Книги по тегу «бывшие»: ""

— Как завуча зовут? — спрашиваю своего сына-первоклассника.
За две первых недели учёбы меня вызывают в школу третий раз. Первые два обошлись малой кровью, классная у сына — мировая тётка. Что ждать от завуча, я не знаю.
— Анна Богдановна.
Алан переминается с ноги на ногу, значит, точно виноват, а мою грудь неожиданно пробивает импульс от сочетания имени и отчества. Анна Богдановна…
— Да не бойся, пап. Баян не злая. Нормальная она. Чуть-чуть только строгая.
— Баян? Какой баян? — торможу я.
— Фамилия у неё Баяндина, — поясняет сын, а мне в грудину прилетает новый удар.
Совпадение? — нет. В этот же момент я вижу её. Анька идёт к учительской и смотрит на меня непроницаемо, как будто не узнала. Красивая какая стала, женственная.
Мы не виделись почти девять лет. Первая любовь, которую я по глупости и молодости предал. Да что там первая. Единственная и, кажется, ничуть не прошедшая.
— Сынок, это фиаско…

— Тише.
— Не смей говорить мне «тише».
— Разбудишь Соню.
— Ах да. Соня. У нас ведь есть ребенок. Удивительно, что ты помнишь.
— Ева, я собирался поговорить.
— Сегодня? После того как закончил бы с ней? Или Милана выдала тебе разрешение? «Когда ты ей скажешь?» — очень деловой вопрос. У вас, наверное, и срок сдачи проекта был согласован.
На имени любовницы его лицо едва заметно изменилось.
— Не надо превращать это в базар.
— А во что мне это превращать? В семейный совет? Налить тебе кофе, положить печенье и вежливо уточнить, давно ли ты спишь с другой женщиной?
Он не ответил. Молчание растянулось между нами черным проводом, и я чувствовала, как он затягивается вокруг горла.
— Сколько?
Марк посмотрел прямо на меня.
— Четыре месяца.

— Почему не сказала, что была в залете?
Встретила бывшего 20 лет спустя, и он сразу качает права.
— У сына не моя фамилия и отчество? — сверлит тяжелым взглядом. — Исправить. Срочно!
— Притормози, генерал, я тебе не солдафон, чтобы по струнке стоять.
— И то верно, строптивых кобылиц дрессируют иначе! — заявляет он и толкает меня на кровать. — Укрощать буду!

– Если ты сейчас же не уберешь свою руку с моей груди, я тебя укушу!
– Кусай, – голос хриплый, сухой. От него бегут мурашки по коже, внутренности скручиваются узлом.
Под одеялом горячее мужское тело, которое прижимается ко мне, явно не с добрыми намерениями. Я пытаюсь отодвинуться на сантиметр, но он приближается на два.
Меня вновь обладает волной жара, и я невольно стону.
– Родная… по-моему, надо повторить все то, что мы вытворяли с тобой этой ночью.

МЫ были женаты, когда-то оооочень давно. Десять лет назад. Все поросло быльем. Мосты уже давно все догорели, не оставив и пепла.
Но на свадьбе подруги, мы встретились вновь и спустя пару часов оказались в одной постели.
Молодой человек, руки уберите от меня! То что было по пьяни, не считается и больше не повторится.

- Это мой сын, - говорит Олег без предисловий. Это не вопрос, а утверждение.
- Да, - отвечаю я. Они оба так похожи, что было бы неразумно отрицать очевидное.
- Почему ты не сказала мне? - в его словах слышится упрёк, смешанный с желанием разобраться в прошлом.
- А зачем? Ты был занят своей новой женой.
- Маша! - Олег делает шаг вперёд, на мгновение в его глазах появляется смесь боли и решимости. - Это мой ребенок! Я имел право знать!
***
Это просто удивительно, ново и в то же время ошеломляюще - узнать, что у тебя будет ребенок. Ещё более ошеломляюще узнать об этом в один день с изменой любимого мужа.
Столько новостей сразу! И ведь жизнь не спросит, с какой начать: хорошей или плохой?
Развожусь и ухожу не оглядываясь, но однажды бывший муж врывается в мою жизнь снова.
Надеюсь, что он ни о чём не узнает, потому что мне есть что скрывать, ведь сразу после нашего развода я родила ему сына.

