом с ним, после того, что между нами было.
- То, что произошло. Это… это ошибка. Подпишите, пожалуйста, - отвечаю ему, заикаясь и выворачивая руки.
Он смотрит на меня, пронзает взглядом, а потом встает, подходит ко мне походкой дикого зверя, и жестко схватив за подбородок, заставляет смотреть ему прямо в глаза, и произносит то, от чего сердце предательски замирает.
Я забываю о том, как бывший муж избил меня, как я потеряла ребенка и услышала от врача «мне очень жаль», как поклялась больше никогда никого не любить.
- Ты моя, Аврора. С остальным я разберусь сам.
# Развод
# Властный герой
# Нежная героиня
# Эмоции на грани
# Босс и подчиненная
# Беременная героиня
# Эмоции на грани
# Тайны прошлого
# ХЭ
Любовно-производственный роман о буднях локализаторов онлайн-игр.
С сексом, острыми эмоциями, аллюзиями на греческую мифологию, неоднозначными поступками героев, красивыми мужчинами, иронией, психологией, темными мыслями, сложными словами, корейскими дорамами, лапшой из пакетиков, кубиками пресса и совершенно реальными неправдоподобными историями, о которых я обещала молчать...
Меня зовут Ариадна. Будь у моей мамы фантазия поскромнее, все могло бы быть иначе.
Но она назвала меня так же, как дочь царя, создавшего тот самый знаменитый Лабиринт.
Без шансов.
С сексом, острыми эмоциями, аллюзиями на греческую мифологию, неоднозначными поступками героев, красивыми мужчинами, иронией, психологией, темными мыслями, сложными словами, корейскими дорамами, лапшой из пакетиков, кубиками пресса и совершенно реальными неправдоподобными историями, о которых я обещала молчать...
Меня зовут Ариадна. Будь у моей мамы фантазия поскромнее, все могло бы быть иначе.
Но она назвала меня так же, как дочь царя, создавшего тот самый знаменитый Лабиринт.
Без шансов.
Подборка романов о сложных отношениях
Выберите полку для книги