Книги в жанре «New adult» по тегу «studenty»
Любовь бывает разной! Трепетной. Окрыляющей. Нежной.
А бывает и первой! Неправильной. Болезненной. Токсичной.
Где одержимость легко спутать с ненавистью.
А зависимость с неприязнью. Но зависимость – болезнь!
И они больны друг другом. Больны, без права на исцеление.
Да. Он пойдет на все, лишь бы удержать ее рядом.
Лишь бы исцелиться...
- У тебя нет доказательств! - произнесла дрожащим от волнения голосом, с трудом подбирая слова. - Их нет!
- Конечно же, они есть! – зашипел он, наклоняясь к ее уху. – Клянусь, я лично сделаю нашу «тайну» достоянием общественности. И выставлю все в таком свете…
- Я поняла! Чего ты хочешь?
- Молодец, Синичка! Правильный вопрос!
В тексте имеется:
- первая любовь (с препятствиями)
- от ненависти до любви
- откровенные сцены и нецензурная лексика
- одержимая страсть с элементами принуждения
- сильные чувства между героями
- разница в социальном положении
- юмор
- настоящая дружба
А бывает и первой! Неправильной. Болезненной. Токсичной.
Где одержимость легко спутать с ненавистью.
А зависимость с неприязнью. Но зависимость – болезнь!
И они больны друг другом. Больны, без права на исцеление.
Да. Он пойдет на все, лишь бы удержать ее рядом.
Лишь бы исцелиться...
- У тебя нет доказательств! - произнесла дрожащим от волнения голосом, с трудом подбирая слова. - Их нет!
- Конечно же, они есть! – зашипел он, наклоняясь к ее уху. – Клянусь, я лично сделаю нашу «тайну» достоянием общественности. И выставлю все в таком свете…
- Я поняла! Чего ты хочешь?
- Молодец, Синичка! Правильный вопрос!
В тексте имеется:
- первая любовь (с препятствиями)
- от ненависти до любви
- откровенные сцены и нецензурная лексика
- одержимая страсть с элементами принуждения
- сильные чувства между героями
- разница в социальном положении
- юмор
- настоящая дружба
Губы Тени скользят по виску, спускаясь к щеке... подбородку. Он замирает, а затем оставляет в уголке её рта невесомый поцелуй. Настолько мимолётный, что Женя даже не уверена, а не показалось ли ей? Может, это только её фантазия? Её помешательство, а похоже, что она и правда сходит с ума.
— Иди уже, меняй лампу. Или ты решила вернуть мне футболку?
Пальцами Тень подцепляет край её наряда. В его чуть потемневших глазах пляшут искры. И Женя снова убеждается в том, что для него всё происходящее — только игра. Просто она дурочка, которая не умеет справляться с собственными эмоциями и реакциями. Забавная зверушка, над которой можно посмеяться. От вспыхнувшей в груди обиды и злости она почти задыхается, с трудом втягивая воздух.
— Да пожалуйста! — резко выговаривает она и расстёгивает ремень.
Он падает за спиной, бряцая пряжкой об пол. Женя дёргает за край футболки вверх.
— Иди уже, меняй лампу. Или ты решила вернуть мне футболку?
Пальцами Тень подцепляет край её наряда. В его чуть потемневших глазах пляшут искры. И Женя снова убеждается в том, что для него всё происходящее — только игра. Просто она дурочка, которая не умеет справляться с собственными эмоциями и реакциями. Забавная зверушка, над которой можно посмеяться. От вспыхнувшей в груди обиды и злости она почти задыхается, с трудом втягивая воздух.
— Да пожалуйста! — резко выговаривает она и расстёгивает ремень.
Он падает за спиной, бряцая пряжкой об пол. Женя дёргает за край футболки вверх.
Она – скромная студентка с окраины, верящая в искренность. Он – "принц" из другого мира, который решил завоевать ее сердце. Их роман был похож на сказку, пока она не узнала страшную правду...
________
ХЭ! Однотомник! ЭКСКЛЮЗИВНО!
История второстепенных героев книги "Замуж за мажора. Развод по плану" (все истории можно читать отдельно)
________
ХЭ! Однотомник! ЭКСКЛЮЗИВНО!
История второстепенных героев книги "Замуж за мажора. Развод по плану" (все истории можно читать отдельно)
Стаканчик кофе, который изменил всё. Ну вот, возьми и выброси его, но нет — я оскорбилась. Теперь прячусь от парня, с которым не стоило даже говорить. Но кто мог знать, что он настолько сумасшедший псих?
— Вводи пароль, — отдает короткий приказ, протягивая мне мой телефон.
— Да? А больше ничего не сделать? — демонстративно скрещиваю руки на груди. Я не собачонка и не намерена исполнять любую его команду.
— Можешь сделать, — усмехается, а потом…
Он вдруг опускает руку к своим штанам и, глядя мне в глаза, поправляет…
До меня не сразу доходит, что это намек.
