Книги в жанре «Романы о молодых героях»

Когда я согласилась уехать из детского дома и поступить в элитную школу под чужим именем, мне казалось, что это шанс начать новую жизнь. Но тогда я ещё не знала, чего мне это будет стоить.

Я хотела найти новых друзей, но нашла врагов. Я хотела влюбиться, но пожалела, когда это произошло. Я хотела спокойно учиться, но пришлось выживать. Я хотела верить, но разучилась доверять.

И уж тем более я не могла представить, что окажусь замешанной в убийстве... Но что, если я не случайный свидетель в этой опасной и чужой игре, а её главный участник?

И не просто так, а по праву своего рождения?

Два года назад я оборвала все нити — просто исчезла из его жизни. Не попрощалась, не объяснила. Было невыносимо видеть его и знать, что он станет отцом… с другой.
Думала, побег — это решение. Что так будет легче.
Но сейчас, встретившись с ним в загородном отеле, я понимаю: я не убежала от боли. Я убежала от себя. И теперь пришло время посмотреть правде в глаза.

БЕСПЛАТНО.
— Не ори, поняла? — процедил Глеб.
И отпустил только когда я смогла кивнуть. Воздух обжёг лёгкие, глаза заслезились.
— Из кожи вон лезешь, чтобы вызвать жалость, смотреть противно… — прокомментировал он. — Плевать мне, чего ты хочешь или не хочешь. Я предупрежу тебя только один раз: попытаешься залезть в мою семью, я тебя доломаю так, что с кровати встать не сможешь. Ясно тебе?
***
Я — сиротка в коляске. Он — избалованный наследник, который привык получать всё. На первый взгляд всё так, но что если мы оба сломаны? Глеб угрожал мне при каждом удобном случае, но каждый раз, когда доходило до дела, пытался помочь.

Он делает медленную затяжку сигаретой, которую я раньше не замечала. Красный огонёк зловеще отражается в его прозрачных зрачках.

— Слишком много спеси для той, чья безопасность зависит от толщины родительского кошелька, — произносит он с тихим спокойствием, выпуская струю дыма.

Он подходит ближе. Я отчётливо чувствую давящий жар его тела. Внутри меня появляется липкое предчувствие угрозы, мне становится по-настоящему не по себе.

Он делает ещё один абсолютно бесшумный шаг ближе ко мне.

— Я недавно вышел... — его голос падает до вибрирующего шёпота, от которого по моей коже бежит мороз. — И здесь всё такое хрупкое...

Склоняется к самому моему лицу, в тусклом свете ночи его прозрачные глаза окончательно темнеют. Я чувствую, как моё горло пересохло, тело просто не может сдвинуться с места.

— Я смотрю на тебя и думаю... сколько секунд тебе понадобится, чтобы забыть всю свою гордость и начать умолять меня о пощаде, если я просто перестану давать тебе дышать?

— Собираешься разгуливать по универу вот так? — усмехается красавчик обаятельно, и я невольно смотрю на его торс.
Макс в прекрасной форме и наверняка знает об этом.
— Не спорю, выглядит эффектно. Но я бы предпочёл, чтобы бельё было более откровенным, знаешь? Такое, через которое всё просвечивается.
Мажор говорит это с очаровательным смущением, должно быть призванным расположить меня, но сама суть монолога заставляла лицо гореть, а ситуация — злиться.
— Но твои тоже ничего, — продолжает рыжий, — даже в этом.
__________________________________
Элитный университет, интриги богачей и травля — так началась для Лизы жизнь после потери матери. Спасением стал тот, кого она меньше всего ожидала увидеть союзником: Максим, высокомерный мажор, вызывающий у неё лишь раздражение. Однако с каждой новой стычкой их ненависть всё больше похожа на любовь.

Я судорожно дёргаю на себя ручку. Конечно, заблокировано. Наивно было ожидать иного. Сдавленно выдыхаю.

— Стас... ты больной?

Улыбка — ломаная, жуткая — медленно ползёт по его лицу, искажая идеальные черты.

— А когда я на твоих глазах убил человека, ты этого еще не поняла?

Я вжимаюсь в кожу пассажирского сиденья, до боли зажмуриваясь, изо всех сил стараясь не вспоминать хруст костей и кровь на его брендовых ботинках.

— Зачем... зачем я тебе? — шепчу.

Он даже не поворачивает головы, плавно выжимая газ и выруливая на пустую дорогу.

— Потому что мне скучно, а ты — моя новая любимая вещь. Идеальная кукла, которую мне хочется сломать, — его голос звучит ровно и пугающе обыденно. — Буду играть с тобой, а когда надоест — просто швырну на обочину. Я могу сделать с тобой абсолютно всё и весь мир закроет на это глаза. Ну же, скажи... что ты можешь мне на это возразить?

— Я тебя люблю, — рычу ей в лицо, отчеканивая каждое слово. Признание выходит больше похожим на угрозу, но мне нет до этого дела.
— Да что ты можешь знать о любви? — презрительно выплёвывает в ответ и толкает меня в грудь. — Это что угодно, но не она!
— Чисто для справки, — понижаю голос до самых низких частот. — Любовь бывает разной. И увы, тебе досталась моя.
— А с чего ты взял, что мне есть дело до этого? С чего взял, что мне есть дело до тебя? — тыкает мне пальцем в грудь.
Не двигаюсь с места, и не позволяю уйти ей, принимая всё, что она на меня выливает.
— Я тебя ненавижу. Ненавижу!
— Ничего, — усмехаюсь, чем вывожу её ещё сильнее. — От ненависти до любви, как говорится...
— Не в этой жизни, — огрызается, пятясь назад.
— Это мы ещё посмотрим.
Её лопатки упираются в стену, дальше бежать некуда. Нависаю над девушкой, и не давая опомниться, молниеносно впиваюсь в её приоткрытые губы.

Вернуться домой – только полдела, нужно ещё найти своё место в жизни. Быть школьницей больше не интересно, а использовать магические способности только для себя и от всех таиться не в характере четырнадцатилетней Насти Никитиной. В конечном итоге она оказывается на службе у государства и занимается массовым исцелением людей. Те, кто правит миром, не желают смириться с тем, что новая сила есть только у России. Дело чуть не кончается войной...

Спор с боссом. Деревня без удобств. Одна камера на весь дом. И сосед-медведь, который называет её «сдобной булкой».
Ксения думала, что худшее в её жизни – это бесконечные «Ксюха, сделай красиво» от Артура Бублика. Но нет. Худшее – это прямая трансляция из сортира с дыркой в полу, 45 тысяч зрителей и эпичный провал, который сделал её звездой.
Теперь у неё есть двадцать девять дней, валенки 43-го размера, корова Зося и Иван – небритый гигант, который умеет только молчать, рубить дрова и… краснеть ушами, когда смотрит на её декольте.
Она мечтает о сером «Мерседесе».
Он мечтает, чтобы она перестала поджигать его покой.
Вопрос: кто кого переживёт?
Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь… даже в Козюлине.

Как же невовремя пришла ко мне в гости мама и стала свидетельницей того, как я, её умница дочка, научилась бесстыдно пользоваться всеми благами жизни и сорить не мною заработанными деньгами.
Поэтому, если я хочу со своим парнем и лучшей подругой поехать на море в конце месяца, то вынуждена прежде отправиться в деревню и, подготавливая дом моей бабушки к продаже, какое-то время прожить там.
Хочу ли я в глухомань? Нет! Но у меня не особо есть выбор, поэтому я злюсь, но еду в неведомую даль даже не подозревая, что там не только дом достался мне в наследство.