Книги по тегу «бывшие»: ""
— А что ты хочешь? Скандал? Развод из-за секса с другой? — муж говорит спокойно. — Если мне стало скучно с тобой в постели, то я просто нашел, где справлять нужду, обижаться на это не стоит!
После этих слов во мне не остается ничего, кроме боли.
— Как давно? — спрашиваю резко.
— Пять лет.
— Боже, — шепчу я и провожу ладонью по лицу. — Пять лет, Матвей! Ты спишь с ней пять лет?!
— Успокойся, я не собираюсь оправдываться сейчас, — продолжает он жестко. — Я привез ее именно к тебе, потому что доверяю тебе как врачу.
— Какое великодушие, — тихо говорю я. — Ты доверяешь мне спасать последствия своей измены? Еще скажи, что она беременна от тебя?
Он не отвечает сразу.
— Да? — повторяю я уже тише.
— Возможно.
Я смотрю на него и не верю...
— Возможно?
— Сроки совпадают.
После этих слов во мне не остается ничего, кроме боли.
— Как давно? — спрашиваю резко.
— Пять лет.
— Боже, — шепчу я и провожу ладонью по лицу. — Пять лет, Матвей! Ты спишь с ней пять лет?!
— Успокойся, я не собираюсь оправдываться сейчас, — продолжает он жестко. — Я привез ее именно к тебе, потому что доверяю тебе как врачу.
— Какое великодушие, — тихо говорю я. — Ты доверяешь мне спасать последствия своей измены? Еще скажи, что она беременна от тебя?
Он не отвечает сразу.
— Да? — повторяю я уже тише.
— Возможно.
Я смотрю на него и не верю...
— Возможно?
— Сроки совпадают.
— Ты спал с моей сестрой на моей же кухне, пока я вытаскивала людей из-под обстрела, — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Господи, Марин, — процедил Игорь, даже не потянувшись за одеждой. — Мозги на своей войне отшибла? Стучаться не учили?
Я вернулась с передовой после пяти месяцев ада — обнять мужа. Вместо этого узнала: муж спит с сестрой, а свекровь всё это время тянула кредиты на моё имя под моё же военное пособие.
— Божечки, разорались тут, — фыркнула Валентина Петровна, закатывая глаза. — Иди на войне отчитывай своих салаг. Всё равно твоё пособие уже потратили, чего ссориться из-за мелочей?
Из коридора вышел мой пятилетний сын. Посмотрел на меня, как на чужую, и сказал то, от чего подкосились ноги:
— Я тебя боюсь. Уходи. Ты всё портишь.
Я не помню, как оказалась за рулём под ливнем. Помню только удар — а когда открыла глаза, надо мной, разбивая кулаком остатки моей двери, склонился человек, которого моя часть уже год как считала погибшим.
— Господи, Марин, — процедил Игорь, даже не потянувшись за одеждой. — Мозги на своей войне отшибла? Стучаться не учили?
Я вернулась с передовой после пяти месяцев ада — обнять мужа. Вместо этого узнала: муж спит с сестрой, а свекровь всё это время тянула кредиты на моё имя под моё же военное пособие.
— Божечки, разорались тут, — фыркнула Валентина Петровна, закатывая глаза. — Иди на войне отчитывай своих салаг. Всё равно твоё пособие уже потратили, чего ссориться из-за мелочей?
Из коридора вышел мой пятилетний сын. Посмотрел на меня, как на чужую, и сказал то, от чего подкосились ноги:
— Я тебя боюсь. Уходи. Ты всё портишь.
Я не помню, как оказалась за рулём под ливнем. Помню только удар — а когда открыла глаза, надо мной, разбивая кулаком остатки моей двери, склонился человек, которого моя часть уже год как считала погибшим.
– Папа, скажи маме правду!
– Правду?
– Да! Ту, в которой ты изменил ей! Уже давно пора рассказать о том, что у тебя есть любовница, что она от тебя…
– Тише ты! – шикает на дочку Саша. – Чего раскричалась на всё кафе? Забыла, что за сохранность тайны я тебе плачу? Мать ничего не должна знать! Ясно? Я приехал на роды Жанны! Мне нужно точно знать, мой это ребёнок или она гульнула от меня!
