Книги по тегу «властный герой»: ""
Голова кружилась. От падения, от стыда, от этого пьянящего, запретного напряжения. Разум кричал, что это безумие. Но отчаяние и вихрь эмоций оказались сильнее.
- Константин Андреевич, - тихо позвала я.
Он облизывал взглядом вырез моей блузки, а я рассматривала его подрагивающие ресницы. Мысли куда-то утекали, и я почти забыла о чем мы говорили. Попыталась вдохнуть, чтоб собрать разбегающиеся слова в предложение. Врожденная ответственность помогла собраться. Правда не совсем так, как хотелось.
- Ммм, - промычал босс, не отрываясь от своего занятия.
Это в конец отрезвило меня. А плевать, была не была!
- Женись на мне, босс! - выпалила я, сама не веря, что произнесла это. Быстро, на одном дыхании.
Он не засмеялся. Не оттолкнул. Не спросил «Что?». Вообще никакой реакции. Секунда, другая…
- Согласен, - выдохнул он наконец.
И прежде чем я успела осознать, его губы грубо и властно обрушились на мои.
- Константин Андреевич, - тихо позвала я.
Он облизывал взглядом вырез моей блузки, а я рассматривала его подрагивающие ресницы. Мысли куда-то утекали, и я почти забыла о чем мы говорили. Попыталась вдохнуть, чтоб собрать разбегающиеся слова в предложение. Врожденная ответственность помогла собраться. Правда не совсем так, как хотелось.
- Ммм, - промычал босс, не отрываясь от своего занятия.
Это в конец отрезвило меня. А плевать, была не была!
- Женись на мне, босс! - выпалила я, сама не веря, что произнесла это. Быстро, на одном дыхании.
Он не засмеялся. Не оттолкнул. Не спросил «Что?». Вообще никакой реакции. Секунда, другая…
- Согласен, - выдохнул он наконец.
И прежде чем я успела осознать, его губы грубо и властно обрушились на мои.
— Ах, простите, — прижимаю руку к груди в жесте пародийного раскаяния. — В следующий раз, когда ваш ребенок просунет любопытный нос в мой двор и спросит про «вкусняшки», я строго отвечу: «Нет, девочка, извини. Твой папа, похожий на угрюмого викинга, запрещает мне проявлять элементарную человеческую доброту». Так вас устроит?
❤❤❤
Этот мужлан думал, что я буду лепетать извинения. Но после того, как меня вышвырнули из собственной жизни, я решила больше никому не позволять себя унижать. Особенно невыносимому, до зубовного скрежета привлекательному соседу. Он объявил мне войну. Что ж, пекарь на тропе войны — это вам не шутки. Особенно когда на кону моя мечта...
❤❤❤
Этот мужлан думал, что я буду лепетать извинения. Но после того, как меня вышвырнули из собственной жизни, я решила больше никому не позволять себя унижать. Особенно невыносимому, до зубовного скрежета привлекательному соседу. Он объявил мне войну. Что ж, пекарь на тропе войны — это вам не шутки. Особенно когда на кону моя мечта...
– Меня зовут Кристина. Я... – она глубоко вздыхает и выпаливает: – Я встречаюсь с вашим мужем почти год. И я беременна от него.
Время останавливается. Ее слова повисают в воздухе, как ядовитый газ. Я смотрю на нее, но вижу только размытое пятно. В ушах звенит.
– Извините, – продолжает она, принимая мое молчание за шок. – Я знаю, это ужасно. Но он... он не отвечает на мои звонки уже неделю. А я на третьем месяце, и мне нужно знать, что делать дальше.
Время останавливается. Ее слова повисают в воздухе, как ядовитый газ. Я смотрю на нее, но вижу только размытое пятно. В ушах звенит.
– Извините, – продолжает она, принимая мое молчание за шок. – Я знаю, это ужасно. Но он... он не отвечает на мои звонки уже неделю. А я на третьем месяце, и мне нужно знать, что делать дальше.
Он швырнул конверт мне в лицо. Бумага больно хлестнула по щеке. Я медленно подняла голову от книги. Внутри все дрожало, каждая клеточка кричала от страха, годами вбитая в подкорку. Но я помнила слова Максима.
