Подборка книг по тегу: "зимняя история"
«Подашь на развод — я тебя так оболью грязью, что детей отнимут. Посадят за что-нибудь. Будешь молчать и делать, что говорят».
Есения верила ему одиннадцать лет. Верила, что у него — власть, связи, возможность уничтожить. Верила и молчала. Одиннадцать лет она была «мартышкой», «истеричкой», удобной женой, которая молчит и терпит. Спасала себя его же страхом.
А он просто врал.
31 декабря она застает мужа в их постели. В их общем доме. А он, даже не прикрываясь, бросает: «Убирайся отсюда. Проваливай домой, пока я вежливо прошу». Его любовница лениво улыбается: «Саш, успокой свою истеричку».
Есения верила ему одиннадцать лет. Верила, что у него — власть, связи, возможность уничтожить. Верила и молчала. Одиннадцать лет она была «мартышкой», «истеричкой», удобной женой, которая молчит и терпит. Спасала себя его же страхом.
А он просто врал.
31 декабря она застает мужа в их постели. В их общем доме. А он, даже не прикрываясь, бросает: «Убирайся отсюда. Проваливай домой, пока я вежливо прошу». Его любовница лениво улыбается: «Саш, успокой свою истеричку».
Эльф-генерал, триста лет презиравший страсть как слабость, получает проклятие: превратиться в лёд, если за год не воспылает желанием. Гордость не позволяет уступить, и он застывает статуей — живой, чувствующей, но навеки безмолвной.
Двести лет он стоит в заброшенных развалинах, безучастный свидетель падения королевства, пока не приходит девушка из другого мира. Она разговаривает с ним, прикасается, признаётся в любви к ледяной статуе.
Впервые за столетия он горит желанием. Но проклятие не отступает до тех пор, пока не наступает та самая ночь, когда страсть становится огнём, способным растопить лёд.
Двести лет он стоит в заброшенных развалинах, безучастный свидетель падения королевства, пока не приходит девушка из другого мира. Она разговаривает с ним, прикасается, признаётся в любви к ледяной статуе.
Впервые за столетия он горит желанием. Но проклятие не отступает до тех пор, пока не наступает та самая ночь, когда страсть становится огнём, способным растопить лёд.
❄Нокс Фрост
Я отмечен проклятием ледяного сердца и его срок подходит к концу. Скоро я замерзну окончательно и уже ничто не сможет этого изменить. Меня окружают лживые предатели, которым нужны только мои богатства. И сокровище. Это последний раз когда я устраиваю отбор невест, ведь было сказано, что только однажды одной единственной удастся разобраться с моим проклятием...
❄Амилия
Меня насильно призвали в чужой мир, отправили на отбор невест к ледяному принцу и всё ради сокровища, которое мне нужно выкрасть. Звучит просто, вот только как будет на самом деле? Какой этот ледяной принц? Смогу ли я справиться? Выжить? Выбора нет. Вот только приехав в поместье к принцу случилось то, чего я совершенно не ожидала...
Я отмечен проклятием ледяного сердца и его срок подходит к концу. Скоро я замерзну окончательно и уже ничто не сможет этого изменить. Меня окружают лживые предатели, которым нужны только мои богатства. И сокровище. Это последний раз когда я устраиваю отбор невест, ведь было сказано, что только однажды одной единственной удастся разобраться с моим проклятием...
❄Амилия
Меня насильно призвали в чужой мир, отправили на отбор невест к ледяному принцу и всё ради сокровища, которое мне нужно выкрасть. Звучит просто, вот только как будет на самом деле? Какой этот ледяной принц? Смогу ли я справиться? Выжить? Выбора нет. Вот только приехав в поместье к принцу случилось то, чего я совершенно не ожидала...
Магия, призванная раскрывать тайны, связала их души и тела. Полгода разлуки превратили эту связь в одержимость.
Она — боевой маг. Он — эльфийский шпион. Их встреча — государственная измена, а любовь — смертный приговор. Но в заброшенном храме на заснеженном перевале война отступает.
