Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena»
Я иду по коридору. Дежурный свет – половина ламп выключена, и клиника в этой полутьме выглядит просторнее, чем днём.
Его кабинет – второй поворот налево. Из-под двери темно.
Я останавливаюсь.
И тут вижу: у кабинета Леры – полоска света под дверью.
Это ничего не значит. Они сто лет дружат. Лера часто задерживается. Он мог зайти к ней – обсудить что-то рабочее, выпить кофе. Я это знаю.
Пакет с шоколадными фигурками шуршит в руке.
Открываю дверь.
Первое, что я вижу – кресло у окна.
Потом – Глеба в этом кресле.
Потом – Леру.
Она сидит на нём, обхватив коленями, спиной ко мне. Блузка приспущена с плеча. Его рука у неё на спине. Они целуются.
Пакет падает из моих рук.
Шоколад ломается об пол и хрустит – коротко, отчётливо, как точка.
Они оборачиваются…
Его кабинет – второй поворот налево. Из-под двери темно.
Я останавливаюсь.
И тут вижу: у кабинета Леры – полоска света под дверью.
Это ничего не значит. Они сто лет дружат. Лера часто задерживается. Он мог зайти к ней – обсудить что-то рабочее, выпить кофе. Я это знаю.
Пакет с шоколадными фигурками шуршит в руке.
Открываю дверь.
Первое, что я вижу – кресло у окна.
Потом – Глеба в этом кресле.
Потом – Леру.
Она сидит на нём, обхватив коленями, спиной ко мне. Блузка приспущена с плеча. Его рука у неё на спине. Они целуются.
Пакет падает из моих рук.
Шоколад ломается об пол и хрустит – коротко, отчётливо, как точка.
Они оборачиваются…
— Я спал с твоей сестрой, а думал о тебе… Это, считай, не измена. Мы же семья!
— Что? — мой вопрос звучит тихо, неверяще.
— Не переживай, милая, я тебя не брошу, — тон мужа становится густым, медовым, убеждающим. — Иди на кухню и быстренько сваргань стол, как ты умеешь, пока мы тут… приведем себя в порядок. Встретим новый год нашей дружной семьей, а потом с тобой поговорим. Не сомневаюсь, ты примешь меня таким как есть.
— Приму? — мои брови ползут на лоб.
— Конечно, ты же у меня умничка! Любишь меня, — муж мне подмигивает. — И вообще, учись, Милен, у своей сестры. Вот такой женщиной нужно быть. Лучше может быть, наверное, только ваша мать.
Никакой Новый год мы вместе не справляли!
Я ушла и заново выстроила свою жизнь через боль и предательство родных мне людей.
Но через четыре года все они вернулись в мою жизнь, когда в палате больницы я встретила их… и мать потребовала, чтобы я спасла жизнь сестре-предательнице, у которой от моего бывшего мужа ребенок—ровесник моему сыну
— Что? — мой вопрос звучит тихо, неверяще.
— Не переживай, милая, я тебя не брошу, — тон мужа становится густым, медовым, убеждающим. — Иди на кухню и быстренько сваргань стол, как ты умеешь, пока мы тут… приведем себя в порядок. Встретим новый год нашей дружной семьей, а потом с тобой поговорим. Не сомневаюсь, ты примешь меня таким как есть.
— Приму? — мои брови ползут на лоб.
— Конечно, ты же у меня умничка! Любишь меня, — муж мне подмигивает. — И вообще, учись, Милен, у своей сестры. Вот такой женщиной нужно быть. Лучше может быть, наверное, только ваша мать.
Никакой Новый год мы вместе не справляли!
Я ушла и заново выстроила свою жизнь через боль и предательство родных мне людей.
Но через четыре года все они вернулись в мою жизнь, когда в палате больницы я встретила их… и мать потребовала, чтобы я спасла жизнь сестре-предательнице, у которой от моего бывшего мужа ребенок—ровесник моему сыну
– Ты просто портишь мне все праздники! – рявкает Емельян. – Все! Я и так целый день в делах, под конец года голова кругом, а дома меня встречает вот это кислое страдальческое лицо!
– Не смей со мной так разговаривать, – всхлипываю, отступая на шаг. – Ты сам все испортил…
– Я? – муж почти смеется, но в этом смехе одна злость. – Мне после твоих родов нужна была разрядка! Я что, должен был в монахи уйти? Не нравится – езжай обратно в свой Мухосранск! Поживешь там неделю и сама потом приползёшь, как миленькая!
