Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «besplatnoe»
— Всё уже решено! Он женится, — последнее слово вылетело как плевок. — Пусть проветрит мозги, мальчишка!
Азат не стал дослушивать — он буквально вылетел из комнаты. Внутри закипала ярость: семья уже всё распределила — его жизнь, его будущее, его постель. Но они забыли одну деталь: Азата нельзя приручить.
— Брат, постой! Ты что задумал? — Тигран едва поспевал за ним, нутром чуя неладное.
Азат резко замер, и в его глазах вспыхнул опасный огонь.
— Значит, засватали мне невесту? Ну хорошо, дядя… — процедил он сквозь зубы. — Скажи-ка лучше, Тигран, как мой многоуважаемый родственник относится к сюрпризам?
— Очень плохо, Азат. Ты же и сам знаешь.
— Вот и славно. Хотят видеть меня женатым? Увидят…
Азат не стал дослушивать — он буквально вылетел из комнаты. Внутри закипала ярость: семья уже всё распределила — его жизнь, его будущее, его постель. Но они забыли одну деталь: Азата нельзя приручить.
— Брат, постой! Ты что задумал? — Тигран едва поспевал за ним, нутром чуя неладное.
Азат резко замер, и в его глазах вспыхнул опасный огонь.
— Значит, засватали мне невесту? Ну хорошо, дядя… — процедил он сквозь зубы. — Скажи-ка лучше, Тигран, как мой многоуважаемый родственник относится к сюрпризам?
— Очень плохо, Азат. Ты же и сам знаешь.
— Вот и славно. Хотят видеть меня женатым? Увидят…
— Одумалась? — бывший муж, как всегда, смотрит на меня с превосходством.
А меня трясёт. Три месяца прошло, но до меня уже дошли слухи, что он взял другую жену.
— Я милостив. Ты возвращаешься, — говорит он, изображая безразличие и вселенское великодушие.
— Куда возвращаюсь? — сглатываю больной ком.
— В мою семью. Или ты не соскучилась по детям? — бьёт по больному он.
У нас три сына, младшему всего два года. И не надо объяснять, КАК я по ним соскучилась.
Муж с позором выгнал меня, не разобравшись в ситуации и обвинив в измене.
А сейчас заявляет, что милостив?
— Что ты хочешь, Дамир? Я не люблю тебя больше!
Как бы я ни хотела, последнее — ложь.
— Нет слова «люблю», есть слово «должна». Хочешь увидеть сыновей, поедешь со мной, Мадина…
А меня трясёт. Три месяца прошло, но до меня уже дошли слухи, что он взял другую жену.
— Я милостив. Ты возвращаешься, — говорит он, изображая безразличие и вселенское великодушие.
— Куда возвращаюсь? — сглатываю больной ком.
— В мою семью. Или ты не соскучилась по детям? — бьёт по больному он.
У нас три сына, младшему всего два года. И не надо объяснять, КАК я по ним соскучилась.
Муж с позором выгнал меня, не разобравшись в ситуации и обвинив в измене.
А сейчас заявляет, что милостив?
— Что ты хочешь, Дамир? Я не люблю тебя больше!
Как бы я ни хотела, последнее — ложь.
— Нет слова «люблю», есть слово «должна». Хочешь увидеть сыновей, поедешь со мной, Мадина…
Долгий брак закончился в день, когда пятилетняя дочь принесла с собой браслет любовницы. С безлимитными картами, домом и иллюзиями — всё кончено. Алина осталась с тремя детьми, старой машиной и злостью. Чтобы выжить и начать жизнь с нуля, она идёт работать к самому холодному мужчине Москвы, Максиму Гранту — миллиардеру, который не терпит лжи и слабости. Он не спасает, не жалеет и не врёт. От него одновременно хочется сбежать и остаться навсегда. Но именно с ним она впервые перестала быть удобной и обрела себя настоящую.
— Познакомься, Лера, это мой брат — Никита!
Я поворачиваюсь и замираю от шока.
Точно такой же как Руслан. Копия. Близнец.
