Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
– Какой же ты мерзкий, как я могла жить с тобой?
– Я прощаю тебе эти оскорбления. Спишем на шок. Ничего особенного ведь не случилось. А с Марго у нас так, рабочие моменты, которые тебя не должны касаться. Все будет как раньше, даже лучше. Ты спокойно родишь и будешь воспитывать ребенка. Квартиру купим. Это ведь то, о чём ты мечтала?
Его слова прозвучали так буднично и цинично. Он стоял и говорил об измене так, будто это была просто мелкая неприятность, о которой завтра никто не вспомнит.
– Я никогда не буду с тобой, – процедила сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как по щекам всё-таки потекли горячие слёзы. – Никогда.
Он крепко схватил меня за подбородок и заставил посмотреть в его безжалостные глаза.
– Будешь. Ещё как будешь, – прошептал он хрипло, почти угрожающе. – Мы распишемся и станем полноценной семьей. Дома будешь встречать меня в фартуке на голое тело или в кружевном белье, с улыбкой и вкусным ужином. А ночью сделаешь так, как мне захочется, и на этот раз не будь бревном.
– Я прощаю тебе эти оскорбления. Спишем на шок. Ничего особенного ведь не случилось. А с Марго у нас так, рабочие моменты, которые тебя не должны касаться. Все будет как раньше, даже лучше. Ты спокойно родишь и будешь воспитывать ребенка. Квартиру купим. Это ведь то, о чём ты мечтала?
Его слова прозвучали так буднично и цинично. Он стоял и говорил об измене так, будто это была просто мелкая неприятность, о которой завтра никто не вспомнит.
– Я никогда не буду с тобой, – процедила сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как по щекам всё-таки потекли горячие слёзы. – Никогда.
Он крепко схватил меня за подбородок и заставил посмотреть в его безжалостные глаза.
– Будешь. Ещё как будешь, – прошептал он хрипло, почти угрожающе. – Мы распишемся и станем полноценной семьей. Дома будешь встречать меня в фартуке на голое тело или в кружевном белье, с улыбкой и вкусным ужином. А ночью сделаешь так, как мне захочется, и на этот раз не будь бревном.
— Ты мне изменил?
— Да, — он даже не моргнул. — У меня новые отношения.
— Ты женат на мне и есть сын!
— А у меня ещё и жизнь, Марина. Я устал от тебя. От твоего лица.
— И ты просто... ушёл к другой?
— Нет. Я остался. Но ты — теперь лишняя. Если не устраивает такой расклад - научись снова меня заводить.
Я стояла в коридоре, босиком, с дрожащими руками — и не плакала. Просто запомнила.
Каждое слово. Каждый взгляд. Каждую деталь его предательства. А потом... взяла и перестала быть удобной.
— Да, — он даже не моргнул. — У меня новые отношения.
— Ты женат на мне и есть сын!
— А у меня ещё и жизнь, Марина. Я устал от тебя. От твоего лица.
— И ты просто... ушёл к другой?
— Нет. Я остался. Но ты — теперь лишняя. Если не устраивает такой расклад - научись снова меня заводить.
Я стояла в коридоре, босиком, с дрожащими руками — и не плакала. Просто запомнила.
Каждое слово. Каждый взгляд. Каждую деталь его предательства. А потом... взяла и перестала быть удобной.
История мужчины, застрявшего между двумя любовями - спокойной и понимающей Ирой и страстной, энергичной Ксенией. Несмотря на его попытки быть честным с обеими женщинами, главный герой не может избавиться от мучительных сомнений и тоски по той, с которой он не находится в данный момент. Эта эмоциональная дилемма превращается в замкнутый круг, где каждый выбор приводит к новым сожалениям, а вопрос "А вдруг я ошибся?" становится постоянным спутником его жизни.
Артур, я... Это не так!» — выпалила она, но Арту продолжил, не отводя взгляд. «Света мне давно сказала, что ты в меня влюблена. А сейчас я и сам вижу, что моя любимая права. Я не хочу этого слышать», — прорычал он, и в его глазах засверкала неприязнь.