Вчера муж сказал, что подписал контракт и уезжает в командировку. На самом деле командировка – это предлог, чтобы сбежать к любовнице. Он хочет присутствовать на её родах!
Я приехала к дочке сюрпризом, чтобы поздравить её с днём рождения, но сюрприз ждал меня. Здесь муж муж и его любовница! А наша дочка знала тайны отца и скрывала от меня!
20 лет брака, любящий муж, взрослая дочь-медик, большой дом. Всё разрушилось за секунду!
Двойное предательство близких людей!
– Правду?
– Да! Ту, в которой ты изменил ей! Уже давно пора рассказать о том, что у тебя есть любовница, что она от тебя…
– Тише ты! – шикает на дочку Саша. – Чего раскричалась на всё кафе? Забыла, что за сохранность тайны я тебе плачу? Мать ничего не должна знать! Ясно? Я приехал на роды Жанны! Мне нужно точно знать, мой это ребёнок или она гульнула от меня!
Вчера муж сказал, что подписал контракт и уезжает в командировку. На самом деле командировка – это предлог, чтобы сбежать к любовнице. Он хочет присутствовать на её родах!
Я приехала к дочке сюрпризом, чтобы поздравить её с днём рождения, но сюрприз ждал меня. Здесь муж муж и его любовница! А наша дочка знала тайны отца и скрывала от меня!
20 лет брака, любящий муж, взрослая дочь-медик, большой дом. Всё разрушилось за секунду!
Двойное предательство близких людей!
— Это твой сын, Максим?
— Алин, я всё объясню…
— От моей родной сестры?
Я прилетела спасать чужого ребёнка. А нашла вторую семью собственного мужа.
Трёхлетний мальчик задыхался на руках Вики. Максим стоял рядом — домашний, родной, хотя мне написал, что уехал на вахту. А я опустилась на колени, открыла медицинский чемодан и начала спасать их сына.
Того самого сына, которого сама так и не смогла родить.
Четыре года они лгали мне в лицо. Пока я летала на вызовы, муж возвращался к сестре. Мать помогала им скрывать ребёнка. А потом сказала:
— Мы просто берегли твою психику, доченька.
В тот день я спасла их мальчика дважды. Второй раз — выталкивая его из ледяной воды, пока сама уходила под лёд.
Когда меня вытащили, надо мной склонился мужчина. Знакомый шрам над бровью. Тёмные глаза. Тёплые ладони на моём лице.
— Всё исправлю, малая. Только не смей отключаться.
Я бы поверила ему.
Если бы пять лет назад не стояла у его могилы.
— Алин, я всё объясню…
— От моей родной сестры?
Я прилетела спасать чужого ребёнка. А нашла вторую семью собственного мужа.
Трёхлетний мальчик задыхался на руках Вики. Максим стоял рядом — домашний, родной, хотя мне написал, что уехал на вахту. А я опустилась на колени, открыла медицинский чемодан и начала спасать их сына.
Того самого сына, которого сама так и не смогла родить.
Четыре года они лгали мне в лицо. Пока я летала на вызовы, муж возвращался к сестре. Мать помогала им скрывать ребёнка. А потом сказала:
— Мы просто берегли твою психику, доченька.
В тот день я спасла их мальчика дважды. Второй раз — выталкивая его из ледяной воды, пока сама уходила под лёд.
Когда меня вытащили, надо мной склонился мужчина. Знакомый шрам над бровью. Тёмные глаза. Тёплые ладони на моём лице.
— Всё исправлю, малая. Только не смей отключаться.
Я бы поверила ему.
Если бы пять лет назад не стояла у его могилы.
— Похитила мою дочь!? За прошлое мстишь?! – смотрит ядовито, пугающе.
— Ты всё неправильно понял! Девочку хотели отправить в приют! Я даже не знала, что она твоя дочь!
Но этого монстра мой лепет мало волнует. Выводы сделаны. Точно не в мою пользу.
— Собирайся, — взглядом впечатывает в холодный камень стены. — Поедешь со мной.
— Куда…? Для чего…?
— Я должен убедиться, что ты сказала мне правду, — тычет в меня пальцем свободной руки, пока второй прижимает дочурку к себе. — Но, если узнаю, что ты причастна к этому похищению, свой дом больше никогда не увидишь…
Сегодня я спасла чужую малышку. Её отцом оказался мужчина, который пять лет назад разбил мое сердце, изменив прямо на свадьбе.