Лицо Никиты вытягивается от удивления и немного бледнеет.
— Что ж ты молчишь, Никитос? Поздоровайся с моей девушкой! Она, кстати, ждет ребенка!
— Здравствуй, Лера! — сжав челюсти, цедит мужчина, а я, наконец, все понимаю.
Это он! Именно Никита отец моего ребенка! Тогда, два месяца назад, он представился Русланом и вскружил мне голову, а сам же пропал. Он обманул меня, подставил брата…
— А вот и жена братика — Николь! — неприятно усмехается Руслан, указывая на красивую девушку у столика чуть дальше. — Никит, она, кажется, тоже ждет ребенка? Вот так совпадение!
Я поворачиваюсь и замираю от шока.
Точно такой же как Руслан. Копия. Близнец.
Лицо Никиты вытягивается от удивления и немного бледнеет.
— Что ж ты молчишь, Никитос? Поздоровайся с моей девушкой! Она, кстати, ждет ребенка!
— Здравствуй, Лера! — сжав челюсти, цедит мужчина, а я, наконец, все понимаю.
Это он! Именно Никита отец моего ребенка! Тогда, два месяца назад, он представился Русланом и вскружил мне голову, а сам же пропал. Он обманул меня, подставил брата…
— А вот и жена братика — Николь! — неприятно усмехается Руслан, указывая на красивую девушку у столика чуть дальше. — Никит, она, кажется, тоже ждет ребенка? Вот так совпадение!
Мой муж — бизнесмен, которому стало скучно, и я застукала его с секретаршей на новогоднем корпоративе. Уверял, что ничего не было, но через несколько дней уже кувыркался с ней в загородном доме. Итог — развод, и никакие оправдания не помогли. Сказал, спал, ничего не помнит, она сама пришла. Я из обеспеченной семьи и такого отношения не потерплю. Не хочешь нормально, Тарасов, будет, как я решу.
Однако он появился через пару лет и снова стал штурмовать мою крепость. Да так, что пришлось буквально отбиваться от его настойчивого ухаживания. Теперь он уверяет, что его подставили и виновные наказаны. А я должна простить? Но как быть с доверием, что уже утрачено? Нет, Тарасов, гуляй свободным котом, а меня оставь в покое. Но что-то пошло не так...
Однако он появился через пару лет и снова стал штурмовать мою крепость. Да так, что пришлось буквально отбиваться от его настойчивого ухаживания. Теперь он уверяет, что его подставили и виновные наказаны. А я должна простить? Но как быть с доверием, что уже утрачено? Нет, Тарасов, гуляй свободным котом, а меня оставь в покое. Но что-то пошло не так...
— Тот черный комплект с прорезью... надела? До отеля еще пара часов...
Голос моего мужа звучал приглушенно, но каждое слово впечатывалось в мозг раскаленным клеймом. Он изменял мне. С моей бывшей подругой.
Я прилюдно отвесила ей пощечину, хотела швырнуть ему в лицо обручальное кольцо, растоптать лживую иллюзию нашей идеальной семьи, но один звонок из больницы перечеркнул все.
Наш сын болен.
Спасти его может лишь один телефонный звонок.
Но этот контакт есть только у одной женщины — любовницы моего мужа.
— Ох, как ты запела, Весточка, — торжествующе скалится она, глядя на мое отчаяние. — Его номер телефона стоит гораздо больше, чем твое жалкое «извини». Что угодно сделаешь ради сыночка?
— Что угодно... — шепчу я, сжимая в кармане кулаки до боли в костяшках.
Какой бы непомерной не была цена, я заплачу любую.
Как и много лет назад. Когда я даже не знала, что своим разбитым сердцем расплатилась за чужие грехи.
Голос моего мужа звучал приглушенно, но каждое слово впечатывалось в мозг раскаленным клеймом. Он изменял мне. С моей бывшей подругой.
Я прилюдно отвесила ей пощечину, хотела швырнуть ему в лицо обручальное кольцо, растоптать лживую иллюзию нашей идеальной семьи, но один звонок из больницы перечеркнул все.
