Книги по тегу «властный герой»: ""
— О чем задумалась?
— О том, как я боялась вас в первый раз.
— И правильно делала. Мы — чудовища.
— Мои чудовища.
— Навсегда?
— Навсегда.
— О том, как я боялась вас в первый раз.
— И правильно делала. Мы — чудовища.
— Мои чудовища.
— Навсегда?
— Навсегда.
— Я здесь не ради веселья, а чтобы помочь своей дочери! — говорю я.
— Ее матери стоит следить за ней получше, — резко отвечает строгая соседка.
— Ее мать погибла, — произношу, глядя на хозяйку исподлобья; только крепкая выдержка и вымуштрованное годами службы спокойствие помогают мне выйти из этой ситуации с честью.
Я – отец - одиночка. Живу только ради дочери. Рядом с нами селятся две молодые женщины, сестры-близняшки. Одна нормальная, а вторая – мегера. Но ей простительно, она научный сотрудник. Вот только кто бы мог подумать, что судьба будет настолько жестока ко мне, что именно со второй мне придется общаться чаще всего.
А что если это судьба? Не дай бог…
— Ее матери стоит следить за ней получше, — резко отвечает строгая соседка.
— Ее мать погибла, — произношу, глядя на хозяйку исподлобья; только крепкая выдержка и вымуштрованное годами службы спокойствие помогают мне выйти из этой ситуации с честью.
Я – отец - одиночка. Живу только ради дочери. Рядом с нами селятся две молодые женщины, сестры-близняшки. Одна нормальная, а вторая – мегера. Но ей простительно, она научный сотрудник. Вот только кто бы мог подумать, что судьба будет настолько жестока ко мне, что именно со второй мне придется общаться чаще всего.
А что если это судьба? Не дай бог…
Он отобрал у меня всё: имя, дом, достоинство. Мой муж, моя истинная пара, хладнокровно бросил меня на растерзание толпе. Униженная, растоптанная тем, кого любила больше жизни, я должна была исчезнуть. Но я выжила! Собрала себя по осколкам и начала новую жизнь! Однако стоило мне сделать первый уверенный шаг, как он появился вновь.
Думает, что может всё исправить? Наивный...
Думает, что может всё исправить? Наивный...
Два года назад Марина оставила в Греции не только море и солнце. Она оставила там девятнадцатилетнего Платона - сына своей лучшей подруги. Ту запретную любовь, после которой она клялась забыть всё.
Теперь у неё спокойная жизнь, достойный жених, планы на свадьбу. Она почти научилась не вспоминать. Почти.
Но в её офисе появляется новый сотрудник. Молодой, дерзкий, невыносимо красивый. И от его взгляда у неё подкашиваются колени, а тело предательски жаждет его прикосновений.
Теперь у неё есть два месяца до свадьбы. Жених, который её не слышит. Подруга, которая молчит о сыне. И любовник, который готов перевернуть её жизнь.
Но какой ценой?
Теперь у неё спокойная жизнь, достойный жених, планы на свадьбу. Она почти научилась не вспоминать. Почти.
Но в её офисе появляется новый сотрудник. Молодой, дерзкий, невыносимо красивый. И от его взгляда у неё подкашиваются колени, а тело предательски жаждет его прикосновений.
Теперь у неё есть два месяца до свадьбы. Жених, который её не слышит. Подруга, которая молчит о сыне. И любовник, который готов перевернуть её жизнь.
Но какой ценой?
Руки блуждают по моей спине, требовательно вжимая меня всё ближе. Теплый воздух обжигает кожу, его откровенный, пропитанный желанием шепот проходится по самому уху:
— Какая же ты... Иди ко мне, — хрипло выдыхает он.
Его горячие ладони скользят ниже, притягивая меня вплотную к крепкому телу, и я окончательно растворяюсь в этом сумасшествии. Это неправильно. Аморально. Так категорически нельзя. Но к черту праведность — именно сейчас мне можно абсолютно всё.
Губы обжигают шею, задевают мочку уха, и снова этот сводящий с ума жаркий шепот, от которого по позвоночнику бьет током:
— Плавишься в моих руках... Хочешь, чтобы я зашел дальше?
Только не спрашивай. Не надо меня ни о чем спрашивать, я обдумаю все эти последствия потом... Такое искрящееся напряжение нельзя разрушать словами и лишними вопросами.
