Подборка книг по тегу: "наглый герой"
— Дедушка, я должна уехать… — Реву в подушку и прячу от самого родного человека на свете свои глаза. Мне стыдно, что ему приходится переживать косые взгляды из-за меня.
— Что за ерунда? Пошли они все, я знаю, какая ты, и то, что сотворили эти уроды, не меняет тебя. Ты не виновата. — Он обнимает меня, а я продолжаю плакать еще сильнее.
— Виновата дедуль, — качаю головой, — я пошла туда, а ты говорил… Я доверилась Наилю, но в итоге стала кем? Легкодоступной девкой, которую теперь стороной обходят и в которую пальцем тычут. И ты вынужден переживать этот позор из-за меня.
Дед успокаивает меня, но это не помогает. Мне нужно уехать. Я не могу жить тут, каждый смотрит осуждающе. Все видели это. Все. И никто не может наказать этих уродов, ведь четко и ясно видно, что я просила еще и не была против…
ВНИМАНИЕ! ПЕРВАЯ КНИГА СЕРИИ НОСИТ НАЗВАНИЕ
"ПТИЧКА ДЛЯ БЕШЕНОГО"
— Что за ерунда? Пошли они все, я знаю, какая ты, и то, что сотворили эти уроды, не меняет тебя. Ты не виновата. — Он обнимает меня, а я продолжаю плакать еще сильнее.
— Виновата дедуль, — качаю головой, — я пошла туда, а ты говорил… Я доверилась Наилю, но в итоге стала кем? Легкодоступной девкой, которую теперь стороной обходят и в которую пальцем тычут. И ты вынужден переживать этот позор из-за меня.
Дед успокаивает меня, но это не помогает. Мне нужно уехать. Я не могу жить тут, каждый смотрит осуждающе. Все видели это. Все. И никто не может наказать этих уродов, ведь четко и ясно видно, что я просила еще и не была против…
ВНИМАНИЕ! ПЕРВАЯ КНИГА СЕРИИ НОСИТ НАЗВАНИЕ
"ПТИЧКА ДЛЯ БЕШЕНОГО"
Сначала ничего не происходит. Потом, прижавшись ухом к двери, я слышу, как открывается соседская, и зажмуриваюсь.
Щелк! — мышеловка, что я разложила на его придверном коврике, захлопывается на босых ногах соседа.
— Ай, су-у-у… — орет он, потом раздается еще один щелчок.
Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.
Бах!
В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает по подсолнечному маслу и падает, матерясь на весь подъезд.
Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.
— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.
— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?
— Тебе хана, цыпа.
По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.
Щелк! — мышеловка, что я разложила на его придверном коврике, захлопывается на босых ногах соседа.
— Ай, су-у-у… — орет он, потом раздается еще один щелчок.
Зажимаю ладошкой рот, жалея только о том, что не могу видеть это своими глазами.
Бах!
В попытке удержаться за стену, кто-то соскальзывает по подсолнечному маслу и падает, матерясь на весь подъезд.
Радуясь своей пакости, я начинаю хохотать и смеюсь, пока рядом с дверью не раздается легкий стук.
— Цы-ы-ыпа! Открыва-а-ай, — шипит угрожающе.
— Не могу. Я ключи потеряла. Наверно на коврике у тебя обронила. Поищи, а?
— Тебе хана, цыпа.
По шагам слышу, что он отошел от двери, и через секунду свет в квартире снова зажегся. Уже не так важно, что и в его тоже. За мой счет. Как-то резко становится не смешно, потому что есть веские подозрения, что моя выходка мне даром не пройдет.
— Не подходи ко мне, прошу... — на грани слез умоляю парня остановиться.
Не приближаться. Не касаться. Не дышать в мою сторону. Иначе я просто сломаюсь.
— Боишься, что не сможешь сдержаться? — не слушает меня. Плевать ему на мои просьбы!
Вольтов горячо облизывает языком мои дрожащие жилки на шее и оставляет видимые засосы на коже. Клеймит. Присваивает себе.
— Ты знаешь, что это неправильно! — сражаюсь отчаянно с собственными чувствами и пальцами сжимаю подбородок парня. Как маньячка смотрю на манящие, выразительные губы. Они умеют делать хорошо!
— Ты брат моего парня, а я его девушка!
— Которая уже сколько раз тряслась в моих объятьях от удовольствия? — издевательски задумывается и с коварной улыбочкой начинает считать:
— Один. — Ведёт носом по скуле. — Два, три. — Считает быстрее. — И я могу сделать ещё лучше, — жарко выдыхает в шею, прикусывая, и запускает ладонь мне под платье.
Не приближаться. Не касаться. Не дышать в мою сторону. Иначе я просто сломаюсь.
— Боишься, что не сможешь сдержаться? — не слушает меня. Плевать ему на мои просьбы!
Вольтов горячо облизывает языком мои дрожащие жилки на шее и оставляет видимые засосы на коже. Клеймит. Присваивает себе.
