Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""

Пришла на родительское собрание, а оказалась в ловушке прошлого. Он. Максим. Тот самый, от чьих прикосновений когда-то кружилась голова. Судьба сыграла злую шутку, и вот нам двоим предстоит провести ночь наедине в актовом зале... за уборкой!
Одни. В пустой школе. Ночь. Тишина. И это пьянящее, забытое чувство, что вот сейчас… вот здесь… всё может начаться снова. Горячее, чем было тогда. Смелее. Отчаяннее. Эта ночь обещает быть долгой.
Что там насчет уборки?

Он: Она — дочь моего лучшего друга, но это лишь делает её ещё желаннее. Целый год я схожу по ней с ума. Из последних сил стараясь её игнорировать, вот только девчонка сама срывает все стоп-краны. Очень зря, моя куколка, эту ночь ты никогда не забудешь.

Она: Он друг моего отца, мой идеал, мой навязчивый сон. В свои двадцать я хранила себя для него, даже не понимая этого. Его властный взгляд, его сила сводят меня с ума. И я готова на все, чтобы его прикосновения из грёз стали явью.

- Ты никуда не пойдёшь, пока мы не получим желаемое! - хищно усмехаясь, говорит парень в кожаной куртке. - Отблагодари нас, крошка.
- Тише, - второй мужчина перехватывает меня, не дает пройти. - Что же ты, Олеся, по ночам одна разгуливаешь? Не знаешь, что с такими девочками случится может?

Незнакомцы спасли меня от изнасилования, а потом заставили провести с ними ночь в качестве благодарности.
На утро они исчезли, и я надеялась, что мы больше никогда не увидимся!
Но я встретила их в универе.
Плохиш и препод!
Я изо всех сил стараюсь забыть произошедшее...
Но они не позволяют.
И хотят продолжения.

#очень откровенно

Петербургский психолог Алина становится единственной отдушиной для анонимного клиента с идеальным голосом и безумными фантазиями. Его признания пугают и пленяют. Его подарки — алые розы и тревожные записки — приходят каждое утро. Она знает, что должна его бояться. Но как бояться того, чей голос звучит в твоих снах?

«— Доктор, я хочу кого-нибудь убить. И я буду думать о Вас всю ночь.»

Он уже близко. Готова ли ты услышать его голос?

Я уволила двух нахальных парней, а они мне решили за это отомстить. Но каким способом… Они похищают меня, чтобы преподать мне урок, только вот смогу ли я противостоять этим двум ненасытным мерзавцам.

– Вы ненормальные! Отпустите меня.
– Тебя нельзя отпускать к людям. Ты же злая, как будто у тебя не было мужчины 3 года. Или так и есть?
– Вы совсем оборзели? Похотливые придурки.
Говорю максимально злым голосом, от которого все мои подчиненные дрожали как осиновые листочки и мигом выполняли мои указания, но на них этот тон не действует – они смеются!
– Ты Молли, видимо, действительно хочешь пожёстче, раз не держишь свой прекрасный язычок за своими сексуальными губками, – говорит Алекс.
– Начнем? – обращается он тут же к Джону.

#ХЭ

— Встань на колени.
— Что?
— На колени вставай! Проверим, из-за чего там всё болит. Или у тебя принципы?
Я сглотнула.
В его голосе не было ни намёка на шутку. Только сухая профессиональная дерзость и что-то ещё — почти хищное.
— Это... обязательно?

Я — девятнадцатилетняя студентка, которая впервые решилась пойти к врачу. Он — мужчина за тридцать, с телом бойца и взглядом хищника, который не знает слова «нет» и привык брать то, что захочет.
Этот врач смеётся над моей наивностью, провоцирует, заводит, ставит на колени и доводит до дрожи одним только прикосновением. И самое страшное — я хочу ещё.

– И давно вы работаете в моей фирме? – в голосе шефа неприкрытая насмешка, когда он закидывает ногу на ногу. Амир Набиев – воплощение всего, что во мне вызывает отторжение в мужчинах.
– Полгода, – тихо бормочу, изо всех сил стараясь унять нарастающее раздражение. У меня нет другого выхода, кроме как унижаться и просить займ у компании.
– Полгода? И ты полагаешь, я должен поверить тебе на слово и выдать миллион рублей? – усмехается мерзавец.
Всё ясно. Нет смысла продолжать этот разговор.
– Стой! – раздается за спиной низкий, бархатистый голос, от которого по коже пробегают мурашки. – Тебе нужны деньги?
– Да, очень нужны, понимаете, у меня…
– Меня не интересует, зачем они тебе. У меня есть предложение.
– Предложение?
– Ты получишь всю сумму, безвозмездно. Но тебе придется отработать эти деньги, – чеканит он каждое слово, нависая надо мной.
– Я не совсем понимаю.
– Все проще простого. Мне нужна фальшивая невеста. И этой невестой будешь ты!

Незнакомец взглянул на меня так так, словно я была лишней на этом празднике жизни. Что ж, он был прав. Веселясь про себя, я отметила, как на лице мужчины мелькнуло недовольство — уголок губ дрогнул, он окинул меня оценивающим взглядом. И явно не пришел в восторг от увиденного.

Вот и отлично. Мне всегда нравился вызов.

Проснулась на мягкой кровати. Перевернулась. Матрас. Не ряд стульев, на которых я засыпала на вокзале. Открыла глаза и не поверила им. Я лежала в той же квартире, за которую просрочила платёж арендаторам. Двум привлекательным мужчинам, рядом с которыми сердце стучит чаще.
– Лида, ты проснулась? – послышался бас Марка, от чего у меня побежали мурашки, внизу живота сладко тянуло.
От взгляда его тёмных глаз по коже шёл жар.
– Что я здесь делаю?
Марк сел на кровать, следом за ним в спальню вошёл и Александр. Он просто остался стоять у двери, смотрел на меня так, что пальчики на ногах поджимались. Я сильнее завернулась в одеяло.
– Мы увидели тебя на вокзале, – начал Александр. – Решили всё же дать тебе кров на неделю. Только ты кое-что дашь нам взамен.
– Что? – спросила я, поджимая колени к груди, мои щеки загорелись.
– А ты не понимаешь? – спросил Марк и потянул одеяло на себя, оголяя мои плечи и край груди. – Станешь нашей женой на эту неделю.
Александр тоже подступил к кровати.

— Пожалуй, я готов простить твой долг. — произнес Дамир, наконец обернувшись к отцу, но не отпуская меня. — В обмен на нее.
— Что? — вырвалось у меня шепотом.
Я перевела взгляд на отца, его плечи сгорбились, взгляд метался по комнате, словно искал спасения.
— У тебя десять секунд на размышления. — спокойно произнес мужчина. — А потом тебя запихнут в багажник и…
— Дамир, умоляю… — голос отца сорвался на хрип.
— Один, два, три… — не слушая его, этот страшный мужчина начал свой счет.
Когда он досчитал до десяти и молча, с легкой усмешкой, взмахнул рукой, отец выкрикнул:
— Я согласен!