Книги по тегу «нежная но сильная героиня»: ""
— Мне лучше уйти, — шепчу я стараясь не дёргаться.
— Нет уж, — он смотрит на меня, как на кусок мяса. — Я не привык отказываться от таких подарков.
— Я не подарок, — отвечаю резко. — Повторяю, я здесь по ошибке.
— Это я проверю после того, как узнаю тебя поближе…
***
Я ехал, чтобы отдохнуть в тишине, но тишина мне только снится, а вот неожиданная гостья, вполне реальная. Можно было бы сразу её отпустить и даже сделать вид будто не видел, но все её действия сами за себя сказали.
А я не привык отпускать тех, кто пробуждает во мне инстинкты охотника.
— Нет уж, — он смотрит на меня, как на кусок мяса. — Я не привык отказываться от таких подарков.
— Я не подарок, — отвечаю резко. — Повторяю, я здесь по ошибке.
— Это я проверю после того, как узнаю тебя поближе…
***
Я ехал, чтобы отдохнуть в тишине, но тишина мне только снится, а вот неожиданная гостья, вполне реальная. Можно было бы сразу её отпустить и даже сделать вид будто не видел, но все её действия сами за себя сказали.
А я не привык отпускать тех, кто пробуждает во мне инстинкты охотника.
– Отмени свадьбу, Жень. Отмени, ради меня. – говорила Нина, моему жениху.
– Нет. На Дарине я женюсь. – ответил Женя.
– Тогда ради чего всё это? Ты, я, мы? Мы столько лет с тобой вместе были.
В голосе Нины были слышны злость и неприязнь.
– Были и были. Что поменяется, когда я женюсь? Так же будем встречаться, как и до этого. – говорил он ей, севшим голосом.
Этими слова и он из меня весь дух вышиб.
Три года отношений. Свадьба через месяц. А у меня весь мир рухнул.
– Что поменяется? Ты будешь и дальше спать с нами двумя, только я так и останусь любовницей. Вы будете проводить праздники вместе, наплодите спиногрызов. А я?
– Ну тебе, если хочешь, тоже могу бэбика заделать. Если вести себя хорошо будешь.
Никогда в жизни такого не испытывала. Такой жгучей боли и обиды. Всё тело мелкой дрожью било.
Не желая быть немым наблюдателем, толкнула дверь.
– Да забирай его себе, я не держу. Женитесь, плодитесь. Только ко мне больше никакого отношения не имейте. – произнесла не своим голосом.
– Нет. На Дарине я женюсь. – ответил Женя.
– Тогда ради чего всё это? Ты, я, мы? Мы столько лет с тобой вместе были.
В голосе Нины были слышны злость и неприязнь.
– Были и были. Что поменяется, когда я женюсь? Так же будем встречаться, как и до этого. – говорил он ей, севшим голосом.
Этими слова и он из меня весь дух вышиб.
Три года отношений. Свадьба через месяц. А у меня весь мир рухнул.
– Что поменяется? Ты будешь и дальше спать с нами двумя, только я так и останусь любовницей. Вы будете проводить праздники вместе, наплодите спиногрызов. А я?
– Ну тебе, если хочешь, тоже могу бэбика заделать. Если вести себя хорошо будешь.
Никогда в жизни такого не испытывала. Такой жгучей боли и обиды. Всё тело мелкой дрожью било.
Не желая быть немым наблюдателем, толкнула дверь.
– Да забирай его себе, я не держу. Женитесь, плодитесь. Только ко мне больше никакого отношения не имейте. – произнесла не своим голосом.
– Я не хочу делить тебя с кем-то в свой день рождения. Я бы хотела. Чтоб этот день мы провели только вдвоем. – отчетливо проговаривала моя сестра.
– Всё будет, мы просто немного перенесём. На следующей неделе у меня командировка, полетишь со мной. – отвечал ей Слава.
От увиденного и услышанного у меня все внутренности перевернулись. Перед глазами мутная пелена. Слёзы?
Растерев их по щекам, жадно хватала воздух ртом.
– Разведись с ней. Мы вместе уже полгода. Я тебе родить смогу. А Агата пустышка, зачем она тебе?
Сестра филигранно прошлось по болевым точкам.
А я, полностью потеряв ориентиры, смотрела на то, как она опускается на колени.
Я узнала об измене мужа, на дне рождения сестры. Изменял он с ней.
Но, как оказалось, это не все «сюрпризы», и предали меня не только они.
А я… я не прощу никого из них.
– Всё будет, мы просто немного перенесём. На следующей неделе у меня командировка, полетишь со мной. – отвечал ей Слава.
От увиденного и услышанного у меня все внутренности перевернулись. Перед глазами мутная пелена. Слёзы?
Растерев их по щекам, жадно хватала воздух ртом.
