Книги по тегу «бывшие»: ""
- Вы ждёте мужа? – говорит незнакомая девушка с ямочками на щеках, - Он не придёт. Ваш Егор был со мной. Он со мной спал. Спит.
- Что?
- Вы всё слышали и всё поняли Тамара Михайловна.
Да, я всё слышала и всё поняла.
Я очень сильно любила мужа, была уверена, что и он тоже.
Но одна случайная встреча всё изменила.
Мы развелись. Я не смогла простить.
Я не умерла, не впала в депрессию, не закрылась. Я пошла дальше. Встретила нового мужчину, вышла замуж. Я была уверена, что снова стала счастливой.
Пока не столкнулась один на один с прошлым, в котором остались вопросы…
- Коротаем мы ночи длинные нелюбимые с нелюбимыми…
- Что?
- Вы всё слышали и всё поняли Тамара Михайловна.
Да, я всё слышала и всё поняла.
Я очень сильно любила мужа, была уверена, что и он тоже.
Но одна случайная встреча всё изменила.
Мы развелись. Я не смогла простить.
Я не умерла, не впала в депрессию, не закрылась. Я пошла дальше. Встретила нового мужчину, вышла замуж. Я была уверена, что снова стала счастливой.
Пока не столкнулась один на один с прошлым, в котором остались вопросы…
- Коротаем мы ночи длинные нелюбимые с нелюбимыми…
— Да, Света, ты не единственная, кто занимает моё сердце, — мороз пробежал по коже от равнодушного, холодного тона мужа. Ашир поправлял манжеты своей рубашки, теряя ко мне всякий интерес, будто я его и не ловила на измене.
— И как долго продолжается эта ложь? — спросила сквозь сдавленное дыхание.
— Давай без подробностей. Знай, Ифакат — моя женщина!
— Твоя… Женщина? Но мы женаты, Ашир! — выдавила из себя глухо.
— Меня хватит на вас обеих, — произнёс супруг, кривя губы в жестокой ухмылке. — Цени!
— Чем заслужила твоя любовница цепочку твоей матери, которую ты хранил для той, кого по-настоящему любишь?
Муж смотрел на меня свысока, его глаза потускнели, приобретая стальной оттенок:
— Тебе ещё не очевидно? Думал, ты сообразительнее. Она точно такая же моя женщина, как и ты! Умейте обе уживаться и всем делиться, включая мою любовь.
— И как долго продолжается эта ложь? — спросила сквозь сдавленное дыхание.
— Давай без подробностей. Знай, Ифакат — моя женщина!
— Твоя… Женщина? Но мы женаты, Ашир! — выдавила из себя глухо.
— Меня хватит на вас обеих, — произнёс супруг, кривя губы в жестокой ухмылке. — Цени!
— Чем заслужила твоя любовница цепочку твоей матери, которую ты хранил для той, кого по-настоящему любишь?
Муж смотрел на меня свысока, его глаза потускнели, приобретая стальной оттенок:
— Тебе ещё не очевидно? Думал, ты сообразительнее. Она точно такая же моя женщина, как и ты! Умейте обе уживаться и всем делиться, включая мою любовь.
СКОРО ФИНАЛ!!! — Одумайся, Аня! — рычит муж, встряхивая меня как куклу. — Не разрушай семью. У нас же сын растет! Ему нужен отец!
— О сыне надо было думать раньше. Когда тащил в койку похотливую вертихвостку с мозгами контуженной канарейки.
— Это было всего один раз! И больше не повторится
— И что? Хочешь сказать, один раз — не ловелас? Нет, это так не работает. В тот момент, когда ты дотронулся до левой бабы, ты разрушил нашу семью. И веры тебе больше нет. Я требую развод, Градский. И я его добьюсь. Любой ценой.
— Вот так значит, да, любимая? Отказываешься от меня? Рушишь семью? Смотри, пожалеешь же. Я наизнанку вывернусь, но сделаю все, чтобы ты пожалела о разводе.
Мы были в браке десять лет. И почти столько же находимся в разводе. Единственное, что нас объединяет с Ярославом — опека над несовершеннолетним сыном.
