Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»
Вы когда-нибудь мечтали проснуться другой? Тонкой, легкой, с идеальными формами?
Я – да. Каждое утро. Я перепробовала всё. Гречку без соли, кефир с огурцом и прочие извращения. Когда подруга предложила мне поехать в отель в Таиланде, где худеют гарантированно, то подписалась не глядя. Я уже представила себя в открытом купальнике, который не первый год лежит в моем шкафу.
Я ожидала СПА-процедуры и диетические смузи. А попала в ад с фитнес-тренером на необитаемом острове.
Он думает, что я сдамся. Я думаю, что он еще не встречал такой упрямой пышки.
Без интернета. Минимум еды. Максимум приседаний. И один мужчина, который смотрит на меня так, будто я – его персональный вызов.
Кто кого?
Узнаем в финале. Но похудеть, кажется, будет проще, чем не влюбиться.
Я – да. Каждое утро. Я перепробовала всё. Гречку без соли, кефир с огурцом и прочие извращения. Когда подруга предложила мне поехать в отель в Таиланде, где худеют гарантированно, то подписалась не глядя. Я уже представила себя в открытом купальнике, который не первый год лежит в моем шкафу.
Я ожидала СПА-процедуры и диетические смузи. А попала в ад с фитнес-тренером на необитаемом острове.
Он думает, что я сдамся. Я думаю, что он еще не встречал такой упрямой пышки.
Без интернета. Минимум еды. Максимум приседаний. И один мужчина, который смотрит на меня так, будто я – его персональный вызов.
Кто кого?
Узнаем в финале. Но похудеть, кажется, будет проще, чем не влюбиться.
— Макар, Макар, малыш, ну куда ты? Стой! — раздается вдруг откуда-то сбоку громкий женский шепот.
Я опускаю взгляд. Прямо у моих ног, уперевшись ладошками в пол, сидит ребенок.
Я беру его на руки, и пацан дергает меня за галстук.
— Эй, полегче, боец, — хрипло произношу я, перехватывая его крошечное запястье.
И в этот момент я поднимаю глаза.
В паре метров от меня, в конце коридора, стоит Эмилия. Белая как мел.
Мой взгляд снова опускается к лицу мальчишки.
Я смотрю на ребенка. Смотрю на бывшую жену. Снова на ребенка.
Мы развелись полтора года назад. Беременность длится девять. Этому парню на вид месяцев восемь. Она забеременела за месяц до развода.
Значит…Я — отец!
***
Бывшая жена думала, что смогла спрятать от меня моего наследника. Но она ошиблась. Я заберу свое. И самое интересное начнется, когда я узнаю, что в комнате, из которой выполз этот мальчишка... спит еще один.
Я опускаю взгляд. Прямо у моих ног, уперевшись ладошками в пол, сидит ребенок.
Я беру его на руки, и пацан дергает меня за галстук.
— Эй, полегче, боец, — хрипло произношу я, перехватывая его крошечное запястье.
И в этот момент я поднимаю глаза.
В паре метров от меня, в конце коридора, стоит Эмилия. Белая как мел.
Мой взгляд снова опускается к лицу мальчишки.
Я смотрю на ребенка. Смотрю на бывшую жену. Снова на ребенка.
Мы развелись полтора года назад. Беременность длится девять. Этому парню на вид месяцев восемь. Она забеременела за месяц до развода.
Значит…Я — отец!
***
Бывшая жена думала, что смогла спрятать от меня моего наследника. Но она ошиблась. Я заберу свое. И самое интересное начнется, когда я узнаю, что в комнате, из которой выполз этот мальчишка... спит еще один.
Ей очень нужна была эта работа и место, где можно было бы на время укрыться!
А ему совсем не нужна была эта девчонка и, вообще, не нужен никто!
Но неожиданно всё изменилось с точностью до наоборот... И что теперь им со всем этим делать?!
Сильный зрелый мужчина с размеренным устоем жизни, и вменяемая героиня, не вписывающаяся в привычный шаблон его понимания женщин.
А ему совсем не нужна была эта девчонка и, вообще, не нужен никто!
Но неожиданно всё изменилось с точностью до наоборот... И что теперь им со всем этим делать?!
Сильный зрелый мужчина с размеренным устоем жизни, и вменяемая героиня, не вписывающаяся в привычный шаблон его понимания женщин.
— Отказник, говоришь? — спрашиваю я акушерку, шагая по длинному коридору больницы.
— Да! Все так! — кивает она.
— А что с матерью?
— О, все хорошо! Какая-то девчонка, совсем юная, родила и сразу отказалась от малыша! Но наследственность хорошая, сама здоровая! Да и девочка просто загляденье!
— И как можно оставить собственного ребенка? — спрашиваю я тихо сам у себя, но Ольга слышит.
— Сама не представляю! Такой чудный, здоровый малыш! Вам понравится, Тимур Олегович, вы обязательно ее заберете, как только увидите!
Я захожу в палату, и взгляд сразу находит прозрачный кувез с маленьким свертком внутри.
