Властный герой в служебных романах читать онлайн
— Ты вложилась, - он медленно провел пальцем по моему подбородку, шее, по декольте и ниже, остановившись внизу живота. - А я ценю инвестиции, поэтому готов заключить сделку.
Я вдруг ощутила жар. Захотелось сделать шаг назад — и одновременно остаться.
— Семь дней ты изображаешь мою женщину. Если выдержишь — я подписываю контракт с твоей фирмой.
— А если не выдержу?
Он усмехнулся и рывком притянул к себе.
— Тогда ты узнаешь, насколько опасно было со мной связываться.
Чтобы добиться встречи с миллиардером Стасом Строгиновым, я залезла в коробку и стала его «подарком» на день рождения. Я рассчитывала спасти семейное архитектурное бюро, а вместо этого оказалась втянута в опасную игру с мужчиной, который привык получать все, что хочет. И самое страшное — с каждым днем рядом со Строгиновым мне все труднее помнить, что мои чувства должны быть фикцией.
Я вдруг ощутила жар. Захотелось сделать шаг назад — и одновременно остаться.
— Семь дней ты изображаешь мою женщину. Если выдержишь — я подписываю контракт с твоей фирмой.
— А если не выдержу?
Он усмехнулся и рывком притянул к себе.
— Тогда ты узнаешь, насколько опасно было со мной связываться.
Чтобы добиться встречи с миллиардером Стасом Строгиновым, я залезла в коробку и стала его «подарком» на день рождения. Я рассчитывала спасти семейное архитектурное бюро, а вместо этого оказалась втянута в опасную игру с мужчиной, который привык получать все, что хочет. И самое страшное — с каждым днем рядом со Строгиновым мне все труднее помнить, что мои чувства должны быть фикцией.
🧨РОМАН ЗАКОНЧЕН! СКИДКА МАКСИМАЛЬНАЯ ТОЛЬКО ДВА ДНЯ! 🧨
— В Вашем возрасте, Вероника Павловна, женщины сидят с внуками. А вы приходите ко мне на собеседование?.
Я не поднимаю глаз. Кожей чувствую его тяжёлый, насмешливый взгляд.
Артём Волков, как хищник с многолетним стажем, чувствует мою уязвимость.
И все же поднимаю глаза как вызов.
Да, Босс красив — этого не отнять. Сорок восемь, а носит их так, будто годы ему к лицу.
— Может, вам не в помощники, а в монастырь, Вероника Павловна? По возрасту в самый раз. Вам сколько, сорок пять? Это уже срок. Срок что женщина отжила свое.
Мой начальник — самодовольный мужлан, который презирает разведенных одиноких женщин после сорока, а я как раз из таких. Но однажды, он целует меня в своем кабинете, чтобы не получить по лицу от мужа любовницы. И об этом узнает весь офис. С этого и начинается моя история…
— В Вашем возрасте, Вероника Павловна, женщины сидят с внуками. А вы приходите ко мне на собеседование?.
Я не поднимаю глаз. Кожей чувствую его тяжёлый, насмешливый взгляд.
Артём Волков, как хищник с многолетним стажем, чувствует мою уязвимость.
И все же поднимаю глаза как вызов.
Да, Босс красив — этого не отнять. Сорок восемь, а носит их так, будто годы ему к лицу.
— Может, вам не в помощники, а в монастырь, Вероника Павловна? По возрасту в самый раз. Вам сколько, сорок пять? Это уже срок. Срок что женщина отжила свое.
Мой начальник — самодовольный мужлан, который презирает разведенных одиноких женщин после сорока, а я как раз из таких. Но однажды, он целует меня в своем кабинете, чтобы не получить по лицу от мужа любовницы. И об этом узнает весь офис. С этого и начинается моя история…
— Почему вы так на меня смотрите? — спрашиваю я, смущаясь под пристальным, оценивающим взглядом моего красавца-босса.
Он резко встаёт и, взяв меня за руку, тащит к зеркалу. Не спрашивая разрешения, снимает с меня очки и вынимает из волос заколку, глядя, как они рассыпаются по плечам.
— Так-то лучше. А то как серая мышь.
— Никакая я вам не мышь! Что вы себе позволяете?
Он кладёт руку мне на талию и рывком притягивает к себе, с интересом всматриваясь в наше с ним отражение.