– Разведись с ней. Мы вместе уже полгода. Я тебе родить смогу. А Агата пустышка, зачем она тебе?
Сестра филигранно прошлось по болевым точкам.
А я, полностью потеряв ориентиры, смотрела на то, как она опускается на колени.
Я узнала об измене мужа, на дне рождения сестры. Изменял он с ней.
Но, как оказалось, это не все «сюрпризы», и предали меня не только они.
А я… я не прощу никого из них.
Мои приключения начались, когда я сбегая от назойливого поклонника случайно протаранила машину двух дьявольски красивых мужиков. И всё бы ничего, вот только они оказались моими новыми демонами - боссами, а я их истинной.
Новый год, волшебный праздник! И наверное, каждый из нас ждёт чуда в этот день. Загадывает желание и искренне верит в то, что Дед Мороз исполнит его самую заветную мечту.
Но как быть, если всё идёт с точностью до наоборот. И твой идеальный мир рушится, словно карточный домик о малейшего дуновения ветерка. И пока все люди планеты празднуют Новый год, я была вынуждена искать себе новый дом.
А может в этом и есть задумка Деда Мороза?..
Но как быть, если всё идёт с точностью до наоборот. И твой идеальный мир рушится, словно карточный домик о малейшего дуновения ветерка. И пока все люди планеты празднуют Новый год, я была вынуждена искать себе новый дом.
А может в этом и есть задумка Деда Мороза?..
Парню три.
Три жалких месяца. Цинично утешаюсь тем, что пропустил по ощущениям немного – определенно больше года.
Он подвижный «сын». Соломенные жиденькие волосы и ямочки на мягких щечках. Длинные ресницы и любопытный карий взгляд. Малыш четко выделяет из толпы орущих, оглушенных жизнью взрослых белобрысую худую мать.
Я ведь все проверил она не солгала. У мальчугана нет документов, как, впрочем, нет и прав на финансовую помощь от родного государства, а у этой девки в наличии очевидно мозговой провал и танцующие единороги на извилинах, которые использовать по назначению таким совершенно нет резона. Еще бы! Она красавица, молоденькая вертихвостка без стыда и совести, без масла в голове, зато с каким апломбом.
«Брак не будет фиктивным! Поняла?» – одно условие. Она на все согласна. Если мальчик мой, то:
«Это Тимофей. Тимоша, Тимка» – смотрит букой исподлобья.
У «сына» смешное имя, почитающее грозного Всевышнего?
Я это точно не забуду. Отлично.
«Юль, а как тебя зовут?».
Три жалких месяца. Цинично утешаюсь тем, что пропустил по ощущениям немного – определенно больше года.
Он подвижный «сын». Соломенные жиденькие волосы и ямочки на мягких щечках. Длинные ресницы и любопытный карий взгляд. Малыш четко выделяет из толпы орущих, оглушенных жизнью взрослых белобрысую худую мать.
Я ведь все проверил она не солгала. У мальчугана нет документов, как, впрочем, нет и прав на финансовую помощь от родного государства, а у этой девки в наличии очевидно мозговой провал и танцующие единороги на извилинах, которые использовать по назначению таким совершенно нет резона. Еще бы! Она красавица, молоденькая вертихвостка без стыда и совести, без масла в голове, зато с каким апломбом.
«Брак не будет фиктивным! Поняла?» – одно условие. Она на все согласна. Если мальчик мой, то:
«Это Тимофей. Тимоша, Тимка» – смотрит букой исподлобья.
У «сына» смешное имя, почитающее грозного Всевышнего?
Я это точно не забуду. Отлично.
«Юль, а как тебя зовут?».
— И давно ты так? — говорю сквозь безумную улыбку.
— Что «так»?
— К соседке бегаешь? Сколько раз, а? Каждый день, пока я на работе? Или у вас какой-то график? Может, когда ты к ее сыну ходишь математику объяснять?
— Я кто по-твоему, чтобы перед ребенком… — осекается.
— А ну, ладно тогда, — пожимаю плечами, — раз ребенок не видел, значит, все нормально.
— Заткнись, Оль! Ну, вот на хрена ты приперлась? Ты же на работе должна была быть до вечера? Какого черта?
— Ой, извини, я не хотела тебе помешать изменять мне! В следующий раз обязательно предупрежу заранее, чтобы успел слезть!
— Хватит язвить! Ты не можешь быть серьезной?
— А ты? Я готова тебя выслушать. А потом подаю на развод.
— С чего это сразу развод? Я не согласен.
— С того, что измены я терпеть не буду.
Я застала мужа за изменой. Но если бы только знала, что просто так он меня отпускать не собирается... У него тоже есть претензии! Много! И прощать меня он не собирается!
— Что «так»?
