Книги по тегу «наглый герой»: ""
Хищники бывают и в человеческом обличии. Один такой на время поселился в моей квартире, зовут Львом. Большой, красивый, наглый. И у него нет тормозов. Так стремительно меня ещё никто не соблазнял. Ведь у парня правило: нравится - бери здесь и сейчас, а не тяни, потом времени может просто не быть.
И нежная, почти нежная, Фиалка подчиняется его напору.
И нежная, почти нежная, Фиалка подчиняется его напору.
— Хочу, чтобы ты сделал это со мной, — шепчу и взгляд на брата поднимаю.
— Не пожалеешь потом? — Марк спрашивает в самые губы и впивается в них нежным и страстным поцелуем.
С самого первого дня нашей встречи я хочу своего сводного брата. Но признаться в чувствах боюсь, ведь он для меня «запретный плод». Всё меняется, когда мы остаёмся наедине в моей мастерской…
— Не пожалеешь потом? — Марк спрашивает в самые губы и впивается в них нежным и страстным поцелуем.
С самого первого дня нашей встречи я хочу своего сводного брата. Но признаться в чувствах боюсь, ведь он для меня «запретный плод». Всё меняется, когда мы остаёмся наедине в моей мастерской…
Что делать в селе выпускнику престижного московского института международных отношений, у которого куры денег не клюют?
Вести невиртуальный бой со стаей гусей у речки? Или убегать по полю от разъярённого быка Борьки, который является элитным производителем и к нему бурёнок со всего района свозят? А может быть, показать себя искусным дипломатом в разборках с местными парнями?
Ну что вы...
Его цель - соблазнить красавицу Полину, дочку директора турбазы. Только вот девушка оказалась серьёзнее, чем он думал, и, кажется, ему не по зубам расколоть этот орешек.
Тогда меняем стратегию.
Теперь в его планы входит влюбить её в себя. Но тут возникает проблема посерьёзнее: самому бы не попасться на свою же удочку.
Вести невиртуальный бой со стаей гусей у речки? Или убегать по полю от разъярённого быка Борьки, который является элитным производителем и к нему бурёнок со всего района свозят? А может быть, показать себя искусным дипломатом в разборках с местными парнями?
Ну что вы...
Его цель - соблазнить красавицу Полину, дочку директора турбазы. Только вот девушка оказалась серьёзнее, чем он думал, и, кажется, ему не по зубам расколоть этот орешек.
Тогда меняем стратегию.
Теперь в его планы входит влюбить её в себя. Но тут возникает проблема посерьёзнее: самому бы не попасться на свою же удочку.
Маша — писательница на грани дедлайна и нервного срыва. 40 тысяч слов за девять дней, пустой счёт и ни одной приличной идеи.
Он — владелец издательства эротики, брутальный, остроумный и чертовски уверенный в том, что секс и хорошая литература пишутся по одним правилам.
Маша думает, что это безумие. Оказывается — это единственный способ, которым она когда-либо писала по-настоящему.
Он — владелец издательства эротики, брутальный, остроумный и чертовски уверенный в том, что секс и хорошая литература пишутся по одним правилам.
Маша думает, что это безумие. Оказывается — это единственный способ, которым она когда-либо писала по-настоящему.
Я мчусь по едва заметной тропе, продираюсь сквозь папоротники и дыхание джунглей обжигает кожу. Сердце колотится, но не от бега.
Я знаю — он где-то рядом. Идёт по моему следу.
Левон настигает меня. Его руки перехватывают меня за талию и я, пытаясь вырваться, поскальзываюсь на мокром мху. Мы оба теряем равновесие и падаем вместе, прямо на мягкий ковёр из тропических листьев.
Он оказывается сверху, прижимая меня к земле всем своим весом. Не говорит ни слова. Только смотрит — и его глаза, один серый, другой голубой, отражают всполохи света, пробивающегося сквозь кроны.
Его пальцы впиваются в мои бёдра, приподнимают, прижимают к себе. Его губы касаются моей шеи — горячие, требовательные.
— Теперь не убежишь, — шепчет он.
Ткань туники задирается под его ладонью.
Это безумие. Это неправильно.
Но моё тело уже не слушается рассудка.
Я знаю — он где-то рядом. Идёт по моему следу.
Левон настигает меня. Его руки перехватывают меня за талию и я, пытаясь вырваться, поскальзываюсь на мокром мху. Мы оба теряем равновесие и падаем вместе, прямо на мягкий ковёр из тропических листьев.
Он оказывается сверху, прижимая меня к земле всем своим весом. Не говорит ни слова. Только смотрит — и его глаза, один серый, другой голубой, отражают всполохи света, пробивающегося сквозь кроны.
Его пальцы впиваются в мои бёдра, приподнимают, прижимают к себе. Его губы касаются моей шеи — горячие, требовательные.
— Теперь не убежишь, — шепчет он.
Ткань туники задирается под его ладонью.
Это безумие. Это неправильно.
Но моё тело уже не слушается рассудка.
Мой отпуск должен был быть фееричным. Самым люксовым, лакшери, олл инклюзив. Потому что я планировала отметить свой развод с размахом.
Но у меня случился форс-мажор. Вернее… да что уж там, я потеряла паспорт перед самой регистрацией на рейс.
Мой Бали плакал… И я тоже. Но не долго. Потому что решила во что бы то ни стало отдохнуть. Но куда я без паспорта? Правильно! На деревню к бабушке, вернее – к подруге.