Остаются только он, она и ночь, которую они украли у судьбы.
Она — боевой маг. Он — эльфийский шпион. Их встреча — государственная измена, а любовь — смертный приговор. Но в заброшенном храме на заснеженном перевале война отступает.
Остаются только он, она и ночь, которую они украли у судьбы.
— Или ты сейчас зайдешь в дом вместе со мной, или… — угрожающе тянет муж.
— Или что, Дамир?
— Или я пойду на крайние меры! Я могу, ты это знаешь! Будешь жалеть, что не послушалась! Я разведусь с тобой! Разведусь, а дочь заберу себе, как это у нас принято!
Тридцать первого декабря я застала мужа с его секретаршей — они голыми выбежали из бани, у коттеджа, в который она сама меня пригласила, сказав, что муж готовит сюрприз.
Утро нового года я встретила в аэропорту, а первый день — в горном шале у угрюмого кавказца, который был совсем нам не рад.
— Ваша мать может остаться, а вы уезжайте. Я не переношу маленьких детей.
Но снежная буря не дала нам уехать.
Мы заперты в доме с этим суровым горцем, который не готов к общению и говорит, что ненавидит малышей, вот только постепенно я понимаю, что всё совсем не так.
— Иди сюда, маленькая, ну что ты ревешь? Мамочка скоро придет…
— Или что, Дамир?
— Или я пойду на крайние меры! Я могу, ты это знаешь! Будешь жалеть, что не послушалась! Я разведусь с тобой! Разведусь, а дочь заберу себе, как это у нас принято!
Тридцать первого декабря я застала мужа с его секретаршей — они голыми выбежали из бани, у коттеджа, в который она сама меня пригласила, сказав, что муж готовит сюрприз.
Утро нового года я встретила в аэропорту, а первый день — в горном шале у угрюмого кавказца, который был совсем нам не рад.
— Ваша мать может остаться, а вы уезжайте. Я не переношу маленьких детей.
Но снежная буря не дала нам уехать.
Мы заперты в доме с этим суровым горцем, который не готов к общению и говорит, что ненавидит малышей, вот только постепенно я понимаю, что всё совсем не так.
— Иди сюда, маленькая, ну что ты ревешь? Мамочка скоро придет…
Он обманул меня, я от других узнала, что босс женат. А ведь он обещал жениться и я была уверена, что у нас с ним все будет хорошо. Но он разрушил мое доверие и нашу любовь! Лишь голубые глаза трехлетней дочери напоминают мне о бывшем боссе Андрее Романове.
Каково же было мое удивление, когда он приехал на лыжный курорт, где я работала и уже познакомился со своей дочкой? Теперь мне важно, чтобы он так и не узнал, что дочь от него. Я не хочу с ним иметь ничего общего! Исчезни, бывший! Ты потерял меня из-за своего обмана и дочку не отдам!
Каково же было мое удивление, когда он приехал на лыжный курорт, где я работала и уже познакомился со своей дочкой? Теперь мне важно, чтобы он так и не узнал, что дочь от него. Я не хочу с ним иметь ничего общего! Исчезни, бывший! Ты потерял меня из-за своего обмана и дочку не отдам!
Накануне Нового года Лида отправляется в загородный дом подруги, чтобы не встречать праздник в одиночестве. Дорога оборачивается испытанием: непогода, потеря связи, заглохший навигатор — и вот она уже застряла в снежной ловушке вдали от людей.
В самый отчаянный момент на помощь приходит незнакомец. Он доставляет Лиду в свой уединённый лесной дом и делает всё, чтобы спасти её от переохлаждения: растирает замёрзшие конечности, отпаивает целебным чаем с малиной и имбирём, согревает собственным телом.
В замкнутом пространстве зимнего убежища между едва знакомыми людьми зарождается особая близость. Лида мечется между стыдом и благодарностью, а в её душе постепенно пробивается робкое чувство, которому пока нет названия.
Это история о том, как в лютую метель можно не только потерять путь, но и найти нечто гораздо более важное — тепло человеческого участия и шанс на новую жизнь.
