Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

— Добрый день. Могу я услышать Всеволода Андреевича? — слышу незнакомый голос в трубку.
— Его нет. Я его жена.
— О, отлично, — лёгкое облегчение в голосе. — Это ресторан «Белая ночь», нам не удалось дозвониться до вашего мужа, а бронирование требует подтверждения. Вы могли бы помочь?
— Конечно, — говорю я. — Что за бронирование?
— Эм… — женщина запинается, будто не знает, хорошая ли это идея — продолжать, но всё же говорит: — У вас на послезавтра забронирован целый зал в нашем ресторане, фуршет на фамилию Громов на пятьдесят человек в восемь вечера. Нам нужно подтверждение.
Послезавтра.
Но вчера муж уехал в командировку на несколько дней.
— Ой, на второй линии ваш муж, спасибо, что уделили нам внимание.
***
Годы брака, полное доверие, и вот я приезжаю в ресторан, чтобы увидеть, что за фуршет устроил мой муж?

— Я…
“Беременна” застряло в горле, потому что мой взгляд неожиданно зацепился за надпись на бумагах, брошенных мужем на стол.
— Подпиши, Надя, — устало попросил Олег.
“Заявление о расторжении брака”
— Что это, Соколов?
— Заявление. У меня другая и она беременна.

В день, когда я хотела сообщить о беременности, мой муж сказал, что уходит к другой. Я дала ему развод, чтобы через полгода увидеть бывшего с вопросом: “Это… мой сын”?

— Перед государственной регистрацией заключения брака позвольте спросить вас, является ли ваше решение стать супругами добровольным, взаимным и искренним, — улыбается регистратор. — Прошу ответить вас невеста.
— Да, — лепечу одними губами.
— Прошу ответить вас, жених.
— Да, является.
Меня пробирает мелкая дрожь, и я в ужасе оборачиваюсь на жениха. Это не он. Это не Дима. Это человек, о ком я пыталась забыть целых три года. Мой бывший муж и отец моего сына, о котором бывший никогда не должен был узнать.
— Я же говорил, что ты никогда не выйдешь замуж за другого, милая.

- Артур Сергеевич Вы что хотите?
Он усмехается и нагло откидывается в кресле.
- Чтобы вы стали моей женщиной! Я многого прошу! Вы красивая! С вами в свет выйти не стыдно! Спесивая правда, но спесь я с тебя быстро собью, девочка!
Девочка….Его глаза на секунду зажигаются дикой страстью, а у меня все внутри сжимается. Не стыдно….Девочка….Спесь с меня собьешь….Ну что ж постарайся….
Я резко встаю и залазаю на стол, скидываю поочередно туфли начиная перед ним танцевать в этот момент закрывая глаза, зная что на меня смотрит весь зал элитного ресторана…Сейчас я покажу вам любимый главный врач, как со мной не стыдно….Еще, как покажу….

В кухню входит высокий мужчина, и у меня внутри все обрывается. Он видит меня, сам на секунду зависает.
— Вот, Сань, — из-за его широкой спины просачивается папа, — помнишь мою дочку Свету? Ей сколько было-то, когда ты к нам приезжал? Лет пять?
— Да, — тянет мужчина. — Очень хорошо помню.
— Выросла, да? — продолжает стрекотать папа.
— Выросла.
Папа притих рядом, с гордостью смотрит на меня. Ведь он не знает, что я делала вчера с его лучшим другом…

Я всегда думала, что мой главный враг это весы и отражение в зеркале. Но когда я устроилась медсестрой в «VetroMed», я поняла, есть нечто страшнее — гинекологическое кресло и владелец клиники, Максим Ветров. Он с первого взгляда заметил меня и назвал «булочкой» строго приказав прийти на осмотр. Я хотела уволиться, но он поймал меня в коридоре.

— Ты дрожишь, — прошептал он, прижимая к стене. — Боишься меня? Или того, что я увижу? Ты не боли боишься, Лиза. Ты боишься, что тебе понравится. И я сделаю так, чтобы ты захотела этого.

Он сломал мои страхи, заставив тело петь от наслаждения. Я поверила, что я его единственная. Но появилась его бывшая и открыла мне все его тайны, смогу ли я простить его?

