Книги по тегу «испытания»: ""
После гибели мужа Яра живет лишь одной целью: отомстить обидчикам, которые отняли у нее любимого. Во имя возмездия она готова скитаться, рисковать жизнью и даже проникнуть в логово врагов. Ей кажется, что терять ей больше нечего, и некого бояться, однако новый удар уже поджидает ее на чужой земле.
Россия на рубеже эпох. Агафья, дочь иконописца, с детства знала, что она не такая, как все. Её дар видеть боль мира, прозревать прошлое и будущее не был благословением. Это было клеймо, привлекающее внимание могущественной и безжалостной организации Стражи.
Её жизнь превращается в изощренную ловушку: роскошный дом становится золотой клеткой, а брак по расчету с молчаливым стражем Илларионом единственным шансом на выживание. Но там, где правит холодный расчет, неожиданно рождается настоящее чувство, способное бросить вызов самой системе.
Это история о любви, которая сильнее страха, о даре, который может стать проклятием или оружием, и о женщине, которая должна сделать невозможный выбор между долгом и семьей, чтобы спасти тех, кого любит, и обрес
Её жизнь превращается в изощренную ловушку: роскошный дом становится золотой клеткой, а брак по расчету с молчаливым стражем Илларионом единственным шансом на выживание. Но там, где правит холодный расчет, неожиданно рождается настоящее чувство, способное бросить вызов самой системе.
Это история о любви, которая сильнее страха, о даре, который может стать проклятием или оружием, и о женщине, которая должна сделать невозможный выбор между долгом и семьей, чтобы спасти тех, кого любит, и обрес
Она выжила там, где погибли все.
Десять лет назад неизвестный мор стер с лица земли весь род Лисаны — могущественных целителей, чья магия считалась даром богов. Сама Лисана чудом избежала смерти и теперь живёт отшельницей в Башне Молчания, запечатывая чужую боль в кристаллы. Она не лечит — она изолирует. Это безопаснее. Это проще. Это её личный карантин от мира.
Но прошлое не забывает.
Когда на пороге её убежища появляется Кайран — эльф из тайного ордена Странников, — он приносит весть, от которой рушатся стены: мор возвращается. И Лисана — не просто выжившая. Она — ключ. Её «дикая», не поддающаяся контролю магия способна либо уничтожить древнее зло, либо… стать его идеальной пищей.
Теперь у неё есть выбор: остаться в тени или отправиться в сердце тьмы вместе с тем, кто будит в ней не только силу, но и давно забытые чувства. Вот только доверять эльфу с глазами, полными той же боли, что и у неё, — опаснее любой порчи.
Ведь самое страшное пробуждается не в гробнице. Оно вс
Десять лет назад неизвестный мор стер с лица земли весь род Лисаны — могущественных целителей, чья магия считалась даром богов. Сама Лисана чудом избежала смерти и теперь живёт отшельницей в Башне Молчания, запечатывая чужую боль в кристаллы. Она не лечит — она изолирует. Это безопаснее. Это проще. Это её личный карантин от мира.
Но прошлое не забывает.
Когда на пороге её убежища появляется Кайран — эльф из тайного ордена Странников, — он приносит весть, от которой рушатся стены: мор возвращается. И Лисана — не просто выжившая. Она — ключ. Её «дикая», не поддающаяся контролю магия способна либо уничтожить древнее зло, либо… стать его идеальной пищей.
Теперь у неё есть выбор: остаться в тени или отправиться в сердце тьмы вместе с тем, кто будит в ней не только силу, но и давно забытые чувства. Вот только доверять эльфу с глазами, полными той же боли, что и у неё, — опаснее любой порчи.
Ведь самое страшное пробуждается не в гробнице. Оно вс
Изгнанный из родной деревни как проклятый, Ярко больше не может доверять ни глазам, ни разуму. Тени шепчут его имя в шуме ветра, следы копыт появляются там, где их быть не должно, а мир вокруг искажается, открывая щели в иные, тёмные пределы. Он знает: спасение — в учении у ведуньи Велимиры. Но путь к ней лежит через дремучий лес, где кроны деревьев почти не пропускают свет, а болота дышат ледяным туманом, скрывающим то, что лучше не видеть.
Велимира не встречает его с распростёртыми объятиями. Её испытания жестоки и смертоносны: похлёбка вызывает приступ дурноты, омут с русалкой манит в глубины, обещая вечную юность взамен души, а древняя сила в трясине шепчет обещания силы — если он готов заплатить цену. Каждый шаг — проверка на прочность, каждый выбор может стать последним.
Серый кот, фамильяр ведьмы, смотрит пронзительно и бросает короткие фразы, от которых кровь стынет в жилах: «Ты не первый, кто пришёл сюда…и не первый, кто не ушёл...»
