Книги по тегу «беременность героини»: ""
Это история - вольные размышления на тему "Появление снегурочки". Это шуточный новогодний короткий роман, продолжение истории Ульяны и Морозко из книги "Морозко. По работе ли оплата?" Горячо и откровенно.
Содержание цикла "Взрослые сказки для «плохих» девочек":
Морозко. По работе ли оплата?
Снегурочка для Морозко
Снегурочка для Отморозка
Читает: Целуковская Алина
Музыка: sampld.app
Sampld / The Potion
Sampld / Once Upon A Time
Время звучания: 01:44:10
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
© Лайт Татьяна
© ИДДК
Содержание цикла "Взрослые сказки для «плохих» девочек":
Морозко. По работе ли оплата?
Снегурочка для Морозко
Снегурочка для Отморозка
Читает: Целуковская Алина
Музыка: sampld.app
Sampld / The Potion
Sampld / Once Upon A Time
Время звучания: 01:44:10
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ ОТКРОВЕННЫЕ ЭРОТИЧЕСКИЕ СЦЕНЫ.
ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.
© Лайт Татьяна
© ИДДК
🖤🖤🖤 РОМАН ЗАВЕРШЕН 🖤🖤🖤
Я была его игрушкой на один год.
Он запретил мне любить. Я нарушила правило.
Он бросил меня со словами «ты была статьей расходов».
Я ушла и забрала с собой его ребенка.
Четыре года я жила без него. Стала сильной.
Научилась быть счастливой одна.
А теперь он вернулся. Сломленный. Отчаянный. Готовый на все.
И я не знаю, смогу ли я снова поверить человеку, который когда-то разбил мне сердце.
Я была его игрушкой на один год.
Он запретил мне любить. Я нарушила правило.
Он бросил меня со словами «ты была статьей расходов».
Я ушла и забрала с собой его ребенка.
Четыре года я жила без него. Стала сильной.
Научилась быть счастливой одна.
А теперь он вернулся. Сломленный. Отчаянный. Готовый на все.
И я не знаю, смогу ли я снова поверить человеку, который когда-то разбил мне сердце.
— Да как ты смеешь? — я вскочила, едва не опрокинув стол. — После всего, что между нами было!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить?
— Я не…
— Попользоваться и бросить! Конечно, я-то, дура наивная, думала, нравлюсь тебе! Предатель!
Я вскочила, подхватив куртку и сумочку, и побежала, едва не сбив с ног официанта с моим апельсиновым чаем на подходе.
А ведь я так и не сказала ему, что беременна. И мой экс-босс этого не узнает никогда!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить?
— Я не…
— Попользоваться и бросить! Конечно, я-то, дура наивная, думала, нравлюсь тебе! Предатель!
Я вскочила, подхватив куртку и сумочку, и побежала, едва не сбив с ног официанта с моим апельсиновым чаем на подходе.
А ведь я так и не сказала ему, что беременна. И мой экс-босс этого не узнает никогда!
— Что ты тут делаешь? — спросила я, не веря своим глазам.
Антон Чацкий стоял передо мной — мужчина, которого я когда-то любила до безумия, а теперь ненавидела всей душой.
— И тебе привет, — он усмехнулся. — Я тоже рад тебя видеть.
Вдруг его взгляд скользнул ниже, под стол. Туда, где отчетливо выделялся мой округлившийся живот. Шестой месяц. Его не спрятать.
— Илона... — Антон побледнел, на лбу выступила испарина. — Это... мой ребенок?
— Какая разница? Катись отсюда!
— Я не уйду, пока не узнаю правды! — он сделал шаг вперед.
Я резко, насколько позволяло положение, поднялась. Стул с грохотом отъехал назад.
— Убирайся! Немедленно! Ты предал и опозорил меня прямо в день нашей свадьбы, переспав со своей бывшей! И теперь требуешь правды? Вон!
Но Антон лишь запер дверь кабинета изнутри и тихо произнес:
— Теперь мы точно поговорим.
Шесть месяцев назад он растоптал мою жизнь прямо на свадьбе. Смогу ли я переступить через прошлую боль, когда на кону стоит счастье нашего ребенка?
Антон Чацкий стоял передо мной — мужчина, которого я когда-то любила до безумия, а теперь ненавидела всей душой.
— И тебе привет, — он усмехнулся. — Я тоже рад тебя видеть.
Вдруг его взгляд скользнул ниже, под стол. Туда, где отчетливо выделялся мой округлившийся живот. Шестой месяц. Его не спрятать.
— Илона... — Антон побледнел, на лбу выступила испарина. — Это... мой ребенок?
— Какая разница? Катись отсюда!
— Я не уйду, пока не узнаю правды! — он сделал шаг вперед.
Я резко, насколько позволяло положение, поднялась. Стул с грохотом отъехал назад.
— Убирайся! Немедленно! Ты предал и опозорил меня прямо в день нашей свадьбы, переспав со своей бывшей! И теперь требуешь правды? Вон!
Но Антон лишь запер дверь кабинета изнутри и тихо произнес:
— Теперь мы точно поговорим.
Шесть месяцев назад он растоптал мою жизнь прямо на свадьбе. Смогу ли я переступить через прошлую боль, когда на кону стоит счастье нашего ребенка?
Выберите полку для книги