— Значит так, — произносит босс и сильнее сжимает пальцы на талии. — Через неделю ты едешь со мной на горнолыжный курорт. Поняла?
— На курорт? Я? Зачем?
— Будешь изображать мою невесту. Так надо.
— Невесту?! — не верю своим ушам. — Нет-нет, я не согласна!
Алексей Колчин поворачивает голову и, пригвоздив меня к стене властным взглядом, чеканит:
— А у тебя есть выбор, Анастасия? Или напомнить про твой долг?..
Он резко встаёт и, взяв меня за руку, тащит к зеркалу. Не спрашивая разрешения, снимает с меня очки и вынимает из волос заколку, глядя, как они рассыпаются по плечам.
— Так-то лучше. А то как серая мышь.
— Никакая я вам не мышь! Что вы себе позволяете?
Он кладёт руку мне на талию и рывком притягивает к себе, с интересом всматриваясь в наше с ним отражение.
— Значит так, — произносит босс и сильнее сжимает пальцы на талии. — Через неделю ты едешь со мной на горнолыжный курорт. Поняла?
— На курорт? Я? Зачем?
— Будешь изображать мою невесту. Так надо.
— Невесту?! — не верю своим ушам. — Нет-нет, я не согласна!
Алексей Колчин поворачивает голову и, пригвоздив меня к стене властным взглядом, чеканит:
— А у тебя есть выбор, Анастасия? Или напомнить про твой долг?..
— Мне доложили. Он плохо себя ведет. — Мужчина откидывается в кресле, складывая пальцы домиком. Его движения экономичны, лишены суеты. — Вы считаете, что личная встреча со мной исправит его поведение?
— Я считаю, что его поведение – это крик о помощи. Ему нужны не наказания и не еще одна гувернантка. Ему нужны вы. Ваше время.
— Мое время, Вера Андреевна, стоит очень дорого. Именно оно обеспечивает Марку все, что у него есть. Крышу над головой, эту школу, вашу, к слову, зарплату.
— Он не может есть ваше время на завтрак! Вы – плохой отец, господин Барсов. И пока вы это не поймете, Марк будет несчастным и будет срывать свою боль на окружающих!
— Смело, – мужчина обходит стол и останавливается в двух шагах от меня. Я чувствую запах его одеколона – холодный, с нотками кожи и железа. — Вы так уверены в своих педагогических методах?
— Я верю, что можно попытаться.
— Поскольку вы так принципиальны и так прекрасно разбираетесь в том, что нужно моему сыну… Может, вы и исправите ситуацию?
— Я считаю, что его поведение – это крик о помощи. Ему нужны не наказания и не еще одна гувернантка. Ему нужны вы. Ваше время.
— Мое время, Вера Андреевна, стоит очень дорого. Именно оно обеспечивает Марку все, что у него есть. Крышу над головой, эту школу, вашу, к слову, зарплату.
— Он не может есть ваше время на завтрак! Вы – плохой отец, господин Барсов. И пока вы это не поймете, Марк будет несчастным и будет срывать свою боль на окружающих!
— Смело, – мужчина обходит стол и останавливается в двух шагах от меня. Я чувствую запах его одеколона – холодный, с нотками кожи и железа. — Вы так уверены в своих педагогических методах?
— Я верю, что можно попытаться.
— Поскольку вы так принципиальны и так прекрасно разбираетесь в том, что нужно моему сыну… Может, вы и исправите ситуацию?
В трубке раздается незнакомый женский голос:
– Добрый день! К нам поступила девушка. Врачи делают всё возможное, чтобы сохранить беременность. Не знаю кем она вам приходится, но при ней была только ваша визитка.
Женщина даёт краткое описание, что очень напоминает мне Леру. Рыжие волосы, серые глаза, невысокий рост и миниатюрная фигурка.
А ещё, на ней футболка с мордашкой хомяка. Такая же вчера была на моей непослушной подчинённой, за которую я её знатно отругал. Неподобающий для офиса вид отложился в памяти.