— Это кто?..
— Ты серьёзно, Клара? Не прикидывайся. Ты же умная женщина. Это Диана.
— Ты хочешь сказать...
— Я ничего не «хочу сказать». Я сплю с ней. Давно.
— И ты даже не пытаешься оправдаться?
— А зачем? Ты сама перестала быть женщиной. Мне с тобой не интересно.
Он думал, я сломаюсь. Он думал, что я сдамся, запрусь на кухне и буду печь пироги, пока его любовницы меняются местами.
Но он не знал одного: я умею молчать. Долго. Спокойно.
А потом — ударить так, что не встанешь.
— Ты серьёзно, Клара? Не прикидывайся. Ты же умная женщина. Это Диана.
— Ты хочешь сказать...
— Я ничего не «хочу сказать». Я сплю с ней. Давно.
— И ты даже не пытаешься оправдаться?
— А зачем? Ты сама перестала быть женщиной. Мне с тобой не интересно.
Он думал, я сломаюсь. Он думал, что я сдамся, запрусь на кухне и буду печь пироги, пока его любовницы меняются местами.
Но он не знал одного: я умею молчать. Долго. Спокойно.
А потом — ударить так, что не встанешь.
— Ты с ней спишь?
— Сплю. Уже полгода.
— И ты просто… говоришь мне это?
— Я устал от старой версии тебя, Яна. Ты не меняешься, не совершенствуешься.
— Я родила тебе детей. Держала бизнес, пока ты рвал на голове волосы.
— Да. Но ты застряла. Застыла на месте. Я не виноват, что рядом появилась Лера. Она — новая, свежая версия.
Он ушёл. Забрал статус, связи и уверенность в себе.
А я осталась… с тишиной, разбитым сердцем и идеей, которая когда-то казалась слишком глупой, чтобы воплотить в жизнь.
Он считал, что без него я — никто.
Но он просто не знал, кем я стану, когда перестану быть его женой.
— Сплю. Уже полгода.
— И ты просто… говоришь мне это?
— Я устал от старой версии тебя, Яна. Ты не меняешься, не совершенствуешься.
— Я родила тебе детей. Держала бизнес, пока ты рвал на голове волосы.
— Да. Но ты застряла. Застыла на месте. Я не виноват, что рядом появилась Лера. Она — новая, свежая версия.
Он ушёл. Забрал статус, связи и уверенность в себе.
А я осталась… с тишиной, разбитым сердцем и идеей, которая когда-то казалась слишком глупой, чтобы воплотить в жизнь.
Он считал, что без него я — никто.
Но он просто не знал, кем я стану, когда перестану быть его женой.
История повествует о женщине, которая, выйдя замуж за интроверта Никиту, постепенно отдалилась от своих друзей, предпочтя отношения с мужем вместо поддержания старых связей. После развода она осознаёт свою ошибку, оказавшись в полном одиночестве, без друзей и поддержки. Попытки восстановить прежние дружеские отношения оказываются неуспешными из-за упущенного времени и собственной нерешительности, что заставляет героиню переосмыслить важность баланса между любовью и дружбой.
- Жена - это мой боевой товарищ. Мы вместе столько всего прошли… А Мышонок - моя нежная девочка. Наверное, мне нужно было встретить её именно сейчас. Чтобы не расти бок о бок, как было с Надей, а укрыть своей заботой… С нею я чувствую себя мужиком, понимаешь?
Это была запись на диктофон, которую мне включила золовка. Говорил мой муж, Виктор, тот самый «боевой товарищ», с которым, как я думала, мы вместе навсегда.
- Это он кому? - выдавила из себя, когда запись оборвалась.
- Новому своему партнёру с работы. Сволочь! - возмутилась сестра Виктора. - Мышонок, представь себе!
Я представляла. Знала, о ком речь. Маленькая блондинка, которая смотрела на мир невинными глазами.
Нежная девочка моего мужа…
От которого мне нужно бежать, как от огня.
