Книги в жанре «Женский роман» по тегу «izmena»

Поликлиника… Добираюсь до нужного кабинета и сажусь в очередь. Я достаю свой телефон, но не могу сосредоточиться на экране.
Что-то не так. Какое-то странное предчувствие давит на грудь, словно воздух стал гуще.
Поднимаю голову от телефона – и замираю.
В десяти шагах от меня, у стойки регистратуры, стоит мой муж. Сергей. Стоит и держит за руку девушку.
Беременную девушку.
Мир словно останавливается.
Девушка молодая, лет на двадцать три максимум. Живот заметно округлился – срок, наверное, месяцев пять-шесть.
И Сергей... Мой Сергей нежно гладит этот живот. Его рука ложится на округлость с такой осторожностью, с такой любовью, что у меня буквально перехватывает дыхание.

Сегодня муж ушел на встречу выпускников, а я уехала к маме. Долго не звонил, я забеспокоилась.

Вдруг — оповещение, от камеры у дома. На экране появляется значок движения. Мы с Мишей поставили систему недавно.


На видео Миша и его одноклассница Вика. Они стоят в объятиях, слившись в долгом, уверенном поцелуе. Будто это происходит не впервые.

От яростного лая нашей собаки, они вздрагивают. В движениях появляется постыдная спешка. Миша лихорадочно открывает дверь и заводит любовницу в наш дом.

Сердце колотится в висках, дышать нечем. Вдруг живот пронзает резкая, невыносимая боль. Я сгибаюсь пополам, хватаясь за край дивана. Срок еще мал, но спазмы накатывают один за другим.

Дрожащими пальцами набираю номер.
— Скорая… нужна скорая… — хриплю в трубку, теряя нить реальности. Мыслями я думаю не о себе, а о малышке в моем животе…

Слова путаются, перед глазами всё плывет. Голос диспетчера — последнее, что я слышу, прежде чем окончательно провалиться в темноту.

— Ты сегодня рано, — сказал он, даже не обернувшись, и поставил бокал на стол.
Я сняла пальто, медленно провела взглядом по кухне и остановилась на девушке в моём халате.
— Я как раз таки кажется вовремя, — ответила я. — А вот ты объясни, что здесь происходит.
Незнакомка усмехнулась, поправила волосы и откинулась на спинку стула.
— Привыкай. Теперь я здесь живу.
Максим тяжело выдохнул, словно это я создаю проблему.
— Это моя новая женщина, — сказал он. — Будет жить здесь.
Я стояла и смотрела на них двоих, пока внутри холодно складывалась правда. Он не просто изменил. Он решил лишить меня всего. Но я не буду ни плакать. Я заберу своё. И заберу так, что он ещё будет вспоминать этот вечер как начало своей самой большой ошибки.

«Одиннадцать лет я была женой. Матерью. Домохозяйкой.
Он говорил: «Зачем тебе работать? Я зарабатываю достаточно. Занимайся домом, занимайся детьми». И я слушалась. Бросила институт на втором курсе. Отказалась от мечты преподавать. Забыла кем хотела быть до него.
Я вставала в пять утра, чтобы приготовить ему завтрак. Гладила его рубашки до полуночи. Отменяла встречи с подругами, потому что он хотел ужинать дома. Отчитывалась за каждую покупку. Благодарила за крышу над головой, за еду на столе, за то, что он не ушёл.
Я была должницей. Каждый день, каждую минуту - должницей.
А он в это время фотографировал её в отелях Парижа. Два года. Не три месяца, как соврал потом. Два года - пока я стирала его рубашки, которые пахли её духами, и думала: показалось.
Он сказал: «У тебя две недели, чтобы съехать. Квартира моя. Машина моя. Всё - моё. А что есть у тебя?»
Ничего.
Теперь я - женщина без профессии, без денег, без крыши над головой.
Но впервые - без страха».

- Лучше бы ты не приходила, Вера, - сказал муж, застегивая брюки. - Ты беременна, тебе нельзя волноваться, а это вовсе не повод.
Да, я беременна. Но это не повод терпеть измену.
Я подаю на развод. А муж начинает войну.
За меня. За ребенка.
Только мы больше не его.