Наш сын болен.
Спасти его может лишь один телефонный звонок.
Но этот контакт есть только у одной женщины — любовницы моего мужа.
— Ох, как ты запела, Весточка, — торжествующе скалится она, глядя на мое отчаяние. — Его номер телефона стоит гораздо больше, чем твое жалкое «извини». Что угодно сделаешь ради сыночка?
— Что угодно... — шепчу я, сжимая в кармане кулаки до боли в костяшках.
Какой бы непомерной не была цена, я заплачу любую.
Как и много лет назад. Когда я даже не знала, что своим разбитым сердцем расплатилась за чужие грехи.
- Это была ты.
Мой голос не звучит – он хрипит и срывается. Я смотрю на ту, кому верила, и пытаюсь примириться с тем, что узнала.
Я бы хотела рассмеяться ей в лицо. Даже плюнуть. Но мне слишком больно. Так больно, что это парализует голос, тело, волю.
- Это всегда была ты, - повторяю, словно пытаясь убедить в этом саму себя.
Она пожимает плечами.
- Да. Мы с Андреем… уже давно.
- Ты лгала мне. Была рядом, делала вид, что волнуешься за меня, а сама…
- Я просто хотела понять, что в тебе есть такого, чего нет у меня. Почему он остаётся с тобой, почему так за тебя цепляется.
Меня прорывает. Я наконец смеюсь – громко и презрительно.
- У меня есть пятнадцать лет жизни с ним. Взлеты и падения. Печали и радости. А у тебя…
- А у меня от него ребёнок.
Эти слова звучат в наступившей тишине, как выстрел.
Четыре года назад я потеряла ребенка.
А она…
Она ему родила.
Но это оказалось ещё не самое страшное, что меня ждало…
Мой голос не звучит – он хрипит и срывается. Я смотрю на ту, кому верила, и пытаюсь примириться с тем, что узнала.
Я бы хотела рассмеяться ей в лицо. Даже плюнуть. Но мне слишком больно. Так больно, что это парализует голос, тело, волю.
- Это всегда была ты, - повторяю, словно пытаясь убедить в этом саму себя.
Она пожимает плечами.
- Да. Мы с Андреем… уже давно.
- Ты лгала мне. Была рядом, делала вид, что волнуешься за меня, а сама…
- Я просто хотела понять, что в тебе есть такого, чего нет у меня. Почему он остаётся с тобой, почему так за тебя цепляется.
Меня прорывает. Я наконец смеюсь – громко и презрительно.
- У меня есть пятнадцать лет жизни с ним. Взлеты и падения. Печали и радости. А у тебя…
- А у меня от него ребёнок.
Эти слова звучат в наступившей тишине, как выстрел.
Четыре года назад я потеряла ребенка.
А она…
Она ему родила.
Но это оказалось ещё не самое страшное, что меня ждало…
— Ты выходишь за меня замуж, — говорит Котов так спокойно, будто добавляет пункт в расписание.
— Звучит романтично, — фыркаю. — Обычно перед этим хотя бы встают на одно колено.
— Фиктивный брак, Мышкина. Мне нужна жена, чтобы получить контрольный пакет акций. Тебе — деньги, чтобы спасти кофейню отца.
— Вы сейчас покупаете меня?
— Я предлагаю сделку.
— А если я откажусь?
Он смотрит так, словно уже знает ответ.
— Тогда кофейня «Мария» уйдёт с молотка. Максимум через три месяца.
***
Матвей
Она ворвалась в мой идеально выстроенный мир по чужому резюме, в юбке-пачке и оранжевых кедах. За день устроила хаос в офисе, пролила кофе на акционеров и каким-то образом умудрилась стать моей невестой.
Мне нужна жена для бизнеса. Ей — деньги на кофейню отца. Контракт прост: свадьба, год притворства и развод. Тогда я ещё не знал, что с катастрофой по имени Варя Мышкина просто быть не может
— Звучит романтично, — фыркаю. — Обычно перед этим хотя бы встают на одно колено.
