Книги в жанре «Романы о неверности»
Спальня в конце коридора. Я толкаю дверь.
Секунда – и я понимаю всё.
Их двое. В нашей постели. Леонид, мой муж, и женщина. Светловолосая. Она лежит рядом с моим мужем, и это так очевидно, так обыденно, так – будто они здесь у себя дома, а чужая здесь я.
Леонид просыпается – наверное, от звука двери. Поднимает голову. Видит меня.
Первые секунды – тишина.
А потом что-то внутри меня лопается.
Я не помню, как беру вазу. Не помню замаха. Помню только звук – оглушительный треск, когда фарфор встречается со стеной, и белые осколки летят по тёмному полу.
– Что ты делаешь?! – голос Леонида – резкий, злой, совсем не испуганный.
– Кто она?
Секунда – и я понимаю всё.
Их двое. В нашей постели. Леонид, мой муж, и женщина. Светловолосая. Она лежит рядом с моим мужем, и это так очевидно, так обыденно, так – будто они здесь у себя дома, а чужая здесь я.
Леонид просыпается – наверное, от звука двери. Поднимает голову. Видит меня.
Первые секунды – тишина.
А потом что-то внутри меня лопается.
Я не помню, как беру вазу. Не помню замаха. Помню только звук – оглушительный треск, когда фарфор встречается со стеной, и белые осколки летят по тёмному полу.
– Что ты делаешь?! – голос Леонида – резкий, злой, совсем не испуганный.
– Кто она?
— Не делай из измены трагедию. Я всего лишь выпустил пар на работе!
— Всего лишь? Всего лишь?! — кричу. — Боже... Я не думала, что ты из тех стереотипных врачей, которые спят со всем, что движется.
— Ошибаешься, я не такой, — Игорь пожимает плечами. — Я не меняю женщин, как перчатки. Для удовлетворения моих потребностей хватает постоянной жены и постоянной любовницы. Видишь? Я всего лишь двоелюб.
Открываю и закрываю рот, не верю, что человек, с которым я прожила пятнадцать лет может рассуждать подобным образом.
— У тебя совсем крыша поехала?
— Алина, ты забыла, что я кардиохирург и умею мыслить рационально? Что прикажешь делать, когда ты занята со своими маленькими пациентами, а мне нужно срочно сбросить напряжение, прежде чем я возьму в руки чужое сердце? Вот я и решил, что приемлемым вариантом будет завести еще одну женщину. Но ты не волнуйся, мое сердце всегда будет принадлежать только тебе!
Муж перешел все границы, поэтому я развелась с ним.
— Всего лишь? Всего лишь?! — кричу. — Боже... Я не думала, что ты из тех стереотипных врачей, которые спят со всем, что движется.
— Ошибаешься, я не такой, — Игорь пожимает плечами. — Я не меняю женщин, как перчатки. Для удовлетворения моих потребностей хватает постоянной жены и постоянной любовницы. Видишь? Я всего лишь двоелюб.
Открываю и закрываю рот, не верю, что человек, с которым я прожила пятнадцать лет может рассуждать подобным образом.
— У тебя совсем крыша поехала?
— Алина, ты забыла, что я кардиохирург и умею мыслить рационально? Что прикажешь делать, когда ты занята со своими маленькими пациентами, а мне нужно срочно сбросить напряжение, прежде чем я возьму в руки чужое сердце? Вот я и решил, что приемлемым вариантом будет завести еще одну женщину. Но ты не волнуйся, мое сердце всегда будет принадлежать только тебе!
Муж перешел все границы, поэтому я развелась с ним.
— Кто эта женщина рядом с папой? — спрашиваю я сына, разглядывая его рисунок.
— Это папина тетя, — беззаботно отвечает Петя.
Я уверяю себя, что ребенок что-то перепутал. Что у моего мужа не может быть другой женщины. Что десять лет брака и долгожданный сын для Димы значат не меньше, чем для меня.
Но, вернувшись домой раньше времени, я слышу за дверью нашей спальни женские возгласы.
— Как ты мог? — спрашиваю я мужа, всё ещё надеясь хоть на какое-то объяснение, но в ответ получаю лишь:
— Не устраивай сцен, Алла. И сына тебе у меня забрать не выйдет.
В один день я теряю всё, что считала своей жизнью. Муж приводит любовницу в наш дом, угрожает отнять ребёнка и смотрит на меня так, словно это я виновата во всём.