— Ты знаешь, что это неправильно! — сражаюсь отчаянно с собственными чувствами и пальцами сжимаю подбородок парня. Как маньячка смотрю на манящие, выразительные губы. Они умеют делать хорошо!
— Ты брат моего парня, а я его девушка!
— Которая уже сколько раз тряслась в моих объятьях от удовольствия? — издевательски задумывается и с коварной улыбочкой начинает считать:
— Один. — Ведёт носом по скуле. — Два, три. — Считает быстрее. — И я могу сделать ещё лучше, — жарко выдыхает в шею, прикусывая, и запускает ладонь мне под платье.
— Любимый, познакомься, это Птаха из моей любимой группы “Жвачка” и она согласилась сыграть у нас на свадьбе! — визжит Лика.
— А ты значит счастливый жених? — голубые глаза смотрят прямо на меня.
— Да, это мой Вадик! Он играл в НБА, а сейчас его перекупают наши.
— Повезло тебе с женихом, — усмехается та, которую я пытался забыть пять лет.
— Да, он самый лучший. Для меня. Потому что для тебя конечно же лучше твоего парня не может быть. Тем более он капитан сборной по хоккею.
Чего? Эта новость для меня удар.
— Ты права. С ним никто не сравнится, — смотрит с вызовом.
Пять лет назад я любил сводную, как любят только раз. Но жизнь раскидала нас по разные стороны океана. Теперь она известная певица на Родине, а я один из самых дорогих баскетболистов в мире.
И накануне своей свадьбы я был не готов встретиться с ней и своими чувствами, что сумел похоронить и даже смог ощутить вкус жизни с другой. Но эта встреча… Она снова переворачивает все с ног на голову.
— А ты значит счастливый жених? — голубые глаза смотрят прямо на меня.
— Да, это мой Вадик! Он играл в НБА, а сейчас его перекупают наши.
— Повезло тебе с женихом, — усмехается та, которую я пытался забыть пять лет.
— Да, он самый лучший. Для меня. Потому что для тебя конечно же лучше твоего парня не может быть. Тем более он капитан сборной по хоккею.
Чего? Эта новость для меня удар.
— Ты права. С ним никто не сравнится, — смотрит с вызовом.
Пять лет назад я любил сводную, как любят только раз. Но жизнь раскидала нас по разные стороны океана. Теперь она известная певица на Родине, а я один из самых дорогих баскетболистов в мире.
И накануне своей свадьбы я был не готов встретиться с ней и своими чувствами, что сумел похоронить и даже смог ощутить вкус жизни с другой. Но эта встреча… Она снова переворачивает все с ног на голову.
— Да что вы себе позволяете?! — отбиваюсь от хама.
— Ты облила меня чертовым кофе! — рычит. — Самое дорогое чуть не сожгла!
— Я оплачу химчистку! И все вытру!
Хватаю салфетки и начинаю вытирать то, что пролила на брюки босса.
Но делаю еще хуже.
Упс.
— И как ты собираешься бороться с этим, нерасторопная булочка? — спрашивает, намекая на свою твердую физиологическую реакцию на мою помощь.
— Ты облила меня чертовым кофе! — рычит. — Самое дорогое чуть не сожгла!
— Я оплачу химчистку! И все вытру!
Хватаю салфетки и начинаю вытирать то, что пролила на брюки босса.
Но делаю еще хуже.
Упс.
— И как ты собираешься бороться с этим, нерасторопная булочка? — спрашивает, намекая на свою твердую физиологическую реакцию на мою помощь.
❤️БЕСПЛАТНО❤️
Сборник небольших историй о любви
У нашего царя давний договор с Кощеем: обязался он, каждые десять лет отправлять ему молодую красавицу. Кого отослать в этот раз, не сомневались — меня, сиротинушку горемычную, некому ведь заступиться. Вот и повезли в тридевятое царство на усладу любвеобильному старикашке.
Только по приезде выяснилось, что сластолюбивый Кощей, оказался не таким уж бессмертным и давно уж почил при загадочных обстоятельствах. В замке распоряжается его сын, которому такие подношения без надобности. По тёмным коридорам бродит нечисть, а в ров, окружающий крепостную стену, с завидной регулярностью заплывают русалки, положившие глаз на молодого хозяина.
Нет, я не против! Не ждали меня здесь, так пойду подобру-поздорову. Вот только Кощеев сын, почему-то не спешит отпускать. И что ему от меня вдруг понадобилось?
Сборник небольших историй о любви
У нашего царя давний договор с Кощеем: обязался он, каждые десять лет отправлять ему молодую красавицу. Кого отослать в этот раз, не сомневались — меня, сиротинушку горемычную, некому ведь заступиться. Вот и повезли в тридевятое царство на усладу любвеобильному старикашке.
