Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»

Я сделала несколько шагов по асфальту, нагретому утренним солнцем, и мои пальцы инстинктивно сжали кожу перчаток крепче.
И в этот момент дверь спортклуба открылась.
Из нее вышли они.
Он. Мой Андрей. Его лицо было озарено широкой, непринужденной улыбкой, которую я не видела… не видела, наверное, годы. Он что-то говорил, и его спутница заливисто смеялась, запрокинув голову. Она была высокая, подтянутая, в идеально сидящем спортивном костюме, ее собранные в высокий хвост светлые волосы сияли на солнце.
Я замерла, как подкошенная. Мое тело онемело, а разум отказывался обрабатывать картинку. Кто это? Коллега? Клиентка?
Андрей жестом, полным галантности и собственности, который он никогда не использовал со мной в публичных местах, взял ее за локоть и повел к своей машине. Он нажал на брелок, огни «Мерседеса» мигнули. Он открыл ей пассажирскую дверь, придерживая ее голову рукой, как делают в кино.

— Мамочка, папа просил не рассказывать, но я все равно расскажу наш секрет, — шепчет дочка, играя с косичкой.
— Какой секрет, солнышко?
— Папа снова отвел меня в садик с красивой девушкой. Папа сказал, что это наш секрет, но я не хочу, чтобы вместо тебя была Алина…
Я бы ни о чем не узнала, если бы не звонок из сада с просьбой забрать ребёнка — температура.
Мы с дочкой возвращаемся домой, открываем дверь… и замираем.
Стоны. Глухие, тяжёлые
— Дочка, подожди маму здесь, — говорю, едва сдерживая дрожь.
— Он, наверное, с Алиной… Она рыжая была, мамочка, я с ней уже давно знакома…
Рыжая, значит?!
И правда — рыжая. Еще и на нашей постели. Сразу после того, как отвели дочку в садик… вместе и, оказывается, они делали это не первый год…

— У меня рак. — обращаюсь к мужу. — Вторая стадия. Нужна операция и химиотерапия. В Германии. У нас пока за такое не берутся. Лечение эксперементальное.
— Сколько? — спрашивает он после долгой паузы.
— Что — сколько?
— Сколько тебе осталось?
Я не разбираю, что он имеет в виду, и вместо обещанных мне врачом полугода называю сумму за лечение. Он откидывается на спинку дивана, проводит рукой по лицу. Смотрит в потолок.
— Знаешь, Рит, — произносит медленно, — я как раз хотел с тобой поговорить. Видимо, момент подходящий. Нам нужно развестись.

Муж еще не знает, что днём я видела его с любовницей, и это убивает меня быстрее, чем болезнь. И теперь мой главный вопрос: сдаться и оставить мужа с молодой любовницей или бороться до конца, хотя бы за жизнь...

— Любимая, подпиши, — голос мужа доносится сквозь дремоту.

Пытаюсь сфокусировать взгляд на лице мужа. Руслан уже оделся в костюм. Протягивает мне какие-то бумаги.

— Что это? — потягиваюсь, усаживаюсь в постели и беру в руки документы.

— Это брачный контракт, — спокойный голос мужа заставляет тут же забыть о сне.

Его пронзительный взгляд серых глаз словно говорит "все в порядке". Но неприятный тревожный колокол уже звенит в груди.

— Это еще зачем? — вскакиваю с кровати. — Руслан, ты разводиться собрался?!

Муж подходит ближе. Нежно касается руками моих плеч, обворожительно улыбается.

— Ну что ты, глупышка. Какой развод, — хохочет раскатисто. — Вик, это просто формальность.

Если бы мне было 20 или 30 лет, то я бы точно поверила.

Но мне 43 года. Я прошла через нищету, многочисленные жизненные испытания. Родила двух детей и построила свой небольшой бизнес. Поэтому я продолжаю с подозрением смотреть на мужа. Ищу какую-то зацепку...