— Три долбанных года, Катя, — ледяным голосом отчеканил Роман, в его глазах пылала самая настоящая ярость. — Три года ты скрывала от меня моего ребенка.
— Мы были тебе не нужны, у тебя уже есть ребенок, — прошептала я, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Это ты так решила? Или приснилось тебе? Ты вообще понимаешь, что сделала? Украла у меня право быть отцом.
***
Три года я пряталась от прошлого, скрывала свою жизнь, боялась, что он все узнает.
И вот этот день настал.
Теперь передо мной не просто мужчина, которого я когда-то любила. И который разбил мое сердце в дребезги.
Передо мной разъярённый отец моего сына, которому не было известно о его существовании.
Роман не простит предательства.
Но и я больше не та наивная девчонка, влюбленная в него по уши. Ведь он меня предал тогда... или нет?

— Козлов, ты головой ударился? Я второй раз за тебя замуж не выйду! У меня от первого еще психотравмы остались.
— Думаешь, я в восторге? У меня выбора нет. И брак я тебе предлагаю фиктивный. Всего на неделю, пока не получу должность.
— Я за эту неделю загремлю в психушку.
— Этот риск для нас обоих я тоже не исключаю. Ты тоже, знаешь ли, не подарок, Каркуша.
— Вот! Видишь! Мы с тобой созданы жить раздельно! — взываю к его здравому смыслу, но Андрей лишь качает головой.
— Именно поэтому сейчас тебе придется прикинуться моей женой. Терпим друг друга неделю, я получаю должность, а потом снова забываем друг о друге, но уже насовсем. Если отказываешься, я останусь и устрою тебе в отделе ад. Что скажешь?
Скажу, что идея ужасная, потому что или я вляпаюсь в бывшего мужа по новой, или прибью. Но хуже всего, что мне как-то надо спрятать сына. Его сына, о котором он не знает.

— Ты кто? — малявка в моем кресле щурится так, будто у нее в роду одни кгбшники до седьмого колена.
— Начальник я, — хмыкаю ей в тон.
— Попусь показы! — приказывает командным тоном.
— Больше тебе ничего не показать, мелочь? — фыркаю в полном шоке.
— Что, нету попуська? Тогда пашполт можно, — снисходительно кивает.
Можно подумать она читать умеет, ага…
Но девочка по-своему растолковывает мое молчание и тут же напевает на веселый мотив:
— Пашполта нету? Гони монету! Монеты нет, иди в тюльму!

Я мог бы сразу догадаться чья это дочь. На свете есть лишь одна женщина, способная довести меня до белого каления. И сейчас нам снова придется вместе работать. Кстати, а кто отец этой рыжей малявки?

— Да, Света, ты не единственная, кто занимает моё сердце, — мороз пробежал по коже от равнодушного, холодного тона мужа. Ашир поправлял манжеты своей рубашки, теряя ко мне всякий интерес, будто я его и не ловила на измене.

— И как долго продолжается эта ложь? — спросила сквозь сдавленное дыхание.

— Давай без подробностей. Знай, Ифакат — моя женщина!

— Твоя… Женщина? Но мы женаты, Ашир! — выдавила из себя глухо.

— Меня хватит на вас обеих, — произнёс супруг, кривя губы в жестокой ухмылке. — Цени!

— Чем заслужила твоя любовница цепочку твоей матери, которую ты хранил для той, кого по-настоящему любишь?

Муж смотрел на меня свысока, его глаза потускнели, приобретая стальной оттенок:

— Тебе ещё не очевидно? Думал, ты сообразительнее. Она точно такая же моя женщина, как и ты! Умейте обе уживаться и всем делиться, включая мою любовь.

Ты не приехал, доктор Суворов. Я рожала твоего ребенка — тяжело, страшно, под ножом хирурга, — а ты был занят. Очень занят.
Я смутно помню что произошло дальше...Потому что это страшно!
А потом пришла твоя мать и бросила мне конверт с деньгами. Сказала — езжай в свою деревню, дочерей тебе никто не отдаст, ты больная на голову. Развод уже оформлен.
Я вышла из роддома одна. С жалкой сумкой. Мимо счастливых мамочек с кульками.
А теперь ты сходишь с ума и умоляешь вернуться? Поздно, Николай. Такое не прощают и шансов не дают!
Но жизнь умеет делать разные сюрпризы. И однажды мы встретимся. Однажды наша жизнь вывернется наизнанку.