Смущает только одно. Какая беременность?! Ульянова же бесплодна…
***
Дерзкая незнакомка сорвала мне крупнейшую сделку. Я заставил её заплатить за это… натурой. Мы провели вместе всего одну ночь. Ночь, которая прочно засела в моей душе как чёртова заноза. Не сказав даже имени, девушка растворилась словно дым. Думал, уже не встретимся, а она сама ко мне пришла устраиваться на работу. Потом я случайно узнал её маленький секрет, когда мне позвонили из больницы…
– Добрый день! К нам поступила девушка. Врачи делают всё возможное, чтобы сохранить беременность. Не знаю кем она вам приходится, но при ней была только ваша визитка.
Женщина даёт краткое описание, что очень напоминает мне Леру. Рыжие волосы, серые глаза, невысокий рост и миниатюрная фигурка.
А ещё, на ней футболка с мордашкой хомяка. Такая же вчера была на моей непослушной подчинённой, за которую я её знатно отругал. Неподобающий для офиса вид отложился в памяти.
Смущает только одно. Какая беременность?! Ульянова же бесплодна…
***
Дерзкая незнакомка сорвала мне крупнейшую сделку. Я заставил её заплатить за это… натурой. Мы провели вместе всего одну ночь. Ночь, которая прочно засела в моей душе как чёртова заноза. Не сказав даже имени, девушка растворилась словно дым. Думал, уже не встретимся, а она сама ко мне пришла устраиваться на работу. Потом я случайно узнал её маленький секрет, когда мне позвонили из больницы…
Мой новый начальник — Артур Орлов. Молодой, богатый, красивый и абсолютно невыносимый.
Он не даёт мне прохода. Провоцирует, выводит из себя, нарушает все мыслимые границы и смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Каждый день рядом с ним превращается в пытку. Потому что моё тело предательски реагирует на мужчину, которого я должна ненавидеть.
А я не имею права потерять ни голову, ни работу.
Он не даёт мне прохода. Провоцирует, выводит из себя, нарушает все мыслимые границы и смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Каждый день рядом с ним превращается в пытку. Потому что моё тело предательски реагирует на мужчину, которого я должна ненавидеть.
А я не имею права потерять ни голову, ни работу.
— Отойди... те, — выдыхаю почти шёпотом, не поднимая глаз. — Пожалуйста.
— А чего это? Боишься меня? — губы у него кривятся в лёгкой полуулыбке, но в глазах ни тени насмешки.
Ничего особенного он не делает, а у меня внизу живота будто лава разливается от одного его взгляда.
— Нет, конечно, — говорю торопливо и неправдиво. — Просто это неправильно. Не хочу...
— А глаза твои говорят другое, — перебивает он, чуть склоняя голову. Его взгляд скользит по мне спокойно, уверенно.
— Вы себе придумали... — шепчу, краснея и упрямо глядя в пол.
— Возможно. Тогда скажи мне, что больше не хочешь. И я уйду.
Но я молчу.
Он стоит слишком близко. От него пахнет дорогим парфюмом… и опасностью. Настоящей. Мужской. Перед которой у меня нет ни опыта, ни защиты.
Я не знала своего отца. Мама всегда говорила, что он давно умер. А потом выяснилось, что он богат, влиятелен. Один из тех, чьи фамилии звучат по телевизору и за закрытыми дверями.
— А чего это? Боишься меня? — губы у него кривятся в лёгкой полуулыбке, но в глазах ни тени насмешки.
Ничего особенного он не делает, а у меня внизу живота будто лава разливается от одного его взгляда.
— Нет, конечно, — говорю торопливо и неправдиво. — Просто это неправильно. Не хочу...
— А глаза твои говорят другое, — перебивает он, чуть склоняя голову. Его взгляд скользит по мне спокойно, уверенно.
— Вы себе придумали... — шепчу, краснея и упрямо глядя в пол.
— Возможно. Тогда скажи мне, что больше не хочешь. И я уйду.
Но я молчу.
Он стоит слишком близко. От него пахнет дорогим парфюмом… и опасностью. Настоящей. Мужской. Перед которой у меня нет ни опыта, ни защиты.
Я не знала своего отца. Мама всегда говорила, что он давно умер. А потом выяснилось, что он богат, влиятелен. Один из тех, чьи фамилии звучат по телевизору и за закрытыми дверями.
– Грудь у вас слишком маленькая, – генеральный скользнул по мне насмешливым взглядом. – И одеты вы, будто приехали из деревни.
Виктор Дворцов – красавчик, плейбой и миллиардер.
А ещё – заносчивый и высокомерный эгоист.