Тогда я ушла, так и не сказав, что беременна, и все эти годы воспитывала нашу с ним дочь.
А сейчас он появился вновь, чтобы разрушить мне жизнь…
— Ты всё неправильно понял! Девочку хотели отправить в приют! Я даже не знала, что она твоя дочь!
Но этого монстра мой лепет мало волнует. Выводы сделаны. Точно не в мою пользу.
— Собирайся, — взглядом впечатывает в холодный камень стены. — Поедешь со мной.
— Куда…? Для чего…?
— Я должен убедиться, что ты сказала мне правду, — тычет в меня пальцем свободной руки, пока второй прижимает дочурку к себе. — Но, если узнаю, что ты причастна к этому похищению, свой дом больше никогда не увидишь…
Сегодня я спасла чужую малышку. Её отцом оказался мужчина, который пять лет назад разбил мое сердце, изменив прямо на свадьбе.
Тогда я ушла, так и не сказав, что беременна, и все эти годы воспитывала нашу с ним дочь.
А сейчас он появился вновь, чтобы разрушить мне жизнь…
– Догони! Догони! – Заливался смехом один из двойняшек. Второй мчался следом.
Пока оба они, паровозиком, не врезались в босса. Телефон выпал из его рук, с треском ударяясь о кафель.
Роберт остановился, непонимающе оглядывая двух сорванцов.
А мое сердце замедлилось, чтобы через миг остановиться совсем.
Шеф оторопел на секунду, присел на корточки, и впервые в жизни посмотрел на наших с ним сыновей:
– Пацаны, вы чьи? И почему вы тут носитесь? Где ваша мама?
Те боязливо втянули головы в плечи.
– Мама та-ам… – протянул виновато Митяй. А Мишка махнул рукой себе за спину.
Роберт поднял свой взгляд, встречаясь с моими. И темные омуты глаз за секунду налились немой яростью. Сделались острыми как скальпель врача. Не жалея, резали мое бедное сердце в ошметки.
***
В прошлом у нас короткий взрывоопасный роман. Две полоски на тесте. И его бессердечное: «Сделай аборт».
А в настоящем… Пропасть из двух лет молчания. И двое общих детей, которых я сохранила в секрете.
Пока оба они, паровозиком, не врезались в босса. Телефон выпал из его рук, с треском ударяясь о кафель.
Роберт остановился, непонимающе оглядывая двух сорванцов.
А мое сердце замедлилось, чтобы через миг остановиться совсем.
Шеф оторопел на секунду, присел на корточки, и впервые в жизни посмотрел на наших с ним сыновей:
– Пацаны, вы чьи? И почему вы тут носитесь? Где ваша мама?
Те боязливо втянули головы в плечи.
– Мама та-ам… – протянул виновато Митяй. А Мишка махнул рукой себе за спину.
Роберт поднял свой взгляд, встречаясь с моими. И темные омуты глаз за секунду налились немой яростью. Сделались острыми как скальпель врача. Не жалея, резали мое бедное сердце в ошметки.
***
В прошлом у нас короткий взрывоопасный роман. Две полоски на тесте. И его бессердечное: «Сделай аборт».
А в настоящем… Пропасть из двух лет молчания. И двое общих детей, которых я сохранила в секрете.
— Ты что здесь делаешь? — спрашиваю я зло.
— Приехал на родину, ну и заодно в гости к старым друзьям, — вскидывает он бровь, осматривая меня с ног до головы. — Рыжей тебе было лучше.
— Проваливай отсюда, — отвечаю холодно. — Не порти день рождения моего сына.
— Так, я, собственно, на него и приехал, — Борзый скалится и осматривается вокруг. — Где именинник? Интересно, кто тот счастливчик, который стал его отцом.
А у меня в груди что-то разрывается и начинает снова кровоточить. Так и хочется сказать, кто его отец, вот только пошёл он! Не заслужил этого звания. И никогда не узнаёт о моём секрете.
— Приехал на родину, ну и заодно в гости к старым друзьям, — вскидывает он бровь, осматривая меня с ног до головы. — Рыжей тебе было лучше.