-----------
Но я не приползла. Приполз он.
Спустя три года, когда сын уже пошел в сад.
Спустя заявление о разводе и в момент, когда я уже начала забывать.
Бывший, променявший когда-то меня на случайных подружек, решил меня вернуть.
И начал он с оскорблений:
– В элитном эскорте подрабатываешь? Теперь понятно, почему не звонишь… денег у тебя наверняка хватает. Сколько берешь за ночь? Бывшему мужу скидки будут?
– Не смей со мной так разговаривать, – всхлипываю, отступая на шаг. – Ты сам все испортил…
– Я? – муж почти смеется, но в этом смехе одна злость. – Мне после твоих родов нужна была разрядка! Я что, должен был в монахи уйти? Не нравится – езжай обратно в свой Мухосранск! Поживешь там неделю и сама потом приползёшь, как миленькая!
-----------
Но я не приползла. Приполз он.
Спустя три года, когда сын уже пошел в сад.
Спустя заявление о разводе и в момент, когда я уже начала забывать.
Бывший, променявший когда-то меня на случайных подружек, решил меня вернуть.
И начал он с оскорблений:
– В элитном эскорте подрабатываешь? Теперь понятно, почему не звонишь… денег у тебя наверняка хватает. Сколько берешь за ночь? Бывшему мужу скидки будут?
❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ЗАВЕРШЕНИЯ
- Мариша, котёнок, ты чего напряжена? - наклоняет голову, дебильно ухмыляясь. - Обиделась, что пришлось вчера уйти? Ну прости, дела не ждут. Клиенты...
- Знаю про твоих клиентов, - щурюсь, вспоминая на фото Лизу. - Вернее, клиентку.
- Ты о ком?
И тут Никита не выдерживает.
- Да ты задолбал, бессовестная скотина! Долго еще будешь принимать нас за идиотов? - громко выкрикивает.
Не успеваю опомниться, как Ник со всей дури замахивается на отца и его кулак с нечеловеческой силой влетает в нос Гусева.
- Тварина! - рычит сын. - Я тебя сейчас закопаю! Завтраки ему накрывай! Мы тебе поминальный стол всей семьей организуем!
- Мариша, котёнок, ты чего напряжена? - наклоняет голову, дебильно ухмыляясь. - Обиделась, что пришлось вчера уйти? Ну прости, дела не ждут. Клиенты...
- Знаю про твоих клиентов, - щурюсь, вспоминая на фото Лизу. - Вернее, клиентку.
- Ты о ком?
И тут Никита не выдерживает.
- Да ты задолбал, бессовестная скотина! Долго еще будешь принимать нас за идиотов? - громко выкрикивает.
Не успеваю опомниться, как Ник со всей дури замахивается на отца и его кулак с нечеловеческой силой влетает в нос Гусева.
- Тварина! - рычит сын. - Я тебя сейчас закопаю! Завтраки ему накрывай! Мы тебе поминальный стол всей семьей организуем!
— Я Алиса, — говорит незнакомка. — Мы служили с Романом в одной зоне ответственности. Я была старшей медсестрой в их секторе.
Она говорит «мы служили». «В их секторе». Это звучит как пароль.
Как кодовые слова из закрытого клуба, куда мне вход заказан.
— Здравствуйте, — говорю я автоматически. — Сейчас ночь. Рома только сегодня вернулся. Он устал. Если вам нужно что-то обсудить по службе, лучше завтра.
— Роман, я думала, мы поговорим. Насчет того, что произошло, — говорит она загадочно, теперь обращаясь к Роме. — Я поняла, что не могу просто взять и вычеркнуть все, что было между нами. Это было бы нечестно. Ни по отношению ко мне. Ни по отношению к ней.
Она кивает в мою сторону, и в ее словах звучит какая-то извращенная забота.
Меня начинает слегка тошнить.
— Что было между вами, Рома? — настаиваю.
Внутри все сжимается в тугой, ледяной ком.
Он открывает рот, но не издает ни звука.
Только смотрит на Алису с немым вопросом и ужасом.
Это именно ужас.
Не гнев, не возмущение.
Она говорит «мы служили». «В их секторе». Это звучит как пароль.
Как кодовые слова из закрытого клуба, куда мне вход заказан.
— Здравствуйте, — говорю я автоматически. — Сейчас ночь. Рома только сегодня вернулся. Он устал. Если вам нужно что-то обсудить по службе, лучше завтра.