— Да как ты… проваливай из моего дома!
Наглый, циничный хам - брат моей подруги. Он выводит меня из себя. Не хочу иметь с ним ничего общего. И в этом наши чувства взаимны.
Вот только он всегда где-то рядом. От него не спрятаться. Не убежать.
Что ему от меня нужно?
— Да? А больше ничего не сделать? — демонстративно скрещиваю руки на груди. Я не собачонка и не намерена исполнять любую его команду.
— Можешь сделать, — усмехается, а потом…
Он вдруг опускает руку к своим штанам и, глядя мне в глаза, поправляет…
До меня не сразу доходит, что это намек.
— Да как ты… проваливай из моего дома!
Наглый, циничный хам - брат моей подруги. Он выводит меня из себя. Не хочу иметь с ним ничего общего. И в этом наши чувства взаимны.
Вот только он всегда где-то рядом. От него не спрятаться. Не убежать.
Что ему от меня нужно?
— Это что ещё за хромая лошадь? — презрительно морщится мажор, а у меня внутри всё сжимается. Я привыкла к насмешкам в школе, но почему-то здесь это кажется особенно унизительным.
Стараюсь не реагировать, но слова все равно задевают.
А затем кто-то из парней ставит мне подножку. Я теряю равновесие, спотыкаюсь и падаю на асфальт.
Мажоры начинают хохотать в голос.
Поднимаюсь, рыча сурово:
— Вы пожалеете об этом!
И тут же понимаю, как глупо это прозвучало. Что я им сделаю? Я — одна, их — трое.
Самый высокий, тот, что брюнет с голубыми глазами, подходит ближе, смотря на меня свысока.
— И что же ты нам сделаешь, хромоногая? — в голосе звучит открытая издевка.
Я молчу. Теряюсь.
— Что, всё? Запал пропал? На словах такая смелая, а на деле — пустое место? — продолжает мерзавец, наслаждаясь моим замешательством.
— Отвали! Дай пройти! — выкрикиваю я, не находя других слов и с силой пихая нахала в грудь.
— Вызов принят, убогая, — фыркает с угрозой. — Теперь ты — наша новая жертва.
Стараюсь не реагировать, но слова все равно задевают.
А затем кто-то из парней ставит мне подножку. Я теряю равновесие, спотыкаюсь и падаю на асфальт.
Мажоры начинают хохотать в голос.
Поднимаюсь, рыча сурово:
— Вы пожалеете об этом!
И тут же понимаю, как глупо это прозвучало. Что я им сделаю? Я — одна, их — трое.
Самый высокий, тот, что брюнет с голубыми глазами, подходит ближе, смотря на меня свысока.
— И что же ты нам сделаешь, хромоногая? — в голосе звучит открытая издевка.
Я молчу. Теряюсь.
— Что, всё? Запал пропал? На словах такая смелая, а на деле — пустое место? — продолжает мерзавец, наслаждаясь моим замешательством.
— Отвали! Дай пройти! — выкрикиваю я, не находя других слов и с силой пихая нахала в грудь.
— Вызов принят, убогая, — фыркает с угрозой. — Теперь ты — наша новая жертва.
- Что ты на меня смотришь? Думаешь, что сказать? Как выпутаться из паутины лжи, в которой застрял? – Произношу глядя в глаза предателя, а он бледнеет, и опускает взгляд в пол. – Не стоит утруждаться, я все слышала собственными ушами, и про ваш дурацкий спор, и что это просто для забавы.
Пытаюсь обойти его, но Артем тут же хватает меня за руку, и притягивает ближе к себе.
- Я все – таки попробую, потому что отпускать тебя не намерен. Ты моя, Нелли, и это не изменится – никогда!
Парень, в которого я безнадежно влюбилась, поверила в его искренность, и приняла ухаживания, оказался монстром. Он со своими друзьями просто играл в игру, «Кто быстрее влюбит в себя заучку». И все бы ничего, я смогла бы это пережить, если бы он отпустил меня, но Артем, вознамерился разрушить меня до основания.
Пытаюсь обойти его, но Артем тут же хватает меня за руку, и притягивает ближе к себе.
- Я все – таки попробую, потому что отпускать тебя не намерен. Ты моя, Нелли, и это не изменится – никогда!
Парень, в которого я безнадежно влюбилась, поверила в его искренность, и приняла ухаживания, оказался монстром. Он со своими друзьями просто играл в игру, «Кто быстрее влюбит в себя заучку». И все бы ничего, я смогла бы это пережить, если бы он отпустил меня, но Артем, вознамерился разрушить меня до основания.
Однажды судьба развела нас, но спустя несколько лет столкнула снова.
Он – воплощение свободы и своенравия. И уж точно не подходит мне.
Я – это контроль, дисциплина и порядок.
Мы – про разное.
Только вот что делать, если его упрямства и упорства хватит на двоих? Если каждое его слово и действие толкает меня в бездну с его именем.