— К соседке бегаешь? Сколько раз, а? Каждый день, пока я на работе? Или у вас какой-то график? Может, когда ты к ее сыну ходишь математику объяснять?
— Я кто по-твоему, чтобы перед ребенком… — осекается.
— А ну, ладно тогда, — пожимаю плечами, — раз ребенок не видел, значит, все нормально.
— Заткнись, Оль! Ну, вот на хрена ты приперлась? Ты же на работе должна была быть до вечера? Какого черта?
— Ой, извини, я не хотела тебе помешать изменять мне! В следующий раз обязательно предупрежу заранее, чтобы успел слезть!
— Хватит язвить! Ты не можешь быть серьезной?
— А ты? Я готова тебя выслушать. А потом подаю на развод.
— С чего это сразу развод? Я не согласен.
— С того, что измены я терпеть не буду.
Я застала мужа за изменой. Но если бы только знала, что просто так он меня отпускать не собирается... У него тоже есть претензии! Много! И прощать меня он не собирается!
Бывший спецназовец Кирилл Нагорный известен в криминальном мире. Он добывает компромат на влиятельных людей, специализируется на изменах и тайных сделках. Однажды, под Новый год, Кирилл совершает непоправимую ошибку, крадет чужую вещь из тайника и за ним начинается охота.
Случается новогоднее чудо. Жена однокурсника Стелла обещает спрятать Кирилла, но взамен требует помощи в собственном расследовании. Загадок много, а Кирилл у себя один, да еще и любовь обрушилась как цунами.
Случается новогоднее чудо. Жена однокурсника Стелла обещает спрятать Кирилла, но взамен требует помощи в собственном расследовании. Загадок много, а Кирилл у себя один, да еще и любовь обрушилась как цунами.
- То, что вы чувствуете... Я думаю, это просто волнение ночи. Это не значит...
Он подошел ближе, прерывая меня, нежно коснувшись моей руки.
- Называй меня Джеймсом, — сказал он, его голос был ласковым. - И я знаю, что я чувствую. Я чувствовал это с того момента, как впервые увидел тебя. И я думаю, ты тоже.
Наши глаза встретились, и в этот момент я поняла, что мы уже слишком далеко зашли. Притяжение пульсировало в моих венах, как зов сирены. Но я должна была быть сильной. Ради Тима. Ради себя.
- Джеймс, — сказала она ровным голосом. - Я не могу. Я ведь встречаюсь с Тимом.
Его хватка усилилась, в глазах сверкнуло что-то, что было опасно близким к гневу.
- А что, если Тим — это не то, что тебе на самом деле нужно?
Он подошел ближе, прерывая меня, нежно коснувшись моей руки.
- Называй меня Джеймсом, — сказал он, его голос был ласковым. - И я знаю, что я чувствую. Я чувствовал это с того момента, как впервые увидел тебя. И я думаю, ты тоже.
Наши глаза встретились, и в этот момент я поняла, что мы уже слишком далеко зашли. Притяжение пульсировало в моих венах, как зов сирены. Но я должна была быть сильной. Ради Тима. Ради себя.
- Джеймс, — сказала она ровным голосом. - Я не могу. Я ведь встречаюсь с Тимом.
Его хватка усилилась, в глазах сверкнуло что-то, что было опасно близким к гневу.
- А что, если Тим — это не то, что тебе на самом деле нужно?
– Я люблю большие… - муж облизывается, глядя на результат пластического хирурга. - Как у моей жены было во время беременности в молодости.
– У твоей грымзы они уже отвисшие, как уши спаниеля, котя. А мои спелые. Ну же, потрогай, - муж послушно, как собачка, тянет руки. - И я тебе непременно рожу. - науськивает дочь моей лучшей подруги. - Сделаю то, на что она уже не способна. Да, не приживется там у старушки.
– Только наследников признаю, никаких наследниц, - категорично выпаливает муж, хорохорясь в порыве страсти к любовнице. - И тогда…
Ещё утром, отправляя меня на подсадку эмбрионов, муж твердил, что пол ребенка не важен. А сейчас, когда я отхожу от наркоза в соседней палате, он тискается с любовницей.
– У твоей грымзы они уже отвисшие, как уши спаниеля, котя. А мои спелые. Ну же, потрогай, - муж послушно, как собачка, тянет руки. - И я тебе непременно рожу. - науськивает дочь моей лучшей подруги. - Сделаю то, на что она уже не способна. Да, не приживется там у старушки.
– Только наследников признаю, никаких наследниц, - категорично выпаливает муж, хорохорясь в порыве страсти к любовнице. - И тогда…
Ещё утром, отправляя меня на подсадку эмбрионов, муж твердил, что пол ребенка не важен. А сейчас, когда я отхожу от наркоза в соседней палате, он тискается с любовницей.
Выберите полку для книги