— Роман, я думала, мы поговорим. Насчет того, что произошло, — говорит она загадочно, теперь обращаясь к Роме. — Я поняла, что не могу просто взять и вычеркнуть все, что было между нами. Это было бы нечестно. Ни по отношению ко мне. Ни по отношению к ней.
Она кивает в мою сторону, и в ее словах звучит какая-то извращенная забота.
Меня начинает слегка тошнить.
— Что было между вами, Рома? — настаиваю.
Внутри все сжимается в тугой, ледяной ком.
Он открывает рот, но не издает ни звука.
Только смотрит на Алису с немым вопросом и ужасом.
Это именно ужас.
Не гнев, не возмущение.
— Учись у моей любовницы, — с уверенностью заявил мой муж, пронзая меня цепким взглядом, будто я была бракованным товаром, не оправдавший ожиданий. — Совсем скоро она осчастливит меня долгожданным сыном.
Я ушла, не желая принимать вторую семью моего супруга. Но тогда, в своем отчаянии, я не знала, что уношу с собой крохотное чудо под сердцем.
Прошло пять и я стерла предателя из памяти. Но он не забыл меня.
Одно короткое мгновение — и Хаджиев Мурад, с беспощадной решимостью, впивается в мою руку, рывком увлекая меня в белом свадебном платье за собой.
Я ушла, не желая принимать вторую семью моего супруга. Но тогда, в своем отчаянии, я не знала, что уношу с собой крохотное чудо под сердцем.
Прошло пять и я стерла предателя из памяти. Но он не забыл меня.
Одно короткое мгновение — и Хаджиев Мурад, с беспощадной решимостью, впивается в мою руку, рывком увлекая меня в белом свадебном платье за собой.
Мы прожили вместе двадцать счастливых лет. Так я считала.
Пока однажды муж не признался, что когда-то давно у него с моей лучшей подругой “было”.
— Да это ерунда, — отмахивается тут же. — Что ты так остро реагируешь. Столько лет прошло. Ольга давно замужем.
— Ольга развелась год назад, — напоминаю я.
— И что это меняет? — заламывает бровь муж. — Хотя, раз у нас пошел такой откровенный разговор, — окидывает меня оценивающим взглядом, — за эти годы Ольга сильно похорошела. Была простушкой, а сейчас такая фигуристая, сочная, вся на стиле, на спорте. Мужики на неё головы сворачивают. А вот ты у меня что‑то, наоборот, превратилась в домашнюю курочку, расслабилась, пресная стала, скучная.
У меня отпадает челюсть.
— То есть ты хочешь сказать, что Ольга намного лучше меня? А дальше? Ну, давай, продолжай свою мысль. Быть может, ты уже жалеешь, что тогда выбрал меня, а не её?
— Тебе честно ответить? — вдруг усмехается Гордей.
— Конечно, честно!
— Может, и жалею, — убил меня муж.
Пока однажды муж не признался, что когда-то давно у него с моей лучшей подругой “было”.
— Да это ерунда, — отмахивается тут же. — Что ты так остро реагируешь. Столько лет прошло. Ольга давно замужем.
— Ольга развелась год назад, — напоминаю я.
— И что это меняет? — заламывает бровь муж. — Хотя, раз у нас пошел такой откровенный разговор, — окидывает меня оценивающим взглядом, — за эти годы Ольга сильно похорошела. Была простушкой, а сейчас такая фигуристая, сочная, вся на стиле, на спорте. Мужики на неё головы сворачивают. А вот ты у меня что‑то, наоборот, превратилась в домашнюю курочку, расслабилась, пресная стала, скучная.
У меня отпадает челюсть.
— То есть ты хочешь сказать, что Ольга намного лучше меня? А дальше? Ну, давай, продолжай свою мысль. Быть может, ты уже жалеешь, что тогда выбрал меня, а не её?
— Тебе честно ответить? — вдруг усмехается Гордей.
— Конечно, честно!
— Может, и жалею, — убил меня муж.
— Это не измена, Лиза. Это решение семьи.
Я смотрю на приглашение и сначала даже не понимаю, почему у меня немеют пальцы. Бумага плотная, дорогая, с золотым тиснением.
Имя Акрамова стоит рядом с именем другой женщины.
Красиво. Почти торжественно.
— Ты пригласил меня на свою свадьбу? — спрашиваю я и слышу собственный голос со стороны.
Он сидит напротив. Спокойный, собранный, в дорогом костюме.
— Я хотел, чтобы ты узнала от меня.
Как благородно.