Самое большое мое желание: никогда не видеть бывшего мужа. А он внезапно загорается дикой идеей меня вернуть и переворачивает мою жизнь с ног на голову.
— О сыне надо было думать раньше. Когда тащил в койку похотливую вертихвостку с мозгами контуженной канарейки.
— Это было всего один раз! И больше не повторится
— И что? Хочешь сказать, один раз — не ловелас? Нет, это так не работает. В тот момент, когда ты дотронулся до левой бабы, ты разрушил нашу семью. И веры тебе больше нет. Я требую развод, Градский. И я его добьюсь. Любой ценой.
— Вот так значит, да, любимая? Отказываешься от меня? Рушишь семью? Смотри, пожалеешь же. Я наизнанку вывернусь, но сделаю все, чтобы ты пожалела о разводе.
Мы были в браке десять лет. И почти столько же находимся в разводе. Единственное, что нас объединяет с Ярославом — опека над несовершеннолетним сыном.
Самое большое мое желание: никогда не видеть бывшего мужа. А он внезапно загорается дикой идеей меня вернуть и переворачивает мою жизнь с ног на голову.
— Нам нужна помощь, Саш…
Первый раз за два года я пришла к бывшему, переступив через гордость. На руках у меня его сын, которого он видит первый раз в жизни. И я не могу позволить, чтобы мой ребёнок голодал, пока его отец как сыр в масле катается.
Я осталась без жилья и средств к существованию. И мой сын имеет право хотя бы на частичку того, что каждый день достаётся маленькой принцессе, выглядывающей из-за плеча отца.
— Кто это, пап? — интересуется девочка лет восьми, оглядывая нас с несвойственным её возрасту высокомерием.
— Похоже, твоя новая гувернантка, — хмыкает бывший.
***
Два года назад я доверилась ему, подарила всю себя без остатка в доказательство своей бесконечной любви. А он…
А утром он признался, что у него есть дочь и гражданская жена. Его всё устраивает, а я просто его незакрытый гештальт…
Первый раз за два года я пришла к бывшему, переступив через гордость. На руках у меня его сын, которого он видит первый раз в жизни. И я не могу позволить, чтобы мой ребёнок голодал, пока его отец как сыр в масле катается.
Я осталась без жилья и средств к существованию. И мой сын имеет право хотя бы на частичку того, что каждый день достаётся маленькой принцессе, выглядывающей из-за плеча отца.
— Кто это, пап? — интересуется девочка лет восьми, оглядывая нас с несвойственным её возрасту высокомерием.
— Похоже, твоя новая гувернантка, — хмыкает бывший.
***
Два года назад я доверилась ему, подарила всю себя без остатка в доказательство своей бесконечной любви. А он…
А утром он признался, что у него есть дочь и гражданская жена. Его всё устраивает, а я просто его незакрытый гештальт…
Меня похитили прямо у ворот особняка, где должна состояться свадьба подруги. Вместо церемонии я оказалась на заднем сидении дорогой черной машины.
А за рулем был мужчина, которого я ненавидела всем сердцем.
Мой бывший.
— Ты с ума сошел?!
— Поздно спрашивать, рыжик, — усмехнулся он, показав идеальные белые зубы.
— Что тебе нужно?
— Жена.
Я чуть не задохнулась.
— Фиктивная, — уточнил он. — Ты подходишь.
Я была готова сбежать из движущейся машины, лишь бы не иметь дел с мерзавцем-бывшим. Но тогда я даже не знала, что похищение — это только цветочки…
А за рулем был мужчина, которого я ненавидела всем сердцем.
Мой бывший.
— Ты с ума сошел?!
— Поздно спрашивать, рыжик, — усмехнулся он, показав идеальные белые зубы.
— Что тебе нужно?
— Жена.
Я чуть не задохнулась.
— Фиктивная, — уточнил он. — Ты подходишь.