Его молодая секретарша уже уверена, что заняла мое место, только я не собираюсь молча отдавать ей свою семью и достоинство.
Потому что измена Димы — только начало.
И совсем скоро наружу выйдет правда, которую уже не получится отыграть назад.
— Это папина тетя, — беззаботно отвечает Петя.
Я уверяю себя, что ребенок что-то перепутал. Что у моего мужа не может быть другой женщины. Что десять лет брака и долгожданный сын для Димы значат не меньше, чем для меня.
Но, вернувшись домой раньше времени, я слышу за дверью нашей спальни женские возгласы.
— Как ты мог? — спрашиваю я мужа, всё ещё надеясь хоть на какое-то объяснение, но в ответ получаю лишь:
— Не устраивай сцен, Алла. И сына тебе у меня забрать не выйдет.
В один день я теряю всё, что считала своей жизнью. Муж приводит любовницу в наш дом, угрожает отнять ребёнка и смотрит на меня так, словно это я виновата во всём.
Его молодая секретарша уже уверена, что заняла мое место, только я не собираюсь молча отдавать ей свою семью и достоинство.
Потому что измена Димы — только начало.
И совсем скоро наружу выйдет правда, которую уже не получится отыграть назад.
Дверь в спальню была приоткрыта. Милена просто коснулась её ладонью, и дверь отошла.
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...
В спальне были двое — ее муж и жгучая брюнетка.
Скомканные простыни, запах любви и вина — всё это ударило в нос, в глаза, в самую душу.
— Что происходит? — выдохнула Милена. Голос прозвучал сипло, чуждо, будто был не её.
Роман увидел её первым. На его лице промелькнула тень испуга. Он сел, нервным жестом провёл рукой по волосам и посмотрел на Милену с неприкрытой злобой.
— О, явилась — не запылилась, — процедил он сквозь зубы. — Света, не обращай внимания, я сейчас выставлю её за дверь.
В груди Милены что-то оборвалось. Она даже не сразу поняла смысл его слов.
— Роман… — голос её дрогнул, сорвался, она сделала шаг вперёд, всё ещё сжимая в руке тюльпаны. — Ты же должен быть на работе. Ты… ты написал мне, что будешь поздно!
— О, Господи, только не начинай! — он закатил глаза с отвращением. — Ты сама меня довела до этого. Я сколько раз говорил — мне тебя не хватает. И вот — я нашел тебе замену...
– Марк, мне показалось… – сажусь в машину к мужу, – или я видела сегодня у вас в отделении Жанну? Ту самую.
– Жанну?
– Не притворяйся, что не понял, о ком я.
– Ааа… Жанна. Ну да и что?
– Она что теперь у вас работает?
– Да, – пожимает плечами и трогается с места.
– Почему не сказал?
– Алин, ты серьезно?.. Я должен тебе теперь все докладывать? Кто пришел, кто ушел, кто простыл?
– Она не просто кто-то, Марк. Она твоя бывшая.
– Ты сама правильно сказала – бывшая. А у меня есть ты. Не надо сцен. Не я ее устраивал к нам. Не нравится что-то иди к главврачу. Она его дочь, если ты забыла.
Забудешь такое…
– И, между прочим, это даже хорошо. Я стараюсь ради нашего будущего. А ты смотришь только в радиусе метра вокруг себя.
– И как ты стараешься, можно узнать?
– Жанну?
– Не притворяйся, что не понял, о ком я.
– Ааа… Жанна. Ну да и что?
– Она что теперь у вас работает?
– Да, – пожимает плечами и трогается с места.
– Почему не сказал?
– Алин, ты серьезно?.. Я должен тебе теперь все докладывать? Кто пришел, кто ушел, кто простыл?
– Она не просто кто-то, Марк. Она твоя бывшая.
– Ты сама правильно сказала – бывшая. А у меня есть ты. Не надо сцен. Не я ее устраивал к нам. Не нравится что-то иди к главврачу. Она его дочь, если ты забыла.
Забудешь такое…
– И, между прочим, это даже хорошо. Я стараюсь ради нашего будущего. А ты смотришь только в радиусе метра вокруг себя.
– И как ты стараешься, можно узнать?