— Фиктивный брак, Мышкина. Мне нужна жена, чтобы получить контрольный пакет акций. Тебе — деньги, чтобы спасти кофейню отца.
— Вы сейчас покупаете меня?
— Я предлагаю сделку.
— А если я откажусь?
Он смотрит так, словно уже знает ответ.
— Тогда кофейня «Мария» уйдёт с молотка. Максимум через три месяца.
***
Матвей
Она ворвалась в мой идеально выстроенный мир по чужому резюме, в юбке-пачке и оранжевых кедах. За день устроила хаос в офисе, пролила кофе на акционеров и каким-то образом умудрилась стать моей невестой.
Мне нужна жена для бизнеса. Ей — деньги на кофейню отца. Контракт прост: свадьба, год притворства и развод. Тогда я ещё не знал, что с катастрофой по имени Варя Мышкина просто быть не может
– Прости, что бросаю тебя в твой юбилей. Сама понимаешь, служба. Без меня никак не справятся, – произносит муж, наспех накидывая китель.
– Только вернись ко мне живым, – плачу я.
– Вернусь! Ладно, долгие проводы – лишние слёзы. Я поехал!
Дверь за мужем с грохотом захлопывается, а я по стенке сползаю на пол и закрываю мокрое от слёз лицо дрожащими руками.
Каждый раз безумно больно и страшно провожать любимого туда, откуда он может не вернуться.
Взгляд сам собой падает на кошелёк, выпавший из кармана супруга. Когда я поднимаю его, оттуда выпадает маленькая фотография, на которой изображён мальчишка лет четырёх.
Вылитая копия моего мужа…
Сердце пропускает удар, руки начинают трястись. Я переворачиваю снимок и читаю текст, написанный от руки на тыльной стороне фотографии.
– Любимый! Мы с сыном любим и ждём тебя! Возвращайся к нам поскорее! Твои Лена и Артёмка.
Я с ужасом понимаю, что этот мальчик – внебрачный сын моего мужа, который скрывал от меня свою вторую семью.
– Только вернись ко мне живым, – плачу я.
– Вернусь! Ладно, долгие проводы – лишние слёзы. Я поехал!
Дверь за мужем с грохотом захлопывается, а я по стенке сползаю на пол и закрываю мокрое от слёз лицо дрожащими руками.
Каждый раз безумно больно и страшно провожать любимого туда, откуда он может не вернуться.
Взгляд сам собой падает на кошелёк, выпавший из кармана супруга. Когда я поднимаю его, оттуда выпадает маленькая фотография, на которой изображён мальчишка лет четырёх.
Вылитая копия моего мужа…
Сердце пропускает удар, руки начинают трястись. Я переворачиваю снимок и читаю текст, написанный от руки на тыльной стороне фотографии.
– Любимый! Мы с сыном любим и ждём тебя! Возвращайся к нам поскорее! Твои Лена и Артёмка.
Я с ужасом понимаю, что этот мальчик – внебрачный сын моего мужа, который скрывал от меня свою вторую семью.
- Товарищ генерал, там мальчишка.
- И что?
- Он… он говорит, что он ваш сын.
Моя жизнь делала крутые виражи не раз, и не два.
Один из них прямо в этот день. Налёт, пострадали мирные жители. Мы снова не смогли отбить атаку на сто процентов. И этот один процент – чья-то жизнь. Или смерть.
И посреди этого ужаса и хаоса он. Пацан с такими же как у меня глазами. Гетерохромия, не такая уж редкость, как оказывается.
- И где твоя мать?
- Умерла мамка... погибла
- И что?
- Он… он говорит, что он ваш сын.
Моя жизнь делала крутые виражи не раз, и не два.
Один из них прямо в этот день. Налёт, пострадали мирные жители. Мы снова не смогли отбить атаку на сто процентов. И этот один процент – чья-то жизнь. Или смерть.
И посреди этого ужаса и хаоса он. Пацан с такими же как у меня глазами. Гетерохромия, не такая уж редкость, как оказывается.
- И где твоя мать?
- Умерла мамка... погибла
Выберите полку для книги