Она двадцать три года жена генерала. Печёт торты на все гарнизонные праздники и знает: за офицерскими плечами всегда стоят их семьи. На юбилее дивизии женсовет вешает стенд «Наши семьи» — и среди фотографий она видит мужа. Рядом с ним — чужая женщина и мальчик в кепке с эмблемой дивизии.

«— Вы Жанна? Мы в понедельник начинаем ремонт. Игорь сказал, вы не против».

Она не против. Она просто ещё не знает, что ремонт — в её собственной квартире, доставшейся от бабушки. Что ключи от неё лежат у мужа в кармане одиннадцать лет. Что фотографию на стенд повесила та самая женщина — и никто в гарнизоне не удивился.

Чья это жизнь — её или чужая? Ответ придётся искать самой: с тортом на восемьдесят человек, чужими ключами в кармане и одной ночью, когда считать уже поздно.

— Мы разводимся, — заявил муж. – Полюбил другую, она беременна двойней.
Блондинка улыбнулась и положила его руку на свой огромный живот.
— Так вот ты какая, Нюта! Скучная, простушка! Игорёша был прав. Не преувеличивал. Даже преуменьшал. Он, когда узнал, что я беременна, плакал от счастья!
Каждое слово летело в меня как камень.
Больно. До слёз.
— Просто исчезни. В тень. На задний план. В багажник, образно говоря!
Юля засмеялась, прикрыв рот ладонью с бриллиантом.
— И не стой тут с кислым лицом! У меня семья будет большая. Содержать троих детей, будущую жену и бывшую жену стоит денег.
И в этот момент здание роддома взорвалось!
Крики. Паника. На меня рухнула стена.
— Там ещё кто-то есть? — голос спасателей, сквозь боль и пыль.
— Никого! Я проверил! Всех эвакуировали ещё до удара! Уезжаем, быстро! — Игорь подхватил Юлю и понёс, бросая меня, как ненужную вещь.
С дочкой, которая через две недели должна была появиться на свет.
В городе, который начинали бомбить…

— И что мне с вами делать? — спрашиваю трех угощиков, которые разбили мой джип и снесли забор особняка, но они молчат, как партизаны. — Куда на моей машине собрались?
— Маму спасать. Ба сказала, ее полицейские схватили, — писклявым голосом болтает пацан справа. — А в садике гадости говорили, что ее заберут навсегда, вот мы и решили…
— Мы вытащим ее из тюрьмы! Мы все взяли с собой!
Девчонка в подтверждение расстегивает рюкзак и демонстрирует мне фонарик, детский молоточек, пластырь и плюшевого зайца.
— Ладно, мама в полиции, а папа ваш где? — спрашиваю их, но наш разговор прерывает отчаянный крик.
— НЕГОДНИКИ! — а по дороге к нам несется седовласая женщина. — Вы на кой черт сбежали из детского сада? У меня чуть сердце не остановилось, когда я вас там не нашла!
Она с разбегу сгребает в охапку малышню. А потом открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.
— Лидия Михайловна?
Ее лицо белеет. Я резко опускаю взгляд на детей и снова смотрю на мать моей бывшей.
— А Ксюша где?

— Они ведь мои?! Мои дочери?! — бывший муж схватил меня за локоть, встряхнул. — Ты три года скрывала от меня дочерей?!
— А когда я должна была тебе рассказать? Когда ты выбросил меня на трассе ночью беременную?! Или сразу после того, как твоя любовница послала тебе свои голые фотки?!
Ночь. Обочина трассы. Громыхает гроза. Ливень такой, будто над нашими головами кто-то вспорол брюхо туче.
— Ты не имела права… — прошептал он, и в темных глазах отразились молнии. — Я их отец.
— Право называться их отцом надо еще заслужить… — так же тихо ответила я, но слова утонули в оглушающем громе.
А потом его перекрыл визг тормозов.
И мы увидели, как на машину, брошенную на обочине, несется большой грузовик. Неужели потерял тормоза?..
Секунда, за которую вся моя жизнь пронеслась перед глазами.
А бывший муж сорвался с места.
Потому что там, на заднем сиденье машины, спали наши с ним дочери…
Еще миг, – и жизнь моего бывшего мужа навсегда разделилась на «до» и «после».