Я была готова сбежать из движущейся машины, лишь бы не иметь дел с мерзавцем-бывшим. Но тогда я даже не знала, что похищение — это только цветочки…
Ты не приехал, доктор Суворов. Я рожала твоего ребенка — тяжело, страшно, под ножом хирурга, — а ты был занят. Очень занят.
Я смутно помню что произошло дальше...Потому что это страшно!
А потом пришла твоя мать и бросила мне конверт с деньгами. Сказала — езжай в свою деревню, дочерей тебе никто не отдаст, ты больная на голову. Развод уже оформлен.
Я вышла из роддома одна. С жалкой сумкой. Мимо счастливых мамочек с кульками.
А теперь ты сходишь с ума и умоляешь вернуться? Поздно, Николай. Такое не прощают и шансов не дают!
Но жизнь умеет делать разные сюрпризы. И однажды мы встретимся. Однажды наша жизнь вывернется наизнанку.
Я смутно помню что произошло дальше...Потому что это страшно!
А потом пришла твоя мать и бросила мне конверт с деньгами. Сказала — езжай в свою деревню, дочерей тебе никто не отдаст, ты больная на голову. Развод уже оформлен.
Я вышла из роддома одна. С жалкой сумкой. Мимо счастливых мамочек с кульками.
А теперь ты сходишь с ума и умоляешь вернуться? Поздно, Николай. Такое не прощают и шансов не дают!
Но жизнь умеет делать разные сюрпризы. И однажды мы встретимся. Однажды наша жизнь вывернется наизнанку.
— Ты меня не простила? Жалеешь о прошедшей ночи? — он решительно сел в кровати, даже не делая попытки прикрыть наготу.
— Я ни о чем не жалею, это была шикарная ночь, — спокойно произнесла Марина, — шикарный секс. Спасибо тебе за него. Но я изначально не предполагала продолжения…
Шведов вскочил и мигом оказался рядом с ней, навис над ней грудой мышц и зло сверкал глазами.
— Так вот что это для тебя было. Просто секс? — рыкнул он. — Твою мать, Марина, я же люблю тебя!
— Не нужно, Сереж, — покачала она головой, заглядывая в невероятно синие глаза. — Наши отношения в прошлом. В далеком прошлом. Я уже не та Марина, что прежде. Вполне возможно, такая я тебе вообще противна будет, так что не бросайся громкими фразами.
— Я ни о чем не жалею, это была шикарная ночь, — спокойно произнесла Марина, — шикарный секс. Спасибо тебе за него. Но я изначально не предполагала продолжения…
Шведов вскочил и мигом оказался рядом с ней, навис над ней грудой мышц и зло сверкал глазами.
— Так вот что это для тебя было. Просто секс? — рыкнул он. — Твою мать, Марина, я же люблю тебя!
— Не нужно, Сереж, — покачала она головой, заглядывая в невероятно синие глаза. — Наши отношения в прошлом. В далеком прошлом. Я уже не та Марина, что прежде. Вполне возможно, такая я тебе вообще противна будет, так что не бросайся громкими фразами.
Пять лет назад он разбил мне сердце и исчез без объяснений. Я уехала в другую страну, с головой ушла в учёбу и убедила себя, что давно его забыла.
У судьбы, как выяснилось, отвратительное чувство юмора.
Стоило мне влипнуть в неприятности на границе, как среди пограничников оказался он. Мой бывший. Тот, кто вычеркнул меня из жизни. Теперь он мой спаситель, а я вынуждена жить у него, пока буря не утихнет.
Оказывается, ключ от моего сердца не потерян. Он всё это время был у него. И сейчас этот наглец упорно взламывает ржавый замок.
У судьбы, как выяснилось, отвратительное чувство юмора.
Стоило мне влипнуть в неприятности на границе, как среди пограничников оказался он. Мой бывший. Тот, кто вычеркнул меня из жизни. Теперь он мой спаситель, а я вынуждена жить у него, пока буря не утихнет.
Оказывается, ключ от моего сердца не потерян. Он всё это время был у него. И сейчас этот наглец упорно взламывает ржавый замок.