— Это моя квартира.
Он пожал плечами.
— Уже нет.
Дверь за его спиной открылась. Она прошла внутрь, огляделась и кивнула на мои вещи:
— Собирать сама будешь или помочь?
Я стояла посреди своей жизни и впервые поняла, что меня не просто предали. Меня обесценили.
Пока я работала, вкладывалась, закрывала его долги и верила в нас, он переписывал всё на других людей и готовил момент, когда я останусь ни с чем.
Он был уверен, что я испугаюсь. Что уйду тихо. Он ошибся.
Я знаю, где у него спрятаны деньги. Знаю, кто за него подписывал. Знаю, на кого оформлена его новая жизнь. И теперь это будет не развод. Это будет борьба за справедливость.

— Ты детей у меня забрать собрался? — я сжала телефон так, что побелели пальцы.
— Я их отец, — он смотрел мимо меня. — И я решаю, где им лучше.
— С любовницей решаешь?
Дверь хлопнула. Она вошла спокойно, как будто это её дом.
— Подпишешь соглашение — всем будет проще, — сказала и даже не отвела взгляд.
Я тогда не закричала. Не устроила сцену. Просто поняла: меня уже вычеркнули. Пока я болела за семью и тянула бизнес, он изменял с другой и готовился забрать у меня всё — дом, дело, детей.
Он ошибся.
Я не буду терпеть и договариваться на его условиях. Я заберу своё и покажу им обоим, как выглядит идеальная месть бывшей.

– Я его любимая девочка, – говорит она, и голос у нее сладкий, как яд. – А ты, я полагаю, его престарелая жена?
Моя соперница – воплощение всего того, чего, как мне казалось, я лишена в свои сорок. Молодость, амбициозность, сексуальность, жажда жизни – все это я давно похоронила под грузом быта и семейных обязанностей. Григорий, мой Григорий, который когда-то клялся мне в вечной любви, теперь смотрит на эту нахалку с восхищением, которое я не видела в его глазах уже много лет...

Меня, как вышедший из строя пылесос, решили сменить на модельку поновее. Но я не собираюсь это терпеть. Я отомщу муженьку-негодяю! И не одним способом. Одного ему мало будет. У меня в запасе есть целый арсенал!

Я иду в ванную, беру пакет с теми самыми трусами, возвращаюсь и протягиваю его Жене:
— Это не мои! – говорю я.
— Да как же не твои? — он вдруг переходит на издевательский тон. — Не придумывай! Ты специально так говоришь, чтобы выставить меня дураком, изменщиком!
— Всё, — твёрдо продолжаю я. — Я больше не буду это терпеть.
Я говорю про уголок фольги от упаковки. Говорю про экран телефона.
Лицо у него каменеет. Потом он пожимает плечами и бросает, словно это самая очевидная вещь на свете:
— Дед изменял, отец изменял — и я буду изменять. Я не собираюсь менять свою жизнь, меня всё устраивает. А если тебе что -то не нравится — можешь идти.
Я смотрю на него и понимаю: я живу с монстром.

— Ты чего так смотришь? — он наклонился ко мне, будто ничего не происходит.
Я не ответила. Смотрела на стол. На торт. На свечи. На неё — напротив, в моём платье, которое было слишком короткое.
— Ну скажи уже, — она усмехнулась и подняла бокал. — Или так и будешь делать вид, что ничего не поняла?
День рождения. Гости. Смех. И я — лишняя на празднике.
Пока я готовила, собирала всех, старалась, он уже привёл любовницу на свой день рождения. Не спрятал. Не постеснялся. Посадил за стол, где должны были быть только близкие. И ждал, что я проглочу. Что улыбнусь. Что не устрою сцену.
Он кажется плохо меня знал. Я не буду молчать. Не буду делить его еще с кем-то. И точно не уйду тихо, оставив им всё, что строила вместе с ним.
Праздник закончился. Теперь начинается другое…