Ведь ничего, кроме слёз, ждать от нашего брака уже не приходится…
Это была запись на диктофон, которую мне включила золовка. Говорил мой муж, Виктор, тот самый «боевой товарищ», с которым, как я думала, мы вместе навсегда.
- Это он кому? - выдавила из себя, когда запись оборвалась.
- Новому своему партнёру с работы. Сволочь! - возмутилась сестра Виктора. - Мышонок, представь себе!
Я представляла. Знала, о ком речь. Маленькая блондинка, которая смотрела на мир невинными глазами.
Нежная девочка моего мужа…
От которого мне нужно бежать, как от огня.
Ведь ничего, кроме слёз, ждать от нашего брака уже не приходится…
— Ты спал с ней?
— Да. И знаешь что, Лара? С ней спокойно. Она не предъявляет, не пилит, не смотрит на меня так, будто я ей что-то должен.
— Я тебе не должна была смотреть в глаза. Я спасла тебе жизнь. Родила от тебя детей. Была рядом, когда от тебя отвернулись даже свои. И я — получается теперь обуза?
Он не ответил. Просто молча застегнул часы на запястье.
В тот вечер я поняла: иногда предают не враги. А те, чьё имя ты носишь.
Я ушла. Без денег. Без поддержки. С одной дочерью и жизнью, которую он превратил в ад.
А потом он попал ко мне на операционный стол.
— Да. И знаешь что, Лара? С ней спокойно. Она не предъявляет, не пилит, не смотрит на меня так, будто я ей что-то должен.
— Я тебе не должна была смотреть в глаза. Я спасла тебе жизнь. Родила от тебя детей. Была рядом, когда от тебя отвернулись даже свои. И я — получается теперь обуза?
Он не ответил. Просто молча застегнул часы на запястье.
В тот вечер я поняла: иногда предают не враги. А те, чьё имя ты носишь.
Я ушла. Без денег. Без поддержки. С одной дочерью и жизнью, которую он превратил в ад.
А потом он попал ко мне на операционный стол.
Андрей полулежит на диване с опрокинутой на спинку головой. Его рубашка расстегнута, волосы взъерошены. А на его коленях молодая девушка с длинными светлыми волосами, которую я сразу узнаю. Юля, его подчиненная.
Её руки обвивают его шею, губы прижимаются к его шее, а его ладони... его ладони на её бедрах. Она что-то шепчет ему на ухо, и он хрипло стонет.
Воздух застревает в лёгких. Внутри меня что-то обрывается, словно невидимая нить, соединявшая нас пять лет, с хрустом лопается.
Дверь скрипит под моей рукой, и они оба резко поворачивают головы.
– Катя? – Андрей моргает, его взгляд расфокусирован. – Ты... что ты здесь...
Юля не отстраняется. Даже наоборот, я замечаю, как её пальцы сильнее вцепляются в его плечи, а на губах мелькает улыбка. Улыбка, которая говорит больше любых слов.
– С годовщиной, – выдавливаю я, и слова обжигают горло, как кислота.
Мир рушится, ведь я беременна нашим вторым ребенком…
Её руки обвивают его шею, губы прижимаются к его шее, а его ладони... его ладони на её бедрах. Она что-то шепчет ему на ухо, и он хрипло стонет.
Воздух застревает в лёгких. Внутри меня что-то обрывается, словно невидимая нить, соединявшая нас пять лет, с хрустом лопается.
Дверь скрипит под моей рукой, и они оба резко поворачивают головы.
– Катя? – Андрей моргает, его взгляд расфокусирован. – Ты... что ты здесь...
Юля не отстраняется. Даже наоборот, я замечаю, как её пальцы сильнее вцепляются в его плечи, а на губах мелькает улыбка. Улыбка, которая говорит больше любых слов.
– С годовщиной, – выдавливаю я, и слова обжигают горло, как кислота.
Мир рушится, ведь я беременна нашим вторым ребенком…
Подборка коротких романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги