Книги в жанре «Женский роман» по тегу «razvod»

- Собирай вещи и уходи,- произнес муж жестко.
- Слава… ты серьезно? У меня на руках твой трехмесячный сын!
- Не мой! Мама сделала ДНК! Ты нагуляла этого выродка, а мне врала, дрянь!
Сзади, в дверном проеме кухни, стояла она. Его мать.
- Я тоже считаю, что ты должна уйти, Анечка. Ты же понимаешь… мы слишком породисты, чтобы воспитывать твой приблуд,.
Удовлетворенный взгляд этой гадины транслировал мне: «эту войну выиграла я, невестушка».
Меня выставили за дверь с младенцем на руках. Муж, ослепленный ложью матери и фальшивым тестом ДНК, поверил, что ребенок не его. Свекровь торжествует. Но она ошиблась. Я не проиграла. Я вернусь за правдой… и возмездием.

- Мой муж застрял в любовнице, - повторила четко, почти по слогам.
Меня трясло от злости и истерического смеха.
- Повторите, пожалуйста, - раздался из телефона вежливый голос оператора частной «скорой помощи».
Я глубоко вдохнула, подавила новый смешок и произнесла:
- Мой муж застрял в любовнице, я застала их в постели за… занятием сексом, а теперь он не может достать свой… ну, вы поняли… из нее.
Если меня снова откажутся слушать, приняв все за розыгрыш, я просто развернусь и уйду. Это уже пятая попытка вызвать помощь.
- Таня, я больше не могу, - прорычал муж. Он держал «планку» на руках, чтобы не рухнуть на свою хлюпающую носом пассию.
И как меня только угораздило в это ввязаться?

Мои пальцы, вместо того чтобы постучать, осторожно толкают дверь шире, бесшумно, почти против моей воли.
И мир останавливается.
Ян стоит у окна, спиной ко мне. А перед ним… женщина. Молодая, может, лет тридцати, с распущенными светлыми волосами, в облегающем красном платье. Она стоит слишком близко. Ее рука на его груди, ее губы растянуты в улыбке, предназначенной только для него.
И вот Ян наклоняется к ней. Целует ее… не мимолетное прикосновение, а глубокий, жадный поцелуй. Ее руки скользят по его шее, пальцы зарываются в его волосы, привычным, знакомым жестом.
В этот момент я понимаю две вещи. Во-первых, Кристина, его помощница, теперь блондинка. Во-вторых, это далеко не первый их поцелуй.
Они отрываются друг от друга и оборачиваются.
***
Как будто он ждал этого момента, как будто часть его устала прятаться.

— Я хочу свободы в интимном плане. Ты стала другой, — сказал муж.
— Ага, Жень, прости, что я руковожу агентством, которое ставит ёлку в Кремле и ведёт свадьбу сыну нефтяного магната. В следующий раз постараюсь быть весёлой, голой и без графика.
Я говорила чётко, так говорю с клиентами, когда накануне банкета выясняется, что тётя не ест глютен, а дядя боится акробатов.
Мы прожили вместе девятнадцать лет. Я родила дочь, вела бизнес, вытаскивала его строительную фирму из кризиса, давала свои связи, клиентов.
А теперь — он хочет простоты.
Он хочет ту, у которой нет растяжек от родов, отчётов от налоговой и нервных ночей перед VIP-мероприятием.
Он хочет ту, у которой грудь стоит, а не «висит».
Он хочет себя двадцатилетнего — только поздно.
Я не стану умолять. Не стану разбирать по косточкам.
Ты крупно ошибся, милый. Потому что я — не фон. Я — событие. Я — та, под кого крутят свет, переставляют стулья и зовут оркестр.
И ты мог быть рядом.
Но теперь — смотри со стороны.
И

— Это что… помада? — спросила тихо, касаясь воротника мужа.
— Наверное, Лера оставила... она хочет познакомиться с тобой, но я ей не позволяю, — хмыкает муж, глядя на рубашку. — Постирай, — бросает мне, отворачиваясь.
— Ты... ты мне изменил.
— Да, а тебя что-то смущает? Если ты не в курсе я могу спать, с кем угодно. Статус позволяет…
— Статус позволяет? — в шоке пробую слова на вкус. — Ну... тогда твоя измена позволяет мне с тобой развестись...
— Попробуй, — оскалился муж и у меня внутри все оборвалось.
Все, что было дорого, развеялось в момент.
Лишь единственная мысль осталась в голове:
Ты пожалеешь об измене…