«Не вскакивай. Не отшатывайся. Сохраняй позу. Ты в безопасности».
— Ты что, оглохла? — он подошел вплотную, загораживая свет. От него пахло перегаром и потом. — Развод? Лишение прав? Это твои потуги, стерва?
Он схватил со стола первую попавшуюся тарелку и с размаху швырнул ее в стену. Фарфор разлетелся с оглушительным треском. Осколки дождем посыпались на пол.
— Всю жизнь тебе отдал! А ты… ты в суд подаешь! С жиру бесишься!
«Не вскакивай. Не отшатывайся. Сохраняй позу. Ты в безопасности».
— Ты что, оглохла? — он подошел вплотную, загораживая свет. От него пахло перегаром и потом. — Развод? Лишение прав? Это твои потуги, стерва?
Он схватил со стола первую попавшуюся тарелку и с размаху швырнул ее в стену. Фарфор разлетелся с оглушительным треском. Осколки дождем посыпались на пол.
— Всю жизнь тебе отдал! А ты… ты в суд подаешь! С жиру бесишься!
Её выбросили. Как мусор. В метель.
В ту ночь Таня потеряла всё: мужа, дом, веру в себя. Одно ледяное слово — «бесполезная» — стало ей приговором. Спасение пришло оттуда, откуда не ждал никто: из окна чужой дорогой машины.
В ту ночь Таня потеряла всё: мужа, дом, веру в себя. Одно ледяное слово — «бесполезная» — стало ей приговором. Спасение пришло оттуда, откуда не ждал никто: из окна чужой дорогой машины.
— Значит, всё же решилась? — придя в себя, спросил папа и, улыбнувшись, добавил: — Вот и умница. Скинь мне список, покажу его своим юристам и попрошу составить брачный контракт.
— Тебе не скину, — фыркнула я и, покачав головой, предупредила: — Никаких юристов, папа. Это соглашение мы заключим между собой, пропишем всё по пунктам и «поиграем» в семью.
— Поиграете? — нахмурился он.
Устав терпеть мои выходки, папуля нашёл мне жениха, помешанного на семейных ценностях.
Ждал, что, испугавшись замужества, я исправлюсь и займусь семейным делом, но он крупно просчитался… Я согласилась.
Грех упускать шикарную возможность позлить строгого родителя и подёргать за усы матёрого, богатого и крутого мужика. Он знал, на что шёл, так что пусть не жалуется.
Соглашаясь на брак, я могла вдоволь поиздеваться над самоуверенным выскочкой, решившим, что он готов управлять мной, моей жизнью и, судя по всему, ещё и папиным бизнесом.
Для него я не выглядела помехой, и именно это я собиралась исправить.
— Тебе не скину, — фыркнула я и, покачав головой, предупредила: — Никаких юристов, папа. Это соглашение мы заключим между собой, пропишем всё по пунктам и «поиграем» в семью.
— Поиграете? — нахмурился он.
Устав терпеть мои выходки, папуля нашёл мне жениха, помешанного на семейных ценностях.
Ждал, что, испугавшись замужества, я исправлюсь и займусь семейным делом, но он крупно просчитался… Я согласилась.
Грех упускать шикарную возможность позлить строгого родителя и подёргать за усы матёрого, богатого и крутого мужика. Он знал, на что шёл, так что пусть не жалуется.
Соглашаясь на брак, я могла вдоволь поиздеваться над самоуверенным выскочкой, решившим, что он готов управлять мной, моей жизнью и, судя по всему, ещё и папиным бизнесом.
Для него я не выглядела помехой, и именно это я собиралась исправить.
- Можно сфотографироваться? – повторяет он свой вопрос.
Красивый, холёный мужчина со стильным ёжиком и самодовольной ухмылкой.
И почему жизнь так несправедлива?! Главный хулиган школы стоит в дорогом белоснежном пальто, на запястье поблёскивают часы от Картье. Как из вредного задрота он превратился в респектабельного красавца?!
А я – краса и гордость школы, парюсь в ростовой кукле беспрерывно улыбающегося снеговика и всучиваю прохожим листовки с рекламой мороженого.
И зачем ему понадобилось фото со снеговиком?! Шёл бы себе мимо!