Мой муж изменил мне с моей же подругой. Я застала их в позе «скрюченных крабов» — у него спину заклинило, у неё ногу свело. И знаете что? Это было так нелепо, что вместо слёз мне захотелось смеяться.
Мне надоело быть удобной женой, которая хоронит свои мечты в угоду чужим стандартам. теперь я буду сама строить свою жизнь,запишусь на курсы по готовке и пойду на конкурс к легендарному и суровому шефу Данилову. Пусть он кричит о точности граммов, а я буду добавлять в свои десерты щепотку бунта.
Новая жизнь пышки начинается. И она пахнет корицей, свободой и чуточку горелым пирогом.
Мне надоело быть удобной женой, которая хоронит свои мечты в угоду чужим стандартам. теперь я буду сама строить свою жизнь,запишусь на курсы по готовке и пойду на конкурс к легендарному и суровому шефу Данилову. Пусть он кричит о точности граммов, а я буду добавлять в свои десерты щепотку бунта.
Новая жизнь пышки начинается. И она пахнет корицей, свободой и чуточку горелым пирогом.
- И как долго ты собиралась скрывать от меня дочь, Алина?
- Ты не должен был узнать о ней. Никогда!
- Тебе не кажется, что это - жестоко?
- Жестоко поступил со мной ты, а это - твоя расплата.
Узнав о предательстве любимого жениха, я убежала в другой город с тайной под сердцем. Я была уверена, что Саша не будет меня искать, что он забыл меня, что я ему не нужна.
Но совершенно неожиданно мы встречаемся под Новый Год, и он заявляет, что вернёт меня. Да только этого не будет!
- Ты не должен был узнать о ней. Никогда!
- Тебе не кажется, что это - жестоко?
- Жестоко поступил со мной ты, а это - твоя расплата.
Узнав о предательстве любимого жениха, я убежала в другой город с тайной под сердцем. Я была уверена, что Саша не будет меня искать, что он забыл меня, что я ему не нужна.
Но совершенно неожиданно мы встречаемся под Новый Год, и он заявляет, что вернёт меня. Да только этого не будет!
- У меня есть другая женщина.
Слова мужа оглушили.
Он шутит так? У нас сын пропал! Какая любовница? Ей не место в нашей жизни, мы ребенка своего должны найти.
- Уже больше года прошло, Лена, надежды найти Даню почти нет, я больше не могу так жить.
- Будто я могу… - прошептала, утопая в океане боли.
- Лен, я не знаю, что сказать. Встретил, полюбил, ты же и сама понимаешь, каково это, когда смысл жизни потерял…
- Не понимаю, смысл моей жизни – Даню найти, а твоей – бросить его, ради девки.
- Не называй ее так.
- А как мне ее называть, а? Она влезла в семью, где горе случилось.
- Никуда Аля не влезала, все началось еще до пропажи Дани. Мы вместе уже почти полтора года, я молчал, потому что после похищения боялся, что ты сорвешься.
Полтора года… он начал встречаться с ней до похищения Дани…
- Ты с ней переписывался, когда сына отпустил?
Муж не выдержал моего взгляда, отвел свой, и я все поняла… он писал любовнице, когда нашего мальчика уводил из парка похититель.
Слова мужа оглушили.
Он шутит так? У нас сын пропал! Какая любовница? Ей не место в нашей жизни, мы ребенка своего должны найти.
- Уже больше года прошло, Лена, надежды найти Даню почти нет, я больше не могу так жить.
- Будто я могу… - прошептала, утопая в океане боли.
- Лен, я не знаю, что сказать. Встретил, полюбил, ты же и сама понимаешь, каково это, когда смысл жизни потерял…
- Не понимаю, смысл моей жизни – Даню найти, а твоей – бросить его, ради девки.
- Не называй ее так.
- А как мне ее называть, а? Она влезла в семью, где горе случилось.
- Никуда Аля не влезала, все началось еще до пропажи Дани. Мы вместе уже почти полтора года, я молчал, потому что после похищения боялся, что ты сорвешься.
Полтора года… он начал встречаться с ней до похищения Дани…
- Ты с ней переписывался, когда сына отпустил?
Муж не выдержал моего взгляда, отвел свой, и я все поняла… он писал любовнице, когда нашего мальчика уводил из парка похититель.
Мы с пятилетней дочерью стоим перед кабинетом, Уля тянется к ручке двери.
— Мам, почему папа не открывает?