Но однажды ему приходится поплатиться за своё высокомерие и вместо генерального директора устроиться обычным продавцом, и переехать в старую хрущевку.
Теперь мы с ним коллеги по работе. Моя задача – вытерпеть этого наглого хама и выпутаться из неприятностей, в которые он меня втянул!
Виктор Дворцов – красавчик, плейбой и миллиардер.
А ещё – заносчивый и высокомерный эгоист.
Но однажды ему приходится поплатиться за своё высокомерие и вместо генерального директора устроиться обычным продавцом, и переехать в старую хрущевку.
Теперь мы с ним коллеги по работе. Моя задача – вытерпеть этого наглого хама и выпутаться из неприятностей, в которые он меня втянул!
Я почти вошла в дверь клиники, когда она вдруг резко распахнулась прямо передо мной.
От неожиданности отшатнулась, потеряла равновесие, нога соскользнула с мокрой ступеньки и я почувствовала, как начинаю падать.
В ту же секунду сильная рука подхватила меня за талию, прижимая к твердому, как скала, телу.
— Осторожнее, Татьяна Васильевна, — проговорил мне на ухо низкий, бархатный голос, и его дыхание обожгло кожу. — Такая красивая женщина, не должна валяться на асфальте у крыльца клиники. Вы гораздо лучше смотритесь на белых простынях.
Я подняла голову и встретилась взглядом с Тимофеем Сергеевичем. В его темных глазах плясали чертики. Он помнил. Он все помнил.
От неожиданности отшатнулась, потеряла равновесие, нога соскользнула с мокрой ступеньки и я почувствовала, как начинаю падать.
В ту же секунду сильная рука подхватила меня за талию, прижимая к твердому, как скала, телу.
— Осторожнее, Татьяна Васильевна, — проговорил мне на ухо низкий, бархатный голос, и его дыхание обожгло кожу. — Такая красивая женщина, не должна валяться на асфальте у крыльца клиники. Вы гораздо лучше смотритесь на белых простынях.
Я подняла голову и встретилась взглядом с Тимофеем Сергеевичем. В его темных глазах плясали чертики. Он помнил. Он все помнил.
‼️ЗАВЕРШЕНО‼️
— Всё, Цветкова, завод теперь мой. Собирайте свои пожитки!
Я поднимаю глаза от квартального отчёта и вижу его. Двухметровый амбал стоит в дверях моего кабинета и рейдерским захватом присваивает себе цементный завод.
— Да как вы смеете! — кричу я, хватая со стола папку с отчётами. — Я здесь двадцать лет работаю главным бухгалтером!
— Двадцать лет? — Гром удивлённо поднимает брови. — Понятно почему выглядите на все шестьдесят, Цветкова. Прямо мафусаилов век. Рухлядь! А у нас, знаете, молодые кадры нужны. Студентки, с дипломами, с горящими глазами и кхм..сердцами. А вы своё уже отработали. Отдыхайте, бабуля!
Бандит с большой дороги решил понизить меня с главного бухгалтера до офис-менеджера. А я разведенка, тащу на себе сына и все расходы. Конечно, я была против и готова убить этого Гада-ГРОМОВА, пока не оказалась с ним одна в застрявшем лифте…
— Всё, Цветкова, завод теперь мой. Собирайте свои пожитки!
Я поднимаю глаза от квартального отчёта и вижу его. Двухметровый амбал стоит в дверях моего кабинета и рейдерским захватом присваивает себе цементный завод.
— Да как вы смеете! — кричу я, хватая со стола папку с отчётами. — Я здесь двадцать лет работаю главным бухгалтером!
— Двадцать лет? — Гром удивлённо поднимает брови. — Понятно почему выглядите на все шестьдесят, Цветкова. Прямо мафусаилов век. Рухлядь! А у нас, знаете, молодые кадры нужны. Студентки, с дипломами, с горящими глазами и кхм..сердцами. А вы своё уже отработали. Отдыхайте, бабуля!
Бандит с большой дороги решил понизить меня с главного бухгалтера до офис-менеджера. А я разведенка, тащу на себе сына и все расходы. Конечно, я была против и готова убить этого Гада-ГРОМОВА, пока не оказалась с ним одна в застрявшем лифте…
Подборка служебных романов с властным героем
Выберите полку для книги