- Оленька, лапушка, у нас большие проблемы! – на Боре лица не было, бледный, руки трясутся.
- Борь, да что ты так расстроился, нам все проблемы нипочём, вместе справимся!
Но когда я услышала, что сказал муж после, поняла… не справимся и не вместе мы…
- От меня студентка беременна… и аборт поздно делать, - сел на стул, голову уронил. – Что делать будем, Олюшка?
Ничего себе поворот… сначала опешила даже…
- Беременна?! Студентка?! От тебя?! И ты ещё спрашиваешь, что делать будем?
Тридцать пять лет брака…, пылинки сдувала, Боренька то, Боренька это…, а он со студенткой?
Не раздумывая, подала на развод.
Чем такой муж, лучше совсем никакой!
А измену я ему точно простить не смогу…
И слёз моих никто не увидит!
Мужик с возу, кобыле легче!
Даже сама от себя не ожидала, что смогу так круто изменить свою жизнь

— Прости, — шепчет он. — Прости меня.
Смотрю на него. И не чувствую ничего. Пустоту.
— А ребёнок? — вдруг спрашивает он. — Ты уверена, что он от меня?
Время останавливается. Не верю своим ушам.
— Что ты сейчас сказал?
Он бледнеет, понимая.
— Просто... мы давно не... и я подумал...
— Ты подумал, что я могу изменять, как ты?
— Нет, я не то имел в виду...
— Пошёл вон, — говорю я тихо.
— Яна...
— ПОШЁЛ ВОН! — кричу так, что он вздрагивает. — Убирайся! Немедленно!
***
Кладу руку на живот.
— Прости, малыш. Прости, что твой отец — предатель. Но знаешь что? Мы справимся. Без него.

— Мне ничего не нужно! Я тоже буду тебе хорошей женой! И даже никогда не упрекну по поводу твоих студенток! — звучит голос моей лучшей подруги.
— Всё, прекрати и проваливай. И учти, Ника, ещё раз попробуешь что-то подобное отчебучить или опять приедешь в ночи, сильно пожалеешь!
— И что будет, котик? Накажешь меня? Ты же знаешь, что Галка после своих колёс спит так, что её из пушки не разбудишь. Кстати, у меня под шубой только бельё, которое ты в выходной подарил.
Дверь я распахиваю с ноги.
Картина, представшая моему виду, ещё более отвратительна, чем только что услышанная беседа. Альберт стоит с осанкой короля и в распахнутом пальто, а к его груди словно прилипла Ника, на которой лишь алое кружевное бельё.
— Ну здравствуй, подруга, ты чего так побледнела? — произношу с улыбкой. — А ты что так удивлён, котик? Ну да, я же должна сейчас крепко спать. Так идите в дом, не стесняйтесь! А то тут холодно, а вы, чай, уже не особо молоды.
Я подаю на развод!

— Мамочка! — дочка обняла меня. — Даша с папой в кабинете. Они там важные дела решают.
— Какие дела, солнышко?
— Ну, папа сказал, что Даша нашкодила, — Соня пожала плечами, как будто это объясняло все на свете. — И ее надо наказать. Он сказал, чтобы я тут посидела, пока они разберутся. Мам, а мы сегодня будем лепить из пластилина?
— Посиди пока тут, хорошо? Мама сейчас вернется.
Вадим никогда не разговаривал с персоналом сам, тем более с няней дочери, это всегда была моя территория. Я остановилась у двери кабинета и услышала стон. Плохо ему там что ли... Прислушалась и окаменела, стон был явно женский и кое-кому было точно не плохо, а судя по всему совсем наоборот...

- Сегодня с Леной виделась. Такое узнала, - начинаю говорить мужу. – У нее роман с женатым уже восемь лет!
- И как ей живется? Не противно? – муж играет в святого и правильного, но я то знаю, что она его любовница.
- Знаешь, у меня к нему больше вопросов. Обманывает жену, унижает ее… Да я бы на месте жены мужу кое что вырвала с корнем, так, для профилактики.
Муж нервно сглатывает и на секунду теряет управление машиной.
- Все в порядке? Чего так испугался, словно это ты изменщик, а не кто-то другой?
- Да нет, все в норме. Не ожидал, что ты такая… боевая.

Я не боевая, я безумно злая. Шестнадцать лет, две дочери, а он оказывается восемь лет мне изменяет и сына в класс к нашей дочери пристроил. Не нет дорогой, я вам обоим отомщу. Вы у меня обо всем пожалеете.

Пятнадцать лет брака и всё летит в тартарары из-за дурацкой мечты о наследнике.
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?