Машу ему руками, пытаясь показать, что нельзя. Но он понимает мои жесты, как согласие и достаёт айфон последней модели.
- А, можете, сделать лицо поумнее? – раскатисто смеётся над своей шуткой.- Прикольный костюмчик! Можно я посмотрю, что внутри? – мужчина бесцеремонно хватается за голову снеговика, тянет её вверх.
Сгибаю колено, как учил братишка, и бью мерзавца прямо в пах. Он отшатывается и, поскользнувшись, заваливается на спину, выронив свой телеф
Красивый, холёный мужчина со стильным ёжиком и самодовольной ухмылкой.
И почему жизнь так несправедлива?! Главный хулиган школы стоит в дорогом белоснежном пальто, на запястье поблёскивают часы от Картье. Как из вредного задрота он превратился в респектабельного красавца?!
А я – краса и гордость школы, парюсь в ростовой кукле беспрерывно улыбающегося снеговика и всучиваю прохожим листовки с рекламой мороженого.
И зачем ему понадобилось фото со снеговиком?! Шёл бы себе мимо!
Машу ему руками, пытаясь показать, что нельзя. Но он понимает мои жесты, как согласие и достаёт айфон последней модели.
- А, можете, сделать лицо поумнее? – раскатисто смеётся над своей шуткой.- Прикольный костюмчик! Можно я посмотрю, что внутри? – мужчина бесцеремонно хватается за голову снеговика, тянет её вверх.
Сгибаю колено, как учил братишка, и бью мерзавца прямо в пах. Он отшатывается и, поскользнувшись, заваливается на спину, выронив свой телеф
Сектор Джай живёт по простым правилам: женщины правят, мужчины служат, а энергия наслаждения - самая твёрдая валюта.
Макси - неудачница в этом мире чувственных пиров. Её медальон вечно пуст, долги растут, а тело не знает той самой «жемчужной росы», за которой гоняются все подруги.
В отчаянии она приходит в элитный бордель, где удовольствие - гарантированно!
Но что, если ключ к её чувственности не в искусных руках нежных эльфов, а в жёлтых глазах грубого кхандари-раба, который смотрит на неё так, будто она - его собственность?
Макси - неудачница в этом мире чувственных пиров. Её медальон вечно пуст, долги растут, а тело не знает той самой «жемчужной росы», за которой гоняются все подруги.
В отчаянии она приходит в элитный бордель, где удовольствие - гарантированно!
Но что, если ключ к её чувственности не в искусных руках нежных эльфов, а в жёлтых глазах грубого кхандари-раба, который смотрит на неё так, будто она - его собственность?
Бывший киллер осуждённый на пожизненный срок не мог даже предположить, что ему придется спасать из плена внучку начальника тюрьмы.
Он — воплощённая смерть. Все, к чему он прикасается превращается в прах. Его дар — его проклятье.
Она — телепатка с даром целительства. Ее прикосновения спасают жизни, а взгляд может поднять даже со смертного одра.
Эстер — единственная, к кому Сайфар, наследный принц Баллуанского престола, может прикоснуться и не убить…
Но, встретив свою долгожданную пару, он задает только один вопрос: «Сколько ты стоишь?»
----
Герой не белый и пушистый
Адекватная героиня
Иногда будет смешно, иногда возмутительно)
* Все книги цикла самостоятельны и читаются отдельно.
Внимание: герои не идеальны! Они совершают ошибки, как все нормальные люди. В книге рассматривается троп второго шанса, осознание своих поступков и становление личностей.
Она — телепатка с даром целительства. Ее прикосновения спасают жизни, а взгляд может поднять даже со смертного одра.
Эстер — единственная, к кому Сайфар, наследный принц Баллуанского престола, может прикоснуться и не убить…
Но, встретив свою долгожданную пару, он задает только один вопрос: «Сколько ты стоишь?»
----
Герой не белый и пушистый
Адекватная героиня
Иногда будет смешно, иногда возмутительно)
* Все книги цикла самостоятельны и читаются отдельно.
Внимание: герои не идеальны! Они совершают ошибки, как все нормальные люди. В книге рассматривается троп второго шанса, осознание своих поступков и становление личностей.
Выберите полку для книги