Мы с женой так давно хотели малыша, но так и не дождались. Проблема была во мне. Я предлагал усыновить, но Юля наотрез отказалась. Вскоре и совсем ушла, сразу же забеременев от другого, а я решил, во что бы то не стало исполнить свою мечту.
И вот судьба подарила мне шанс! В виду этой крохотной, одинокой как и я девочки!
— Да! Все так! — кивает она.
— А что с матерью?
— О, все хорошо! Какая-то девчонка, совсем юная, родила и сразу отказалась от малыша! Но наследственность хорошая, сама здоровая! Да и девочка просто загляденье!
— И как можно оставить собственного ребенка? — спрашиваю я тихо сам у себя, но Ольга слышит.
— Сама не представляю! Такой чудный, здоровый малыш! Вам понравится, Тимур Олегович, вы обязательно ее заберете, как только увидите!
Я захожу в палату, и взгляд сразу находит прозрачный кувез с маленьким свертком внутри.
Мы с женой так давно хотели малыша, но так и не дождались. Проблема была во мне. Я предлагал усыновить, но Юля наотрез отказалась. Вскоре и совсем ушла, сразу же забеременев от другого, а я решил, во что бы то не стало исполнить свою мечту.
И вот судьба подарила мне шанс! В виду этой крохотной, одинокой как и я девочки!
— Давай к делу, что тебе надо?
— Мне нужен билет. В Большой театр. На “Щелкунчика”.
Кому-то моя просьба могла показаться нелепой, но это была мечта моей дочери, которую я не могла исполнить.
А он мог.
Он — миллиардер, властный, жесткий, бескомпромиссный. Когда-то он выбросил меня из своей жизни, поверив в тщательно спланированную подставу. Я не стала унижаться и умолять о прощении, я просто ушла. Хотя он сказал, что выполнит одну мою просьбу, любую.
Прошло пять лет и я решилась попросить билет на балет для моей любимой дочурки.
Дочери, о которой он ничего не знает и не должен узнать.
Но что делать, когда ребенок сам говорит о своих желаниях?
— Я бы хотела, чтобы у меня был папа, такой, как ты. Большой и сильный. Тогда нас с мамой больше никто не сможет обидеть.
— Мне нужен билет. В Большой театр. На “Щелкунчика”.
Кому-то моя просьба могла показаться нелепой, но это была мечта моей дочери, которую я не могла исполнить.
А он мог.
Он — миллиардер, властный, жесткий, бескомпромиссный. Когда-то он выбросил меня из своей жизни, поверив в тщательно спланированную подставу. Я не стала унижаться и умолять о прощении, я просто ушла. Хотя он сказал, что выполнит одну мою просьбу, любую.
Прошло пять лет и я решилась попросить билет на балет для моей любимой дочурки.
Дочери, о которой он ничего не знает и не должен узнать.
Но что делать, когда ребенок сам говорит о своих желаниях?
— Я бы хотела, чтобы у меня был папа, такой, как ты. Большой и сильный. Тогда нас с мамой больше никто не сможет обидеть.
— О! Какой ты горячий!
Из-за тяжелой двери доносятся голоса. Секретарши - звонкий как колокольчик и моего мужа, сухой и властный.
Сердце екнуло.
Ревность змеей свернулась внутри.
Зачем-то тихонько постучала и, не дожидаясь ответа, открыла дверь.
— Макс, я… — слова замерли на губах.
На широком столе, среди бумаг и графиков, в откровенной позе возлежала длинноногая блондинка. Ее руки обнимали Максима за шею, а он… он со спущенными штанами прижимался к ней, забыв обо всем на свете.
Увидев меня, Максим отпрянул, как ужаленный. На его лице отразился не стыд, а досада и даже гнев.
— Маша? Что ты здесь делаешь? — рявкнул Максим резким голосом, раздраженный моим появлением, и оттолкнул от себя растерявшуюся блондинку с задранной юбкой. — Я же просил меня не беспокоить!
Из-за тяжелой двери доносятся голоса. Секретарши - звонкий как колокольчик и моего мужа, сухой и властный.
Сердце екнуло.
Ревность змеей свернулась внутри.
Зачем-то тихонько постучала и, не дожидаясь ответа, открыла дверь.
— Макс, я… — слова замерли на губах.
На широком столе, среди бумаг и графиков, в откровенной позе возлежала длинноногая блондинка. Ее руки обнимали Максима за шею, а он… он со спущенными штанами прижимался к ней, забыв обо всем на свете.
Увидев меня, Максим отпрянул, как ужаленный. На его лице отразился не стыд, а досада и даже гнев.
— Маша? Что ты здесь делаешь? — рявкнул Максим резким голосом, раздраженный моим появлением, и оттолкнул от себя растерявшуюся блондинку с задранной юбкой. — Я же просил меня не беспокоить!
— Давай быстрей, пока эта жирная дура не видит!
Я застываю на пороге гаража с банкой огурцов.
Последний месяц беременности. Муж резвится с какой-то девицей, почти ровесницей нашей дочери, прямо на капоте своего чёрного Ягуара.
***
— Да, я тебе изменил, — говорит Виктор невозмутимо.
— Как ты можешь?! У нас дети, семья!