Восемь лет я была женщиной, чей номер он знал наизусть. Женщиной, которую он целовал любил…так я думала до этого момента.
А теперь он женится...
— А после свадьбы? — спрашиваю я. — Что будет со мной? С нами что будет, Мир?
Он тянется к моей руке, будто всё ещё имеет право.
— Ничего не изменится.
И вот в этот момент я понимаю: он действительно думает, что можно надеть кольцо другой женщине, а вечером вернуться ко мне и назвать это любовью.
Вот только мы оба ещё не знали: самое страшное начнётся не в день его свадьбы. А после…
Я смотрю на приглашение и сначала даже не понимаю, почему у меня немеют пальцы. Бумага плотная, дорогая, с золотым тиснением.
Имя Акрамова стоит рядом с именем другой женщины.
Красиво. Почти торжественно.
— Ты пригласил меня на свою свадьбу? — спрашиваю я и слышу собственный голос со стороны.
Он сидит напротив. Спокойный, собранный, в дорогом костюме.
— Я хотел, чтобы ты узнала от меня.
Как благородно.
Восемь лет я была женщиной, чей номер он знал наизусть. Женщиной, которую он целовал любил…так я думала до этого момента.
А теперь он женится...
— А после свадьбы? — спрашиваю я. — Что будет со мной? С нами что будет, Мир?
Он тянется к моей руке, будто всё ещё имеет право.
— Ничего не изменится.
И вот в этот момент я понимаю: он действительно думает, что можно надеть кольцо другой женщине, а вечером вернуться ко мне и назвать это любовью.
Вот только мы оба ещё не знали: самое страшное начнётся не в день его свадьбы. А после…
— Я с тобой развожусь, Леш, — говорю я, видя помаду на губах мужа и царапины от ногтей на его груди. — Ничего не скажешь?
— Что ты хочешь от меня услышать? Не надо, не уходи от меня? Ты мне нужна? Я без тебя не справлюсь? Этого не будет! Лучше уж быть одному, чем просить остаться жену, которая бросает тебя, когда ты в ней больше всего нуждаешься!
— Я тебя бросаю? Я! Нет, мой дорогой, это ты меня бросил, когда переспал с другой в тот момент, когда я всеми силами пытаюсь тебя поддержать!
— Ну гульнул я пару раз на сторону. Что теперь из-за этого семью рушить?
После этого я не смогла остаться с мужем! И да, бросила его в трудный период, оставив разбираться со своим проблемами в одиночестве. Постаралась не думать о тридцати годах, которые мы провели вместе. Пока однажды не случилось то, что перевернуло мою устоявшуюся жизнь вверх ногами, и сын не сказал:
— Мам, тебе нужно позвонить папе. Только он сможет помочь...
— Что ты хочешь от меня услышать? Не надо, не уходи от меня? Ты мне нужна? Я без тебя не справлюсь? Этого не будет! Лучше уж быть одному, чем просить остаться жену, которая бросает тебя, когда ты в ней больше всего нуждаешься!
— Я тебя бросаю? Я! Нет, мой дорогой, это ты меня бросил, когда переспал с другой в тот момент, когда я всеми силами пытаюсь тебя поддержать!
— Ну гульнул я пару раз на сторону. Что теперь из-за этого семью рушить?
После этого я не смогла остаться с мужем! И да, бросила его в трудный период, оставив разбираться со своим проблемами в одиночестве. Постаралась не думать о тридцати годах, которые мы провели вместе. Пока однажды не случилось то, что перевернуло мою устоявшуюся жизнь вверх ногами, и сын не сказал:
— Мам, тебе нужно позвонить папе. Только он сможет помочь...
— И сколько ты будешь держать ее здесь? — Руслан сделал шаг вперед. — Пока она сама не пойдет? Тархан, она хоть что-то вспомнила? Кто она, откуда? Может, пора связаться с городом, подать запрос в полицию? Родственники, небось, с ума сходят, ищут ее.
Я нахмурился и медленно покачал головой, глядя на доски крыльца.
— Она ничего не помнит. Абсолютная пустота. Думает… думает, что я ее муж. И я хочу, чтоб она так думала как можно дольше. До тех пор пока сама не захочет со мной остаться.
Я нахмурился и медленно покачал головой, глядя на доски крыльца.
— Она ничего не помнит. Абсолютная пустота. Думает… думает, что я ее муж. И я хочу, чтоб она так думала как можно дольше. До тех пор пока сама не захочет со мной остаться.
Подборка женских романов об измене
Выберите полку для книги