Я перехватываю её руку на секунду позже.
Из кабинета стон, а Марк стоит спиной, застёгивая ремень. На кожаном диване управляющая его фитнес-клуба.
— Ты себя в зеркало видела? Заплыла жиром. Кому ты такая будешь нужна? — злится он.
Он выталкивает меня за дверь, я не успеваю убрать пальцы.
Хруст. Боль. Смотрю на него, но ему плевать.
— Не драматизируй, Лер. Мне нужна твоя лицензия, а если подашь на развод, я заберу Ульяну.
Дверь захлопывается.
Я стою в коридоре с распухшей кистью, прижатой к животу, и смотрю на дочь, которая ещё не поняла, что только что увидела.
Он думает, я сломаюсь.
Но он забыл: я врач, я знаю, как вправлять то, что кажется безнадёжным.
И начну с себя.
Без него.
— Мам, почему папа не открывает?
Я перехватываю её руку на секунду позже.
Из кабинета стон, а Марк стоит спиной, застёгивая ремень. На кожаном диване управляющая его фитнес-клуба.
— Ты себя в зеркало видела? Заплыла жиром. Кому ты такая будешь нужна? — злится он.
Он выталкивает меня за дверь, я не успеваю убрать пальцы.
Хруст. Боль. Смотрю на него, но ему плевать.
— Не драматизируй, Лер. Мне нужна твоя лицензия, а если подашь на развод, я заберу Ульяну.
Дверь захлопывается.
Я стою в коридоре с распухшей кистью, прижатой к животу, и смотрю на дочь, которая ещё не поняла, что только что увидела.
Он думает, я сломаюсь.
Но он забыл: я врач, я знаю, как вправлять то, что кажется безнадёжным.
И начну с себя.
Без него.
Я вхожу в кабинет мужа за зарядкой для телефона. И взгляд невольно скользит на экран ноутбука. Он не выключен. Просто стоит на столе, открытый…
Переписка.
Сердце начинает колотиться быстрее.
Я не собиралась читать. Я действительно просто хотела взять зарядку и выйти. Но имя в верхней строке чата притягивает взгляд, как яркая вспышка: «Анна Литвинова».
Я смотрю на экран и не могу оторвать взгляд.
Последнее сообщение от нее пришло двадцать минут назад.
«Ты сегодня невероятный. Я до сих пор чувствую твои руки».
Ниже – фотография. Женщина в черном кружевном белье, плечо открыто, волосы распущены по спине, взгляд в камеру – вызывающий, уверенный, хищный.
Я замираю.
Переписка.
Сердце начинает колотиться быстрее.
Я не собиралась читать. Я действительно просто хотела взять зарядку и выйти. Но имя в верхней строке чата притягивает взгляд, как яркая вспышка: «Анна Литвинова».
Я смотрю на экран и не могу оторвать взгляд.
Последнее сообщение от нее пришло двадцать минут назад.
«Ты сегодня невероятный. Я до сих пор чувствую твои руки».
Ниже – фотография. Женщина в черном кружевном белье, плечо открыто, волосы распущены по спине, взгляд в камеру – вызывающий, уверенный, хищный.
Я замираю.
Выберите полку для книги
Романы о неверности: истории любви, боли и выбора
Романы о неверности — это эмоциональные книги о людях, которые сталкиваются с предательством, сомнениями, тайнами и последствиями сложных решений. В таких историях измена редко бывает просто сюжетным поворотом: чаще она становится испытанием для чувств, семьи, доверия и самого представления героев о любви.
На Литмаркет собраны книги, в которых отношения показаны без сахарной глазури: с ревностью, обидами, внутренними противоречиями, неожиданными признаниями и непростым выбором. Одни герои пытаются сохранить брак, другие — начинают жизнь заново, третьи понимают, что правда иногда приходит слишком поздно.
Что почитать в жанре романов о неверности
В подборке можно найти современные любовные романы, семейные драмы, истории о вторых шансах, запретных чувствах и отношениях на грани разрыва. Такие книги подойдут читателям, которым важны сильные эмоции, психологическая глубина персонажей и напряжение между «простить», «уйти» и «попробовать снова».
Если вам интересны истории, где любовь проходит проверку предательством, а герои вынуждены честно взглянуть на себя и свои чувства, выбирайте книгу из жанра «Романы о неверности» и читайте онлайн на Литмаркет.