— Останемся друзьями, — он не смотрит мне в глаза. — Я полюбил другую. Увы, это жизнь, так бывает…
Откручиваю крышку банки. А потом резким движением выплёскиваю весь рассол ему в лицо.
Следом летят огурцы. Один с треском попадает ему в глаз.
— Ай, Лида! Угомонись!
— Что, нравится? Это только начало твоего персонального ада! И когда ты поймёшь, что променял семью на дешёвый секс, будет слишком поздно! Вместо подарков будешь отдавать ей последние трусы, потому что я выпотрошу тебя через суд так, что останется только твой голый зад!
Я застываю на пороге гаража с банкой огурцов.
Последний месяц беременности. Муж резвится с какой-то девицей, почти ровесницей нашей дочери, прямо на капоте своего чёрного Ягуара.
***
— Да, я тебе изменил, — говорит Виктор невозмутимо.
— Как ты можешь?! У нас дети, семья!
— Останемся друзьями, — он не смотрит мне в глаза. — Я полюбил другую. Увы, это жизнь, так бывает…
Откручиваю крышку банки. А потом резким движением выплёскиваю весь рассол ему в лицо.
Следом летят огурцы. Один с треском попадает ему в глаз.
— Ай, Лида! Угомонись!
— Что, нравится? Это только начало твоего персонального ада! И когда ты поймёшь, что променял семью на дешёвый секс, будет слишком поздно! Вместо подарков будешь отдавать ей последние трусы, потому что я выпотрошу тебя через суд так, что останется только твой голый зад!
– Знакомься, Оля, это Амина, – свекровь улыбается улыбкой змеи, указывая мне на гостью за щедро накрытым столом, – вторая жена Амирхана.
Моя приветственная улыбка быстро вянет.
– Вторая… кто? – шепчу.
– Жена, разумеется.
Живот пронзает такой резкой болью, что становится трудно дышать. Меньше всего я ожидала такой подставы от собственного мужа.
И он предал не только меня, но и своего ребенка, о котором я не успела ему сказать.
Моя приветственная улыбка быстро вянет.
– Вторая… кто? – шепчу.
– Жена, разумеется.
Живот пронзает такой резкой болью, что становится трудно дышать. Меньше всего я ожидала такой подставы от собственного мужа.
И он предал не только меня, но и своего ребенка, о котором я не успела ему сказать.
Я вижу, как мой муж жадно целует главную красотку нашего офиса. Они стоят в тени дерева на выездном корпоративе, и его руки блуждают по изгибам ее стройной фигуры. А у меня внутри образуется пламя, выжигающее дыру. Сжимаю кулаки и иду к ним.
— Сволочь! — кричу мужу.
— Даша? — теряется Захар, отстраняясь от объекта своей страсти. — Поговорим дома.
— Не о чем больше говорить. — Беру со стола чей-то недопитый бокал и выплескиваю содержимое мужу в лицо. — С разводом тебя, Захар Петрович! Сам только что его подписал.
После измены мужа я подала на развод. Захар думает я уволюсь из офиса, чтобы не пересекаться? Ну уж нет. Я буду строить свое счастье у него на глазах. Стану сильнее, ярче, успешнее. К тому же, наш босс пригласил меня в важный проект. Так что бывшему мужу самое время кусать локти.
— Сволочь! — кричу мужу.
— Даша? — теряется Захар, отстраняясь от объекта своей страсти. — Поговорим дома.
— Не о чем больше говорить. — Беру со стола чей-то недопитый бокал и выплескиваю содержимое мужу в лицо. — С разводом тебя, Захар Петрович! Сам только что его подписал.
После измены мужа я подала на развод. Захар думает я уволюсь из офиса, чтобы не пересекаться? Ну уж нет. Я буду строить свое счастье у него на глазах. Стану сильнее, ярче, успешнее. К тому же, наш босс пригласил меня в важный проект. Так что бывшему мужу самое время кусать локти.
— Ребёнка я не брошу, — говорит супруг. — Амира — моя кровь, я буду в её жизни, это не обсуждается.
— А я?
— А ты — моя жена. Это тоже не обсуждается.
— Нет, Дамир. Я больше не твоя жена. Я хочу развод.
Он делает шаг ко мне.
— Нет, — говорит он.
— Это не твоё решение.
— Это моё решение. Развода не будет.
— Ты не можешь…
— Могу.
***
Я сломала его планы и добилась развода. Вместо покорности и слёз — новая жизнь. Правда, бывший решил иначе, и спустя время он без зазрения совести твердо решил вернуть семью обратно. И жить на две семьи...
— А я?
— А ты — моя жена. Это тоже не обсуждается.
— Нет, Дамир. Я больше не твоя жена. Я хочу развод.
Он делает шаг ко мне.
— Нет, — говорит он.
— Это не твоё решение.
— Это моё решение. Развода не будет.
— Ты не можешь…
— Могу.
***
Я сломала его планы и добилась развода. Вместо покорности и слёз — новая жизнь. Правда, бывший решил иначе, и спустя время он без зазрения совести твердо решил вернуть семью обратно. И жить на две семьи...
Топ новинок 2024
Выберите полку для книги