А там… А там меня ждал он. Молодой, наглый, дерзкий хам, да еще и с трактором!
В общем, давайте обо всём по порядку.
Но у меня случился форс-мажор. Вернее… да что уж там, я потеряла паспорт перед самой регистрацией на рейс.
Мой Бали плакал… И я тоже. Но не долго. Потому что решила во что бы то ни стало отдохнуть. Но куда я без паспорта? Правильно! На деревню к бабушке, вернее – к подруге.
А там… А там меня ждал он. Молодой, наглый, дерзкий хам, да еще и с трактором!
В общем, давайте обо всём по порядку.
Пойти на концерт рок-группы я была не против...
Но кто ж знал, что ко мне прилипнет один из её участников?
Свидание со звездой, выигранное после концерта... вот оно мне надо?
Как ж он меня бесит! Или... нравится?
Но кто ж знал, что ко мне прилипнет один из её участников?
Свидание со звездой, выигранное после концерта... вот оно мне надо?
Как ж он меня бесит! Или... нравится?
— У меня есть парень! — упираясь в твердую грудь оперуполномоченного ладонями, пролепетала я.
— Уже нет, — спокойно сообщил он.
— Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент.
— Это временно! — снисходительно произнес нахал.
— Отстань от меня!
— Не дождешься! — хищно пообещал он.
Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и, кажется, уходить не собирается!
Книга самостоятельная. Однотомник.
— Уже нет, — спокойно сообщил он.
— Ты мне не нравишься! — выдала я новый аргумент.
— Это временно! — снисходительно произнес нахал.
— Отстань от меня!
— Не дождешься! — хищно пообещал он.
Опер Громов — красавчик, бабник и невыносимый нахал, который не знает слова «нет». В первую нашу встречу он влез в квартиру моих родителей, во вторую – в общежитие. В третью просто с ноги вошел в мою жизнь и, кажется, уходить не собирается!
Книга самостоятельная. Однотомник.
Он избалован и богат.
Родители позволяют ему все. В университете перед ним пресмыкаются даже преподаватели.
Говорят, он может быть по-настоящему жесток. Играючи и безнаказанно рушит чужие жизни ради развлечения.
Я думала, такой как он, никогда не обратит на меня внимание, ведь кроме меня самой и пары старых платьев у меня ничего нет.
Я очень сильно ошиблась. Этому парню точно не нужны мои платья. Ему вдруг понадобились мое тело и мое сердце.
И теперь его ничто не остановит. Ни закон, ни мораль, ни мои слезы.
Родители позволяют ему все. В университете перед ним пресмыкаются даже преподаватели.
Говорят, он может быть по-настоящему жесток. Играючи и безнаказанно рушит чужие жизни ради развлечения.
Я думала, такой как он, никогда не обратит на меня внимание, ведь кроме меня самой и пары старых платьев у меня ничего нет.
Я очень сильно ошиблась. Этому парню точно не нужны мои платья. Ему вдруг понадобились мое тело и мое сердце.
И теперь его ничто не остановит. Ни закон, ни мораль, ни мои слезы.
НОВИНКА О ДРУГЕ УЖЕ НА САЙТЕ!! "ТЕБЕ БУДЕТ БОЛЬНО, МЫШКА"
— Птичка, хочешь ты или нет, мне плевать, ты станешь моей, — говорит этот высокомерный парень, скалясь.
Наклоняется ко мне и… нюхает? Мот, словно животное, обнюхивает свою жертву. Смотрю в его глаза, и дыхание перехватывает.
Боюсь его страшно, не зря же Бешеным называют.
— Отпусти меня, — тихо прошу, прикрывая глаза, — я не хотела ничего плохого.
— Но сделала. — Скалится и хватает меня за шею, не больно, просто удерживает. Только от этого не становится менее страшно. — И теперь ты заплатишь за это… — Наклоняется и смотрит на мои губы. — Собой.
По щекам слезы текут, мне правда страшно. Я боюсь его, блин, да его все боятся.
Бешеный наклоняется ко мне и слизывает слезу с моей щеки, а меня трясет всю, словно в лихорадке.
ДОРОГИЕ У КНИГИ ПОЯВИЛСЯ БУК - СМОТРИМ ТУТ https://litmarket.ru/karina-li-p8295/littv/ptichka-dlya-beshenogo
— Птичка, хочешь ты или нет, мне плевать, ты станешь моей, — говорит этот высокомерный парень, скалясь.
Наклоняется ко мне и… нюхает? Мот, словно животное, обнюхивает свою жертву. Смотрю в его глаза, и дыхание перехватывает.
Боюсь его страшно, не зря же Бешеным называют.
— Отпусти меня, — тихо прошу, прикрывая глаза, — я не хотела ничего плохого.
— Но сделала. — Скалится и хватает меня за шею, не больно, просто удерживает. Только от этого не становится менее страшно. — И теперь ты заплатишь за это… — Наклоняется и смотрит на мои губы. — Собой.
По щекам слезы текут, мне правда страшно. Я боюсь его, блин, да его все боятся.
Бешеный наклоняется ко мне и слизывает слезу с моей щеки, а меня трясет всю, словно в лихорадке.
ДОРОГИЕ У КНИГИ ПОЯВИЛСЯ БУК - СМОТРИМ ТУТ https://litmarket.ru/karina-li-p8295/littv/ptichka-dlya-beshenogo
Выберите полку для книги