— Проваливай отсюда, — отвечаю холодно. — Не порти день рождения моего сына.
— Так, я, собственно, на него и приехал, — Борзый скалится и осматривается вокруг. — Где именинник? Интересно, кто тот счастливчик, который стал его отцом.
А у меня в груди что-то разрывается и начинает снова кровоточить. Так и хочется сказать, кто его отец, вот только пошёл он! Не заслужил этого звания. И никогда не узнаёт о моём секрете.
— Я уезжаю. Отец наконец-то одобрил мою стажировку в Лондоне и через три года я смогу возглавить филиал нашего холдинга за границей, — слова Макса бьют наотмашь, выбивая воздух из груди.
С тихим вздохом оседаю в кресло.
Не такого разговора я ждала, когда мчалась в нашу квартиру, получив от любимого загадочное смс «Жду тебя дома».
Крепче сжимаю сумочку, в которой лежит положительный тест на беременность. Всего несколько минут назад я была счастлива и представляла, как обрадуется Макс, узнав эту новость, а теперь всё рушится.
— Три года, — шепчу онемевшими губами. — А как же я, Макс? Как же мы и наши планы?
Мужчина недовольно поджимает губы и смотрит на меня странным взглядом. Холодным, непривычным и пугающе чужим.
— Я никогда тебе ничего не обещал, и ты прекрасно знаешь, как я ждал этого момента. У меня начинается новая жизнь, Ань и в ней нет места всякой романтичной чепухе, — проговорил он с равнодушной прямотой, резко дёргая молнию и застёгивая уже собранный чемодан.
С тихим вздохом оседаю в кресло.
Не такого разговора я ждала, когда мчалась в нашу квартиру, получив от любимого загадочное смс «Жду тебя дома».
Крепче сжимаю сумочку, в которой лежит положительный тест на беременность. Всего несколько минут назад я была счастлива и представляла, как обрадуется Макс, узнав эту новость, а теперь всё рушится.
— Три года, — шепчу онемевшими губами. — А как же я, Макс? Как же мы и наши планы?
Мужчина недовольно поджимает губы и смотрит на меня странным взглядом. Холодным, непривычным и пугающе чужим.
— Я никогда тебе ничего не обещал, и ты прекрасно знаешь, как я ждал этого момента. У меня начинается новая жизнь, Ань и в ней нет места всякой романтичной чепухе, — проговорил он с равнодушной прямотой, резко дёргая молнию и застёгивая уже собранный чемодан.
Накануне свадьбы я случайно узнала, почему любимый хотел на мне жениться на самом деле. Его слова вывернули мне душу наизнанку, мечты о счастливой семье обратились в прах, и я сбежала. Хотела забыть его навсегда, но он нашёл меня, чтобы унизить в отместку.
— Да, Карина… я изменил. Она беременна. Не вижу смысла скрывать.
Всё случилось банально, до оскомины. Любимый муж оказался предателем, который не видел в своем предательстве ничего страшного.
А я видела.
Ушла, забрав троих детей. В никуда. Поняв, что муж не собирается облегчать мне жизнь. Нашла жилье, устроилась на работу и…
— Хватит, Карина, набегалась, будет. Наигралась в сильную бабу. Что, хорошо тебе? Одной жить, в страшной халупе, таскаться в этот салон гадюшный, хорошо? Хватит. Ты моя жена. Детей мне родила, мы с тобой вместе. Давай, не дури. Возвращайся. Домой возвращайся. Дом хочу, семью свою хочу.
И что делать, если я уже не хочу?
Всё случилось банально, до оскомины. Любимый муж оказался предателем, который не видел в своем предательстве ничего страшного.
А я видела.
Ушла, забрав троих детей. В никуда. Поняв, что муж не собирается облегчать мне жизнь. Нашла жилье, устроилась на работу и…
— Хватит, Карина, набегалась, будет. Наигралась в сильную бабу. Что, хорошо тебе? Одной жить, в страшной халупе, таскаться в этот салон гадюшный, хорошо? Хватит. Ты моя жена. Детей мне родила, мы с тобой вместе. Давай, не дури. Возвращайся. Домой возвращайся. Дом хочу, семью свою хочу.
И что делать, если я уже не хочу?
Выберите полку для книги