Книги по тегу «новая любовь»: ""
– Лиза – не любовница, а моя любимая женщина. Ну, наконец-то я сказал это. Аж легче стало, – театрально закатывает глаза мой благоверный. – И не делай такое лицо, Валя.
– Валя? Кошмар… Имя-то какое, старушечье, – хихикает мерзавка. – Мне она представилась Тиной.
– Не понимаю… Все это – розыгрыш? – всхлипываю я. – Ваня, Маша, а вы что же… Знали все? – перевожу взгляд на детей.
– Мам, хватит уже играть в счастливую семью, – деловито складывает на груди руки дочь. – Или ты всерьез думала, что папа ездит в командировки? Ха-ха! Или в спортзал записался, чтобы подлечить больную спину? Или седину закрашивает, чтобы тебе понравиться?
Да, я именно так и думала… Дура…
Пока муж не привел в мою фотостудию беременную любовницу и наших детей…
– Валя? Кошмар… Имя-то какое, старушечье, – хихикает мерзавка. – Мне она представилась Тиной.
– Не понимаю… Все это – розыгрыш? – всхлипываю я. – Ваня, Маша, а вы что же… Знали все? – перевожу взгляд на детей.
– Мам, хватит уже играть в счастливую семью, – деловито складывает на груди руки дочь. – Или ты всерьез думала, что папа ездит в командировки? Ха-ха! Или в спортзал записался, чтобы подлечить больную спину? Или седину закрашивает, чтобы тебе понравиться?
Да, я именно так и думала… Дура…
Пока муж не привел в мою фотостудию беременную любовницу и наших детей…
— Он в офисе, — выдохнула я, голос предательски сорвался. — Еду туда. С.. сюрпризом.
— Оль, ты в своём уме? — зашипела подруга. — Ты же не какая-то дурочка, которая врывается к мужу с истерикой!
— Именно поэтому я сделаю это стильно, — я разглядывала в зеркале своё отражение. — Я застану его одного, мы поговорим, и...
— И что? — голос Марины стал резким. — Он вдруг осознает свою глупость? Упадет на колени? Оль, ты лучше меня знаешь — он не из таких...
Я положила трубку.
Лифт поднимался мучительно медленно. Я поправила бретельку, проверила губы — не растрескались ли.
Сквозь дверь просачивался шёпот — горячий, прерывистый, слишком интимный для рабочего кабинета. Я замерла, ледяная волна пробежала по спине.
— Тим, ну нельзя же так... а если кто-то войдёт? — Лесин голос дрожал от возбуждения.
— Никто не войдёт. Все уже ушли.
Сердце колотилось так бешено, что звон в ушах заглушал всё. Я толкнула дверь с громким стуком, от которого они вздрогнули в унисон...
— Оль, ты в своём уме? — зашипела подруга. — Ты же не какая-то дурочка, которая врывается к мужу с истерикой!
— Именно поэтому я сделаю это стильно, — я разглядывала в зеркале своё отражение. — Я застану его одного, мы поговорим, и...
— И что? — голос Марины стал резким. — Он вдруг осознает свою глупость? Упадет на колени? Оль, ты лучше меня знаешь — он не из таких...
Я положила трубку.
Лифт поднимался мучительно медленно. Я поправила бретельку, проверила губы — не растрескались ли.
Сквозь дверь просачивался шёпот — горячий, прерывистый, слишком интимный для рабочего кабинета. Я замерла, ледяная волна пробежала по спине.
— Тим, ну нельзя же так... а если кто-то войдёт? — Лесин голос дрожал от возбуждения.
— Никто не войдёт. Все уже ушли.
Сердце колотилось так бешено, что звон в ушах заглушал всё. Я толкнула дверь с громким стуком, от которого они вздрогнули в унисон...
– Не люблю тебя, Нинка. Убирайся вон. Даю тебе неделю, чтобы съехать, – сообщил мне любимый муж. – Скоро в доме поселится моя любимая женщина – Мариночка из бухгалтерии.
– Хорошо, – только и смогла вымолвить я, гадая над планом мести.
В один день моя жизнь кардинально меняется: я получаю странное предсказание цыганки и придумываю изощренный способ отомстить предателям!
А осуществить задуманное мне помогает «муж на час» по имени Василий…
Умный, привлекательный, он возвращает надежду на счастье моей израненной душе, только вот…
Василий — не тот, за кого себя выдает.
– Хорошо, – только и смогла вымолвить я, гадая над планом мести.
В один день моя жизнь кардинально меняется: я получаю странное предсказание цыганки и придумываю изощренный способ отомстить предателям!
А осуществить задуманное мне помогает «муж на час» по имени Василий…
Умный, привлекательный, он возвращает надежду на счастье моей израненной душе, только вот…
Василий — не тот, за кого себя выдает.
– Бабуля, ты уже сполна пожила в роскоши, – с усмешкой заявляет Катерина. – Пора уступить дорогу кому-то помоложе.
– Тебе что ли? – интересуюсь я.
– Да! Мне! А что ты можешь дать своему мужу? Детей родишь в пятьдесят?
– Я уже родила мужу троих дочерей, – спокойно произношу я.
– И что с того? Подвиг что ли совершила? Теперь твоя участь нянчить внуков! А я ему сына рожу! Наследника!
– Наследника чего? – спрашиваю я, приподняв брови. – Выбрав моего мужа, ты просчиталась… Готовься к тому, что скоро тебе придется прозябать в нищете…
– Тебе что ли? – интересуюсь я.
– Да! Мне! А что ты можешь дать своему мужу? Детей родишь в пятьдесят?
– Я уже родила мужу троих дочерей, – спокойно произношу я.
– И что с того? Подвиг что ли совершила? Теперь твоя участь нянчить внуков! А я ему сына рожу! Наследника!
– Наследника чего? – спрашиваю я, приподняв брови. – Выбрав моего мужа, ты просчиталась… Готовься к тому, что скоро тебе придется прозябать в нищете…
– Старуха твоя уже дома? – доносится из подсобки голос Аллы.
– Не знаю, – отвечает ей мой муж. – Главное, что я дома. Она так думает.
– Интересно, Катюха подсунула ей доверенность? Когда фирма станет твоей, Тох?
– Скоро, куколка. Через неделю проведем форум, заключим договоры с крупняками, а потом и… Потом можно послать нашу Галину Сергеевну куда подальше. Надоела она.
– А мне, как надоела, квочка старая… Алла Максимовна то, Аллочка это… Гадина она, а не Галина! И не стыдно ей так ходить? Она и на форум припрется в своем сером, мышином костюмчике?
– Меня все устраивает, моя тигрица… Зато никто на нее не позарится. Костюмчик, туфли эти… бабусины… Для любви у меня есть ты, Аллочка. У меня для тебя подарок. А Галя… Такая вот Галина для одного и нужна – суп сварить, да вещи постирать…
Муж не просто мне изменил – он вздумал оставить меня ни с чем, отобрать фирму, которую я создавала с нуля.
Предатели уверены в своей безнаказанности, а я готовлю сладкий план мести!
– Не знаю, – отвечает ей мой муж. – Главное, что я дома. Она так думает.
– Интересно, Катюха подсунула ей доверенность? Когда фирма станет твоей, Тох?
– Скоро, куколка. Через неделю проведем форум, заключим договоры с крупняками, а потом и… Потом можно послать нашу Галину Сергеевну куда подальше. Надоела она.
– А мне, как надоела, квочка старая… Алла Максимовна то, Аллочка это… Гадина она, а не Галина! И не стыдно ей так ходить? Она и на форум припрется в своем сером, мышином костюмчике?
– Меня все устраивает, моя тигрица… Зато никто на нее не позарится. Костюмчик, туфли эти… бабусины… Для любви у меня есть ты, Аллочка. У меня для тебя подарок. А Галя… Такая вот Галина для одного и нужна – суп сварить, да вещи постирать…
Муж не просто мне изменил – он вздумал оставить меня ни с чем, отобрать фирму, которую я создавала с нуля.
Предатели уверены в своей безнаказанности, а я готовлю сладкий план мести!
– Ну что ты так смотришь на меня? – интересуется Стас. – Не веришь своему счастью? Можешь расслабиться… Я вернулся к тебе, дорогая. Теперь все станет как прежде.
– Обойдусь, – цежу я, скользнув по лицу мужа презрительным взглядом.
– Ну хватит изображать из себя недотрогу, – отмахивается он. – Ну подумаешь оступился. С кем не бывает. Это ведь ничего не значит. Просто пойми, мы мужики полигамны… Иногда нам надоедает есть один лишь надоевший борщ и мы отдаем предпочтение чему-то более изысканному… Но я правда вернулся. Потому что понял, что с тобой мне намного лучше, чем с другими. Я осознал, что по-настоящему тебя люблю…
Он еще не знает, какой сюрприз его ждет...
– Обойдусь, – цежу я, скользнув по лицу мужа презрительным взглядом.
– Ну хватит изображать из себя недотрогу, – отмахивается он. – Ну подумаешь оступился. С кем не бывает. Это ведь ничего не значит. Просто пойми, мы мужики полигамны… Иногда нам надоедает есть один лишь надоевший борщ и мы отдаем предпочтение чему-то более изысканному… Но я правда вернулся. Потому что понял, что с тобой мне намного лучше, чем с другими. Я осознал, что по-настоящему тебя люблю…
Он еще не знает, какой сюрприз его ждет...
– Регина, ты меня простишь?
– Я уже давно не держу на тебя зла. Злоба и обида слишком разрушительны, чтобы позволять им надолго засесть в сердце.
– Значит, у нас с тобой есть второй шанс?
– Конечно же нет! Не будь дураком и отпусти прошлое.
Шагнув обратно в квартиру, я захлопнула дверь перед сидящим на коленях бывшим, надеясь, что теперь он ко мне не полезет, осознав, что это бесполезно.
– Я уже давно не держу на тебя зла. Злоба и обида слишком разрушительны, чтобы позволять им надолго засесть в сердце.
– Значит, у нас с тобой есть второй шанс?
– Конечно же нет! Не будь дураком и отпусти прошлое.
Шагнув обратно в квартиру, я захлопнула дверь перед сидящим на коленях бывшим, надеясь, что теперь он ко мне не полезет, осознав, что это бесполезно.
– Я всё знаю.
– Что ты знаешь? Можно как-то конкретнее или мы будем играть в угадайку?
– Что ты частенько наведываешься в гости к Лере и спишь с ней.
– И? – Вот что я услышала от мужчины, который клялся мне в любви и верности.
– Это всё, что ты можешь мне сказать?
– А что ты хочешь от меня услышать? Да, я парочку раз спал с Лерой, но сегодня мы с ней расстались. Так что всё, тебе не о чем переживать.
Даже не знаю, что задело меня сильнее всего, слова Артёма, его скучающий тон голоса или абсолютно пресное выражение лица.
* * *
Бывшая коллега прислала мне видео, на котором она развлекалась с моим мужем, и я впервые ощутила, насколько же сильной может быть душевная боль вызванная осознанием предательства. И мне казалось, что Артём просто не может ещё ниже упасть в моих глазах, но он и тут меня удивил, доказав обратное.
И хорошо ещё, что рядом со мной был человек, которого можно было назвать настоящим мужчиной, в отличие от Артёма.
– Что ты знаешь? Можно как-то конкретнее или мы будем играть в угадайку?
– Что ты частенько наведываешься в гости к Лере и спишь с ней.
– И? – Вот что я услышала от мужчины, который клялся мне в любви и верности.
– Это всё, что ты можешь мне сказать?
– А что ты хочешь от меня услышать? Да, я парочку раз спал с Лерой, но сегодня мы с ней расстались. Так что всё, тебе не о чем переживать.
Даже не знаю, что задело меня сильнее всего, слова Артёма, его скучающий тон голоса или абсолютно пресное выражение лица.
* * *
Бывшая коллега прислала мне видео, на котором она развлекалась с моим мужем, и я впервые ощутила, насколько же сильной может быть душевная боль вызванная осознанием предательства. И мне казалось, что Артём просто не может ещё ниже упасть в моих глазах, но он и тут меня удивил, доказав обратное.
И хорошо ещё, что рядом со мной был человек, которого можно было назвать настоящим мужчиной, в отличие от Артёма.
– Ну, мой любимый муж, что же ты молчишь? – с издёвкой спросила, сложив руки на груди и внимательно рассматривая лицо Игоря.
– Я не хочу перед тобой оправдываться и как-то унижаться. Но поверь, я не хотел причинить тебе боль и просто ждал момент...
– Игорь, ты же не дурак, так что ты должен был понимать, что не существует удачного момента для признания в измене! Ты просто трус и слабак! Тебе легче было спать с двумя женщинами, обманывать меня и бросаться пустыми признаниями в любви, чем сказать правду.
– А знаешь почему? – агрессивно спросил Игорь, шагнув ко мне. – Потому что твоя любовь не давала мне свободу.
– Я не хочу перед тобой оправдываться и как-то унижаться. Но поверь, я не хотел причинить тебе боль и просто ждал момент...
– Игорь, ты же не дурак, так что ты должен был понимать, что не существует удачного момента для признания в измене! Ты просто трус и слабак! Тебе легче было спать с двумя женщинами, обманывать меня и бросаться пустыми признаниями в любви, чем сказать правду.
– А знаешь почему? – агрессивно спросил Игорь, шагнув ко мне. – Потому что твоя любовь не давала мне свободу.
– Марина, ты ведёшь себя неадекватно и потом сильно об этом пожалеешь! – предостерегающе произнёс Лёша.
– Поверь, я уже жалею. Жалею, что так долго тебя любила, боясь потерять.
В карих глазах мужа сверкнул нехороший огонёк, а губы дрогнули в насмешке, которую он не сумел скрыть.
– Ну сделай же что-нибудь! Лёша! Помоги! Мне больно! – отчаянно прокричала «подруга», пока я тащила её вон из квартиры.
И Света с такой яростью впивалась в меня ногтями, что я даже удивилась, не понимая, почему не чувствую болезненной пульсации, хотя все мои запястья были покрыты быстро темнеющими полосками.
– Какая же ты наивная, Света. Думаешь, что этот мужчина палец о палец ударит, чтобы помочь тебе? Он же эгоист до мозга костей!
* * *
Горько осознавать, что я потратила девять лет на неверного мужчину, но не менее хуже понимать, что я сама виновата в том, что стала несчастной и позволила наставлять мне рога.
– Поверь, я уже жалею. Жалею, что так долго тебя любила, боясь потерять.
В карих глазах мужа сверкнул нехороший огонёк, а губы дрогнули в насмешке, которую он не сумел скрыть.
– Ну сделай же что-нибудь! Лёша! Помоги! Мне больно! – отчаянно прокричала «подруга», пока я тащила её вон из квартиры.
И Света с такой яростью впивалась в меня ногтями, что я даже удивилась, не понимая, почему не чувствую болезненной пульсации, хотя все мои запястья были покрыты быстро темнеющими полосками.
– Какая же ты наивная, Света. Думаешь, что этот мужчина палец о палец ударит, чтобы помочь тебе? Он же эгоист до мозга костей!
* * *
Горько осознавать, что я потратила девять лет на неверного мужчину, но не менее хуже понимать, что я сама виновата в том, что стала несчастной и позволила наставлять мне рога.
Выберите полку для книги