И тут прямо за моей спиной
— И что за закрытое представление вы тут устроили без меня? — раздается позади низкий, гортанный и опасно тягучий голос.
— Какая же ты... Иди ко мне, — хрипло выдыхает он.
Его горячие ладони скользят ниже, притягивая меня вплотную к крепкому телу, и я окончательно растворяюсь в этом сумасшествии. Это неправильно. Аморально. Так категорически нельзя. Но к черту праведность — именно сейчас мне можно абсолютно всё.
Губы обжигают шею, задевают мочку уха, и снова этот сводящий с ума жаркий шепот, от которого по позвоночнику бьет током:
— Плавишься в моих руках... Хочешь, чтобы я зашел дальше?
Только не спрашивай. Не надо меня ни о чем спрашивать, я обдумаю все эти последствия потом... Такое искрящееся напряжение нельзя разрушать словами и лишними вопросами.
И тут прямо за моей спиной
— И что за закрытое представление вы тут устроили без меня? — раздается позади низкий, гортанный и опасно тягучий голос.
Муж попросил защищать его любовницу в суде, не надеясь, что узнаю их грязный секрет.
- Как все прошло? – разместился в моем кресле и довольно улыбнулся. – Очередная победа?
- Твоя любовница не заключена под стражу… - кидаю сумку на стол и отхожу к панорамному окну. – Не утруждайся. На развод уже подала. Мои адвокаты уже скинули необходимые документы на твою почту.
Должна похвалить себя за выдержку, но и она трещит по швам.
- Почему ты выбрал меня? Адвокатов других не нашлось?
- Спасти от тюрьмы могла только ты. Ей бы грозил приличный срок, но у нас иные планы. Мария носит моего сына. Развод состоится на моих условиях. Через пару месяцев, а после я уйду к ней и построю новую семью. Я еще долго продержался. Мужика ты отхватила видного. Не счесть, сколько соблазнов встречал за два десятилетия. В итоге не устоял.
Подала на развод и сожгла все мосты, но через пять лет мы встречаемся вновь, и бывший замечает моего маленького сына.
- Как все прошло? – разместился в моем кресле и довольно улыбнулся. – Очередная победа?
- Твоя любовница не заключена под стражу… - кидаю сумку на стол и отхожу к панорамному окну. – Не утруждайся. На развод уже подала. Мои адвокаты уже скинули необходимые документы на твою почту.
Должна похвалить себя за выдержку, но и она трещит по швам.
- Почему ты выбрал меня? Адвокатов других не нашлось?
- Спасти от тюрьмы могла только ты. Ей бы грозил приличный срок, но у нас иные планы. Мария носит моего сына. Развод состоится на моих условиях. Через пару месяцев, а после я уйду к ней и построю новую семью. Я еще долго продержался. Мужика ты отхватила видного. Не счесть, сколько соблазнов встречал за два десятилетия. В итоге не устоял.
Подала на развод и сожгла все мосты, но через пять лет мы встречаемся вновь, и бывший замечает моего маленького сына.
Мой Андрей. Мой муж. Моё надёжное плечо. В этой чужой квартире, в этом уродливом новомодном доме. С этой женщиной.
— Ева, послушай… — говорит он, делая шаг ко мне.
— Не подходи.
Мой голос звучит остро, как лезвие бритвы. Мне кажется, если он сделает ещё хотя бы шаг, я вцеплюсь ему в горло.
Наверное, Андрей чувствует эту невысказанную угрозу, потому что останавливается.
Блондинка переводит взгляд с него на меня.
Раздражение в её глазах постепенно сменяется растерянностью.
— Это кто, Андрей?.. — спрашивает она.
Я смотрю только на мужа, жду, что он ответит. Но он молчит. Трус. Господи, какой же он трус!
— Это кто? — повторяет любовница уже громче.
И тогда я отвечаю сама:
— Жена. Я его жена.
— Ева, послушай… — говорит он, делая шаг ко мне.
— Не подходи.
Мой голос звучит остро, как лезвие бритвы. Мне кажется, если он сделает ещё хотя бы шаг, я вцеплюсь ему в горло.
Наверное, Андрей чувствует эту невысказанную угрозу, потому что останавливается.
Блондинка переводит взгляд с него на меня.
Раздражение в её глазах постепенно сменяется растерянностью.