Велимира не встречает его с распростёртыми объятиями. Её испытания жестоки и смертоносны: похлёбка вызывает приступ дурноты, омут с русалкой манит в глубины, обещая вечную юность взамен души, а древняя сила в трясине шепчет обещания силы — если он готов заплатить цену. Каждый шаг — проверка на прочность, каждый выбор может стать последним.
Серый кот, фамильяр ведьмы, смотрит пронзительно и бросает короткие фразы, от которых кровь стынет в жилах: «Ты не первый, кто пришёл сюда…и не первый, кто не ушёл...»
Я знал правила с первого дня.
Никаких настоящих чувств.
Все что происходит публично это игра. Деньги пополам. Расстаемся на выпускном.
Мы оба подписались. Мы оба были уверены.
Она раздражала меня с первой минуты своей прямотой, своим «я все про тебя понимаю» взглядом. Таких не любят. Таких запоминают.
Я не собирался ее запоминать.
Где-то между третьей неделей и первым настоящим смехом я перестал следить за счетом. Не заметил когда. Это и есть самое страшное, не момент когда влюбляешься, а момент когда понимаешь что уже.
Семьдесят восемь человек поставили на нас.
Все ошиблись в ставке.
Я – больше всех.
Никаких настоящих чувств.
Все что происходит публично это игра. Деньги пополам. Расстаемся на выпускном.
Мы оба подписались. Мы оба были уверены.
Она раздражала меня с первой минуты своей прямотой, своим «я все про тебя понимаю» взглядом. Таких не любят. Таких запоминают.
Я не собирался ее запоминать.
Где-то между третьей неделей и первым настоящим смехом я перестал следить за счетом. Не заметил когда. Это и есть самое страшное, не момент когда влюбляешься, а момент когда понимаешь что уже.
Семьдесят восемь человек поставили на нас.
Все ошиблись в ставке.
Я – больше всех.
Черный брат Ройне возвращается в Обитель, чтобы отказаться от магического плаща и служения ради обычной жизни и любви. Великая Мать готова отпустить его, если он пройдет ночное испытание в ее Доме. Что окажется сильнее: мороки Дома, узы Братства или любовь?
Принцесса Лорна шантажом поступает в академию, куда принимают только юношей. Ведь там учатся сыновья тех, кто может пролить свет на прошлое ее семьи. Ректор только и ждет, что она не пройдет испытательный срок. Однокурсники потирают руки: никаких девчонок в мужской академии не будет. Но Лорна не собирается сдаваться, ведь она – будущая королева.
После череды жестоких ударов судьбы, которые один за другим разрушают её жизнь, Марина позволяет себе довериться тайному поклоннику – Стасу, чьи благородство и надёжность кажутся ей последним якорем в бушующем море. Но после выясняется: каждое несчастье Марины было тщательно спланировано Стасом, чтобы он мог явиться «спасителем». Она пытается разорвать эти отношения, и тогда «ангел-хранитель» превращается в тюремщика, чтобы силой доказать своё право обладать ею.
Вся жизнь всемогущего главы тайной службы посвящена его стране. Он давно смирился с тем, что своей семьи у него не будет. Зачем? Можно нянчить детей любимой племянницы, и у императора скоро намечается пополнение… Но именно тогда, когда меньше всего ожидаешь, появляется та, кто становится всем. Неважно, что у неё сложное прошлое и упрямый характер. Чем больше она отталкивает, тем сильнее желание быть с ней. Даже если это ставит перед нелёгким выбором — служба империи или собственное счастье.
Заикание незаметно меняет твою личность.
Ты перестаёшь мечтать о сцене — ты начинаешь мечтать о тишине. О том, чтобы тебя не заметили. Не спросили. Не вызвали к доске. Оно укорачивает возможности, срезает целые пласты жизни, куда ты боишься даже посмотреть. И заставляет прятаться всегда и везде.
Я жила так раньше.
Пока не начала путь чистой речи.
Сначала каждый шаг давался через страх и срывы. Но с каждым днём всё легче.
Моя речь становилась чище. Свободнее. Преграды до сих пор возникают — но теперь я прохожу сквозь них, а не замираю перед ними.
Не важно, что было тогда.
Важно, кто ты есть на самом деле.
Ты перестаёшь мечтать о сцене — ты начинаешь мечтать о тишине. О том, чтобы тебя не заметили. Не спросили. Не вызвали к доске. Оно укорачивает возможности, срезает целые пласты жизни, куда ты боишься даже посмотреть. И заставляет прятаться всегда и везде.
Я жила так раньше.
Пока не начала путь чистой речи.
Сначала каждый шаг давался через страх и срывы. Но с каждым днём всё легче.
Моя речь становилась чище. Свободнее. Преграды до сих пор возникают — но теперь я прохожу сквозь них, а не замираю перед ними.
Не важно, что было тогда.
Важно, кто ты есть на самом деле.
Выберите полку для книги