– Мой муж разбогател, – хвастается Алёнушка. – Нам будет, на что покутить после разводов. Осталось только решить проблему с твоей женой.
– Всё будет хорошо, – мой муж по-хозяйски оглаживает спину своей «зайки». – Отправлю её куда-нибудь в психиатрический диспансер – подлечить нервишки. Она же после выкидыша совсем с катушек слетела. А хорошие врачи быстро разберутся, что к чему. Стану её опекуном и буду делать, что захочу.
– И правильно! Кого она там родит в сорок лет? Неведомую зверушку? А вот я…

Муж изменяет с женой нашего инвестора, а меня хочет отправить «доживать» в диспансер.
Нет, дорогой, к чёрту на рога поедешь ты.
Потому что я не буду страдать.
Я буду мстить.
И моя месть будет сладкой.

Я смотрю на экран телефона Павла, и мир вокруг меня рассыпается на осколки.
«Скучаю по тебе, любимый. Вчера было волшебно. Не могу дождаться, когда снова почувствую твои руки на моем теле».
Имя отправителя – Вероника Шелест. Я знаю эту женщину. PR-менеджер компании Павла. Молодая, амбициозная, с идеальной фигурой и белозубой улыбкой с обложки глянцевого журнала.
Десятки, сотни сообщений, тянущиеся на месяцы назад. Интимные фотографии, планы встреч, обсуждения совместного отпуска... И между ними – дежурные сухие сообщения мне: «Задерживаюсь на работе», «Деловой ужин с партнерами», «Срочная командировка на три дня».
Колени подкашиваются, и я медленно опускаюсь на стул. В груди разрастается боль, такая острая, что становится трудно дышать.
Я продолжаю листать их переписку, погружаясь все глубже в кроличью нору предательства.
«Как думаешь, дети примут меня?»
«Они уже в восторге от тебя. Особенно Даниил».

Случайно задеваю иконку сообщений, и экран меняется.
И мир рушится.
"Скучаю по твоим рукам. Когда увидимся?" – сообщение от некой Алисы, отправленное вчера вечером в половине десятого. Вчера в половине десятого мы смотрели новый фильм с Райаном Гослингом. Роман лежал рядом со мной на диване, его рука лениво поглаживала мои волосы. Я чувствовала себя счастливой и защищённой.
А он в этот момент получал сообщения от другой женщины.
Дрожащими пальцами пролистываю переписку выше.
"Твоя жена опять со своим фотоаппаратом? Неужели ей не надоело щёлкать?"
"Дашка живёт в своём мире. Иногда мне кажется, что я для неё просто красивый фон для семейных фото."
Читаю это сообщение снова и снова. Дашка. Он называет меня Дашкой в разговоре с другой женщиной. Не "моя жена", не "Даша" – Дашка. Пренебрежительно, как-то по-хозяйски.

Этот день должен был стать днем моей победы, а стал днем, когда я потеряла всё.
Я смотрела в отражение и рассыпалась на мелкие кусочки.
Прямо за моей спиной, в уютной кофейне, сидел мой муж, Максим. Рядом с ним, откинувшись на спинку кресла с чашкой капучино, сидела молодая темноволосая женщина в элегантном кашемировом платье цвета марсала. Молодая. Красивая. Яркая.
Я потребовала развод. А муж выставил нас с дочкой из дома, поселив в съемной халупе. Он думал, что я сломаюсь, думал, что я буду о чем-то просить, унижаться, стоять перед ним на коленях.
Он почти уничтожил меня, чтобы через год вернуться с предложением.

– Не прикасайся ко мне, предатель! – шиплю.
– Катя, пожалуйста, – страдальчески просит муж. – Прохорова для меня ничего не значит. Я сказал, что всё, что было на практике, остаётся на практике, а она…
– Ты с ней спал, – усмехаюсь. – Классно было, да? Это ваша походно-полевая жена?
– Нет. Я был у неё первым.
– Какой ты подонок! – шепчу. – Изгадил девушку.
– Что ты меня мучаешь? – отгрызается. – Я был верен тебе десять лет! Даже не смотрел ни на кого, не думал. Неужели это ничего не значит? Все мужики изменяют. Такова природа. Я заслужил шанс!
Тряпка падает у меня из рук. Такая оговорочка по Фрейду.
– Десять лет, – повторяю. – А мы в браке шестнадцать.

Я узнала об измене мужа от родителей его молодой любовницы. Они обвинили меня в том, что я плохо следила за своим «кобелём», который соблазнил их «принцессу».
Муж утверждает, что любит меня, но я не верю.
Я хочу уйти с детьми, но всё оказывается сложнее, чем мне представлялось.
Потому что родные люди порой хуже врагов.