В самый отчаянный момент на помощь приходит незнакомец. Он доставляет Лиду в свой уединённый лесной дом и делает всё, чтобы спасти её от переохлаждения: растирает замёрзшие конечности, отпаивает целебным чаем с малиной и имбирём, согревает собственным телом.
В замкнутом пространстве зимнего убежища между едва знакомыми людьми зарождается особая близость. Лида мечется между стыдом и благодарностью, а в её душе постепенно пробивается робкое чувство, которому пока нет названия.
Это история о том, как в лютую метель можно не только потерять путь, но и найти нечто гораздо более важное — тепло человеческого участия и шанс на новую жизнь.
Случайная ночь с незнакомцем должна была спасти меня от проклятия. А в итоге отправила прямо в руки к ищейке! Его поисковый дар силен, сир Радьярд видит сквозь чары, он невероятно близок к тому, чтобы разгадать мою тайну… Вот ведь влипла.
В обмен на свободу он требует помощи. Я должна изобразить его пару на снежном курорте Маунт-Грин. Конечно, магу нужна не сама я, а лишь мои сомнительные таланты…
Пара недель в горном уединении. Пять заказных иллюзий. И – свобода. Что может пойти не так?
***
Эсме: «Радьярд терпеть не может блондинок, беглецов и магов-материалистов. Я собрала «комбо», поэтому даже пытаться не буду разбить его ледяную броню… В конце концов, наши фиктивные отношения – главная иллюзия зимнего сезона».
В обмен на свободу он требует помощи. Я должна изобразить его пару на снежном курорте Маунт-Грин. Конечно, магу нужна не сама я, а лишь мои сомнительные таланты…
Пара недель в горном уединении. Пять заказных иллюзий. И – свобода. Что может пойти не так?
***
Эсме: «Радьярд терпеть не может блондинок, беглецов и магов-материалистов. Я собрала «комбо», поэтому даже пытаться не буду разбить его ледяную броню… В конце концов, наши фиктивные отношения – главная иллюзия зимнего сезона».
Как же я могла знать, что тот злобный мужик в пальто и огромном джипе, из-под капота которого я спасла котенка, окажется моим преподом. Еще и экзамен теперь ему сдавать. И смотрит так пристально, мешает сосредоточиться.
Что ему надо?
Ах, узнать, как поживает Беляш, проведать его… у меня дома.
Не много ли вы хотите, уважаемый?
Что ему надо?
Ах, узнать, как поживает Беляш, проведать его… у меня дома.
Не много ли вы хотите, уважаемый?
– Так, дети! У нас проблемка. Дед Мороз отдал ваши подарки родителям. Старенький, памяти совсем нет. Вот и перепутал, – я бросила выразительный взгляд на качка, на котором не сошлась бутафорская шуба, между прочим, она нормального размера и обычно болталась на моих напарниках.
– Ууу, – загудели дети.
– Родители на улице, очень ждут вас. Поторопимся! Быстро строимся парами, выбираем того, кто больше всех нравится, не толкаемся. Будем играть в паровозик!
Этот здоровый мужлан пристроился ко мне и взял меня за руку. Непонимающе взглянула на него.
– Вы чего?
– А я уже выбрал ту, что больше всех нравится, – грубоватый комплимент заставил кончики моих ушей заалеть. – Веди, командирша. Пора валить.
Я серьезно кивнула и повела всех к запасному выходу.
– Ууу, – загудели дети.
– Родители на улице, очень ждут вас. Поторопимся! Быстро строимся парами, выбираем того, кто больше всех нравится, не толкаемся. Будем играть в паровозик!
Этот здоровый мужлан пристроился ко мне и взял меня за руку. Непонимающе взглянула на него.
– Вы чего?
– А я уже выбрал ту, что больше всех нравится, – грубоватый комплимент заставил кончики моих ушей заалеть. – Веди, командирша. Пора валить.
Я серьезно кивнула и повела всех к запасному выходу.
Выберите полку для книги