Только по приезде выяснилось, что сластолюбивый Кощей, оказался не таким уж бессмертным и давно уж почил при загадочных обстоятельствах. В замке распоряжается его сын, которому такие подношения без надобности. По тёмным коридорам бродит нечисть, а в ров, окружающий крепостную стену, с завидной регулярностью заплывают русалки, положившие глаз на молодого хозяина.
Нет, я не против! Не ждали меня здесь, так пойду подобру-поздорову. Вот только Кощеев сын, почему-то не спешит отпускать. И что ему от меня вдруг понадобилось?
Меня преследуют двое. Один норовит меня облапать, второй ведёт себя прилично, но его взгляд... Кого из них мне стоит бояться больше? И что, если опасность поджидает с другой стороны?
— Анна Николаевна, вам же всё равно придется поставить мне зачет. Так почему бы не сделать это сразу?
Он пришел со стаканом кофе и даже сейчас неторопливо пьет его, словно находится не на кафедре, а в кафе.
— Придется? — я цепенею от его наглости. — Это кто так решил?
Он пожимает плечами:
— Это вы так решите! После того, как вам позвонит декан. Или лучше сразу ректор? Я и его могу подключить!
— Да пусть хоть сам Президент позвонит, но зачета вы не получите! И на защиту диплома не выйдете! — я полна решимости добиться его отчисления.
Этот мажор еще не знает, с кем связался.
— Анна Николаевна, я же не бескорыстно прошу. Вы сумму назовите.
— Вон! — вскакиваю с места и указываю ему на дверь.
А этот нахал уже смотрит на меня почти с жалостью:
— А может, у вас проблемы в личной жизни? Муж бросил, да? И кажется, я понимаю, почему. Но мы и это можем поправить. Вы только скажите!
А самое обидное, что он прав. Меня действительно бросил муж. И в моем сердце лед.
Он пришел со стаканом кофе и даже сейчас неторопливо пьет его, словно находится не на кафедре, а в кафе.
— Придется? — я цепенею от его наглости. — Это кто так решил?
Он пожимает плечами:
— Это вы так решите! После того, как вам позвонит декан. Или лучше сразу ректор? Я и его могу подключить!
— Да пусть хоть сам Президент позвонит, но зачета вы не получите! И на защиту диплома не выйдете! — я полна решимости добиться его отчисления.
Этот мажор еще не знает, с кем связался.
— Анна Николаевна, я же не бескорыстно прошу. Вы сумму назовите.
— Вон! — вскакиваю с места и указываю ему на дверь.
А этот нахал уже смотрит на меня почти с жалостью:
— А может, у вас проблемы в личной жизни? Муж бросил, да? И кажется, я понимаю, почему. Но мы и это можем поправить. Вы только скажите!
А самое обидное, что он прав. Меня действительно бросил муж. И в моем сердце лед.
РОМАН ЗАВЕРШЕН.
— Ты будешь моей женой, Беатрис. И ты родишь мне наследника. Это условия сделки, — произносит Герцог Блэквуд.
Отлично. Просто прекрасно! Я очнулась в теле бесправной аристократки, которую продали как мебель самому опасному человеку Лондона. Этот «угольный король» думает, что получил дрожащую овечку для украшения гостиной. Как бы не так, Ваша Светлость!
— Ты будешь моей женой, Беатрис. И ты родишь мне наследника. Это условия сделки, — произносит Герцог Блэквуд.
Отлично. Просто прекрасно! Я очнулась в теле бесправной аристократки, которую продали как мебель самому опасному человеку Лондона. Этот «угольный король» думает, что получил дрожащую овечку для украшения гостиной. Как бы не так, Ваша Светлость!
Я смотрю на тоненькую полоску в своей руке и не могу поверить. Две полоски. Две красные полоски.
- Черт! Черт! Черт! – ругаюсь и роняю полоску теста на пол.- Как такое могло произойти?!
Одна случайная ночь, проведенная в его жарких объятиях, и я невидящим взглядом прожигаю холодный кафельный пол. Как мне теперь быть?! Застонав, роняю голову на руки и продолжаю сидеть на полу в ванной комнате. Ноги ужасно затекли, попа замерзла, недовольно кряхтя, кое-как поднимаюсь с пола. Поднимаю брошенный тест, заворачиваю его в толстый слой бумаги и выбрасываю в мусорное ведро.
Обложка от потрясающей K-Vogel
- Черт! Черт! Черт! – ругаюсь и роняю полоску теста на пол.- Как такое могло произойти?!
Одна случайная ночь, проведенная в его жарких объятиях, и я невидящим взглядом прожигаю холодный кафельный пол. Как мне теперь быть?! Застонав, роняю голову на руки и продолжаю сидеть на полу в ванной комнате. Ноги ужасно затекли, попа замерзла, недовольно кряхтя, кое-как поднимаюсь с пола. Поднимаю брошенный тест, заворачиваю его в толстый слой бумаги и выбрасываю в мусорное ведро.
Обложка от потрясающей K-Vogel
Выберите полку для книги