— Что скажет твой лучший друг, когда узнает, что ты спишь с его женой? — удивительно спокойно спрашиваю я, наблюдая за парочкой, которая устроилась на моем супружеском ложи.
— Ничего, — без эмоций отвечает муж, вставая с кровати и натягивая штаны. — Ведь он ничего не узнает. Мы с Олей просто... — щелкает пальцами, подбирает слова, — ...отключились от реальности ненадолго! Нам обоим нужна была разрядка.
— Разрядка? Какая еще к черту разрядка?!
— Алиса, не ворчи, а? — Кирилл щурится, будто звук моего голоса причиняет боль. — Я хирург. Держу в своих руках чужие сердца. Ты даже не представляешь, с каким напряжением я борюсь каждый день. Мне нужна постоянная профилактика стресса.
— А я тебе для "профилактики" не подходила? — мотаю головой, поражаясь цинизму Кирилла.
— Подходила, — все также равнодушно заявляет муж, — когда подходила. Но ты же не можешь быть всегда под рукой.
Я вообще больше не собиралась находиться с Кириллом рядом.
— Ничего, — без эмоций отвечает муж, вставая с кровати и натягивая штаны. — Ведь он ничего не узнает. Мы с Олей просто... — щелкает пальцами, подбирает слова, — ...отключились от реальности ненадолго! Нам обоим нужна была разрядка.
— Разрядка? Какая еще к черту разрядка?!
— Алиса, не ворчи, а? — Кирилл щурится, будто звук моего голоса причиняет боль. — Я хирург. Держу в своих руках чужие сердца. Ты даже не представляешь, с каким напряжением я борюсь каждый день. Мне нужна постоянная профилактика стресса.
— А я тебе для "профилактики" не подходила? — мотаю головой, поражаясь цинизму Кирилла.
— Подходила, — все также равнодушно заявляет муж, — когда подходила. Но ты же не можешь быть всегда под рукой.
Я вообще больше не собиралась находиться с Кириллом рядом.
— А я тогда кто, Глеб? Кто я, если ты называешь женой ту, что только что выбежала из бани голая, будто ничего не стесняется?
В его глазах вспыхивает раздражение.
— Хочешь знать всю правду — пожалуйста. Ты в прошлом, а этот дом… я купил для неё. Чтобы она растила моих детей. Машину я тоже купил ей. И сегодня мы как раз отмечали новоселье. Ты вовремя.
Я смотрю на него, и эти слова как будто не складываются в смысл. Они слишком чудовищны.
— Ты мне изменил… — выговариваю я с трудом.
— Я не изменял, — перебивает он. — Я занимался с ней любовью. И знаешь, тебе этого не понять. Ведь тебя я давно уже не люблю.
Глеб кладет руку ей на талию. Легко, привычно. Так, будто делал это уже не раз.
А потом продолжает:
— А теперь знаешь что? Катись обратно в свою деревню. Мне осточертели твои больницы, твои бесконечные анализы, твои наивные надежды. У меня скоро свадьба с другой. И поверь мне: о ней будет говорить не просто Москва – о ней заговорит вся страна!
В его глазах вспыхивает раздражение.
— Хочешь знать всю правду — пожалуйста. Ты в прошлом, а этот дом… я купил для неё. Чтобы она растила моих детей. Машину я тоже купил ей. И сегодня мы как раз отмечали новоселье. Ты вовремя.
Я смотрю на него, и эти слова как будто не складываются в смысл. Они слишком чудовищны.
— Ты мне изменил… — выговариваю я с трудом.
— Я не изменял, — перебивает он. — Я занимался с ней любовью. И знаешь, тебе этого не понять. Ведь тебя я давно уже не люблю.
Глеб кладет руку ей на талию. Легко, привычно. Так, будто делал это уже не раз.
А потом продолжает:
— А теперь знаешь что? Катись обратно в свою деревню. Мне осточертели твои больницы, твои бесконечные анализы, твои наивные надежды. У меня скоро свадьба с другой. И поверь мне: о ней будет говорить не просто Москва – о ней заговорит вся страна!
Выберите полку для книги