— Это кто, Андрей?.. — спрашивает она.
Я смотрю только на мужа, жду, что он ответит. Но он молчит. Трус. Господи, какой же он трус!
— Это кто? — повторяет любовница уже громче.
И тогда я отвечаю сама:
— Жена. Я его жена.
Неуклюжая, пышная и вечная «сама неловкость» Алина приезжает в отпуск развеяться после развода — и в первый же день падает на пляже прямо перед бывшим свёкром Виктором и его лучшим другом Марком. Тот самый Виктор, который когда-то смотрел сквозь неё с ледяным презрением, теперь не сводит глаз, а остроумный Марк с первой минуты готов подхватывать каждое её падение. Одна ночь стирает границы прошлого, и Алина оказывается между двумя мужчинами.
— Александра Дмитриевна, Кирилл Сергеевич уехал.
— Куда?
— На объект.
— На какой?
Лена замешкалась.
— Сейчас уточню.
Она нырнула в телефон. Я смотрела на её макушку и понимала, что Лена сейчас будет врать, и понимала это не потому что я провидец, а потому что Лена работает у Кирилла четыре года и я знаю её всю эту жирную офисную мимику.
Лена положила трубку.
— Он на Новой Риге. Объект почти сдаётся, поехал смотреть.
Новая Рига. На Новой Риге у нас дом. Большой. Загородный. Куда мы ездим летом и по выходным, когда хочется тишины.
Зимой мы туда не ездим.
— Хорошо.
Я вышла, села в машину и сказала Михаилу:
— На Новую Ригу. К дому.
— Куда?
— На объект.
— На какой?
Лена замешкалась.
— Сейчас уточню.
Она нырнула в телефон. Я смотрела на её макушку и понимала, что Лена сейчас будет врать, и понимала это не потому что я провидец, а потому что Лена работает у Кирилла четыре года и я знаю её всю эту жирную офисную мимику.
Лена положила трубку.
— Он на Новой Риге. Объект почти сдаётся, поехал смотреть.
Новая Рига. На Новой Риге у нас дом. Большой. Загородный. Куда мы ездим летом и по выходным, когда хочется тишины.
Зимой мы туда не ездим.
— Хорошо.
Я вышла, села в машину и сказала Михаилу:
— На Новую Ригу. К дому.
— Ребенка мне родит другая, — заявляет муж, — Можешь, не переживать, с тебя эта супружеская обязанность снимается.
— Что, прости? — моргаю, все еще плохо соображаю после того, как несколько часов проплакала над очередным тестом с одной полоской. Гинеколог без ребенка — это как сапожник без сапог.
— Я все думал, как тебе рассказать "новость" и решил, что сейчас лучший момент, чтобы сообщить тебе, что Кристина беременна. Мы с ней сошлись не только по работе, если ты понимаешь, о чем я, — довольно ухмыляется муж. — В общем, она залетела без всяких проблем. Значит, дело точно не во мне.
Туго соображаю... очень туго. Но главное понимаю, что у моего мужа есть любовница... беременная любовница.
— Эй, да не переживай ты так. Ну не получилось у нас ребеночка заделать, значит, не судьба. От этого я меньше тебя любить не буду. И вообще, думаю, Кристина позволит тебе понянчиться с нашим сыном! Второй мамой ему ты, конечно, не станешь, но свой материнский инстинкт сможешь удовлетворить:
— Что, прости? — моргаю, все еще плохо соображаю после того, как несколько часов проплакала над очередным тестом с одной полоской. Гинеколог без ребенка — это как сапожник без сапог.
— Я все думал, как тебе рассказать "новость" и решил, что сейчас лучший момент, чтобы сообщить тебе, что Кристина беременна. Мы с ней сошлись не только по работе, если ты понимаешь, о чем я, — довольно ухмыляется муж. — В общем, она залетела без всяких проблем. Значит, дело точно не во мне.
Туго соображаю... очень туго. Но главное понимаю, что у моего мужа есть любовница... беременная любовница.
— Эй, да не переживай ты так. Ну не получилось у нас ребеночка заделать, значит, не судьба. От этого я меньше тебя любить не буду. И вообще, думаю, Кристина позволит тебе понянчиться с нашим сыном! Второй мамой ему ты, конечно, не станешь, но свой материнский инстинкт сможешь удовлетворить:
Выберите полку для книги