Бороться? Или всё же снова открыть для него своё сердце?
А если у этого будут последствия?
***
Очень давно я дал себе обещание – она всегда будет моей. Но в один день она растворилась, словно мираж.
Сотни часов поиска, миллионы потраченных нервных клеток и… я смирился. Пока однажды она вместе с семьёй не переезжает в дом по соседству.
И с этой секунды я не могу думать ни о ком другом.
Он – воплощение свободы и своенравия. И уж точно не подходит мне.
Я – это контроль, дисциплина и порядок.
Мы – про разное.
Только вот что делать, если его упрямства и упорства хватит на двоих? Если каждое его слово и действие толкает меня в бездну с его именем.
Бороться? Или всё же снова открыть для него своё сердце?
А если у этого будут последствия?
***
Очень давно я дал себе обещание – она всегда будет моей. Но в один день она растворилась, словно мираж.
Сотни часов поиска, миллионы потраченных нервных клеток и… я смирился. Пока однажды она вместе с семьёй не переезжает в дом по соседству.
И с этой секунды я не могу думать ни о ком другом.
- Это правда? - шепчу я, изо всех сил сдерживая слезы.
- Что правда, маленькая? - Дима делает шаг ко мне.
- Правда, что ты сын Громова… Грома? Ты же Громов, - бормочу растерянно, все еще не веря в то, что узнала. - Сын папиного конкурента. Сын, которого он подослал, чтобы использовать меня ради мести. Все сходится. О, боже.
Я накрываю пальцами дрожащие губы, чувствуя, как слезы прочерчивают по щекам горячие дорожки.
- Ангел, - Дима обнимает меня, обволакивая своим запахом, но я отталкиваю его.
- Ты использовал меня! Ты… - я задыхаюсь. Кладу руку на грудь, чтобы немного успокоить колотящееся сердце, но это не помогает. - Не подходи ко мне, больше никогда даже не смотри на меня!
- Ангел, я люблю тебя, - произносит Дима.
- Ты - монстр, а монстры любить не умеют, - отвечаю севшим голосом.
- Что правда, маленькая? - Дима делает шаг ко мне.
- Правда, что ты сын Громова… Грома? Ты же Громов, - бормочу растерянно, все еще не веря в то, что узнала. - Сын папиного конкурента. Сын, которого он подослал, чтобы использовать меня ради мести. Все сходится. О, боже.
Я накрываю пальцами дрожащие губы, чувствуя, как слезы прочерчивают по щекам горячие дорожки.
- Ангел, - Дима обнимает меня, обволакивая своим запахом, но я отталкиваю его.
- Ты использовал меня! Ты… - я задыхаюсь. Кладу руку на грудь, чтобы немного успокоить колотящееся сердце, но это не помогает. - Не подходи ко мне, больше никогда даже не смотри на меня!
- Ангел, я люблю тебя, - произносит Дима.
- Ты - монстр, а монстры любить не умеют, - отвечаю севшим голосом.
— Ну чего молчишь? — спросил тихо. — Язык проглотила? А минуту назад такая смелая была.
— Отвали, — прошептала она. Но это даже не серьёзное «отвали». Это так, для порядка, потому что в глазах у неё уже совсем другое написано.
Провёл большим пальцем по её шее. Рита вздрогнула всем телом. Губы приоткрылись, и она снова их прикусила, а я заметил, как блеснул влажный след на нижней губе.
У меня внутри что-то перемкнуло, и я медленно наклонился, давая ей время оттолкнуть меня, уйти или хотя бы закричать. Но она не оттолкнула. Просто стояла, вжавшись спиной в холодный металл, и смотрела на меня, дышала часто-часто.
Ещё немного. Ещё пара сантиметров.
Почувствовал её запах — бензин, мятная жвачка и что-то ещё… цветочное. Едва уловимое.
Рита замерла, её губы уже были приоткрыты. Она ждала и хотела этого не меньше, чем я.
Почти коснулся её губ своими.
Она уже закрыла глаза и…
— Отвали, — прошептала она. Но это даже не серьёзное «отвали». Это так, для порядка, потому что в глазах у неё уже совсем другое написано.
Провёл большим пальцем по её шее. Рита вздрогнула всем телом. Губы приоткрылись, и она снова их прикусила, а я заметил, как блеснул влажный след на нижней губе.
У меня внутри что-то перемкнуло, и я медленно наклонился, давая ей время оттолкнуть меня, уйти или хотя бы закричать. Но она не оттолкнула. Просто стояла, вжавшись спиной в холодный металл, и смотрела на меня, дышала часто-часто.
Ещё немного. Ещё пара сантиметров.
Почувствовал её запах — бензин, мятная жвачка и что-то ещё… цветочное. Едва уловимое.
Рита замерла, её губы уже были приоткрыты. Она ждала и хотела этого не меньше, чем я.
Почти коснулся её губ своими.
Она уже закрыла глаза и…
Подборка New adult о студентах
Выберите полку для книги