Книги по тегу «общий ребенок»: ""
На горизонте появляется она. Худощавая блондинка. Загар – как будто только со съёмок рекламы пляжного курорта. Юбка такая короткая, что ветру приходится быть особенно деликатным. И талия… Талия, которую, я уверена, можно оплести одним пальцем.
Она подходит к моему мужу который только что еще был моим, тянется с улыбкой, и шлёп — в объятия. Он вручает ей букет цветов и касается ее губ.
На моих глазах мой любимый муж целует другую. Она смеётся – громко, звонко, уверенно. Рука с лёгкостью ложится ему на плечо – как будто всегда так делала.
А я… Я фотографирую.
Почти машинально, на автопилоте, сжав губы, держа телефон так, чтобы не дрожали руки.
Щёлк. Сцена записана. Измена зафиксирована.
Никаких разговоров уже не нужно.
– Ну, Лёня! Ну, сволочь! – шепчу себе резко. – Значит, "работа", да?! Ну сейчас я тебе покажу… – слезы застилают глаза, дыхание спирает, и этот человек еще обещал мне будущее и клялся в любви…
Она подходит к моему мужу который только что еще был моим, тянется с улыбкой, и шлёп — в объятия. Он вручает ей букет цветов и касается ее губ.
На моих глазах мой любимый муж целует другую. Она смеётся – громко, звонко, уверенно. Рука с лёгкостью ложится ему на плечо – как будто всегда так делала.
А я… Я фотографирую.
Почти машинально, на автопилоте, сжав губы, держа телефон так, чтобы не дрожали руки.
Щёлк. Сцена записана. Измена зафиксирована.
Никаких разговоров уже не нужно.
– Ну, Лёня! Ну, сволочь! – шепчу себе резко. – Значит, "работа", да?! Ну сейчас я тебе покажу… – слезы застилают глаза, дыхание спирает, и этот человек еще обещал мне будущее и клялся в любви…
— Артем, я беременна, — сообщаю любимому.
— Ты уверена? — смотрит на меня серьезно.
— Да. Я сделала тест. Но для точности надо еще на УЗИ сходить.
Его брови съезжаются на переносице.
Мне это совершенно не нравится.
— Тем, что не так? Ты не рад? — испуганно смотрю на него.
И тут он выдает резко:
— Глупая девчонка, думала удержать меня ребенком?! — Его слова ошпаривают меня, как кипяток.
— Что?
— Решила, что я женюсь на тебе, и тогда сможешь устроить свою жизнь? Деньги почуяла?
— Артем, ты с ума сошел? Мы уже год вместе, живем вместе, любим друг друга. Ребенок — это счастье.
— Нет! — жестко отрезает он. — Мы пойдем на УЗИ, выясним наверняка, и, если плод есть, ты сделаешь аборт!
***
Любимый силой притащил меня на аборт, но я смогла убежать и скрыть правду. Он не узнал, что я родила. А четыре года спустя он увидел нас с сыном, и теперь не собирается отпускать.
— Ты уверена? — смотрит на меня серьезно.
— Да. Я сделала тест. Но для точности надо еще на УЗИ сходить.
Его брови съезжаются на переносице.
Мне это совершенно не нравится.
— Тем, что не так? Ты не рад? — испуганно смотрю на него.
И тут он выдает резко:
— Глупая девчонка, думала удержать меня ребенком?! — Его слова ошпаривают меня, как кипяток.
— Что?
— Решила, что я женюсь на тебе, и тогда сможешь устроить свою жизнь? Деньги почуяла?
— Артем, ты с ума сошел? Мы уже год вместе, живем вместе, любим друг друга. Ребенок — это счастье.
— Нет! — жестко отрезает он. — Мы пойдем на УЗИ, выясним наверняка, и, если плод есть, ты сделаешь аборт!
***
Любимый силой притащил меня на аборт, но я смогла убежать и скрыть правду. Он не узнал, что я родила. А четыре года спустя он увидел нас с сыном, и теперь не собирается отпускать.
‒ Ты мой папа!
Эти слова шестилетней девочки полностью изменили мою жизнь.
Она появилась из ниоткуда, и мой волк признал её.
Теперь я Аррон Севвера, не Альфа без стаи, волк-одиночка, беспристрастный судья, а просто отец-одиночка, разрывающийся между желанием баловать своё чадо и желанием заклеить ей рот скотчем, чтобы насладиться тишиной и не потерять самоконтроль в порыве праведного гнева.
Но больше всего меня раздражает то, что я ничего не знаю о матери моего ребёнка. Поэтому я докопаюсь до правды и узнаю, кто она, что заставило её когда-то скрыть, что она моя истинная пара, а спустя почти семь лет просто «подарить» мне ребёнка и снова исчезнуть.
Эти слова шестилетней девочки полностью изменили мою жизнь.
Она появилась из ниоткуда, и мой волк признал её.
Теперь я Аррон Севвера, не Альфа без стаи, волк-одиночка, беспристрастный судья, а просто отец-одиночка, разрывающийся между желанием баловать своё чадо и желанием заклеить ей рот скотчем, чтобы насладиться тишиной и не потерять самоконтроль в порыве праведного гнева.
Но больше всего меня раздражает то, что я ничего не знаю о матери моего ребёнка. Поэтому я докопаюсь до правды и узнаю, кто она, что заставило её когда-то скрыть, что она моя истинная пара, а спустя почти семь лет просто «подарить» мне ребёнка и снова исчезнуть.
Чудо ворвалось в мою жизнь: я оказалась истинной парой огненного дракона! Вот только сказка о безграничной любви и верности рассыпалась пеплом. У дракона есть другая женщина! Ей он доверяет свои мысли, с нею делит ложе.
А я… Нужна лишь для того, чтобы родить наследника! Но не в моем характере сдаваться без боя. Приручу истинного, чего бы это ни стоило.
А я… Нужна лишь для того, чтобы родить наследника! Но не в моем характере сдаваться без боя. Приручу истинного, чего бы это ни стоило.
— Мне предложили контракт. В Дубае. На три года.
Сердце ёкает от радости за него. И от страха. Как скажу про ребёнка?
Хватаю чайник, чтобы занять руки, стараюсь улыбнуться ещё шире:
— Это же прекрасно! Мы сможем…
— Мы никуда не поедем, Таня. Я — один.
Чайник выскальзывает из рук, с грохотом падает на стол.
— К-как это?
— Я подаю на развод. Посмотри на себя.
Он морщится, а я лишь открываю рот.
— Ты заплыла жиром, у тебя только эти куклы на уме. А мне нужна женщина, которая сможет поддержать разговор с инвесторами и не ныть про полимерную глину.
Отшатываюсь, будто муж ударил по лицу. Рука сама тянется к животу, ещё плоскому, но уже не только моему.
Я думала, худшее уже позади. Муж бросил меня, так и не узнав о беременности. Предпочёл карьеру.
Четыре года я училась жить заново. И вот мы снова встретились. Он хочет всё вернуть…
Могу ли я снова поверить? Простить? Ради нас и нашей дочери?
Сердце ёкает от радости за него. И от страха. Как скажу про ребёнка?
Хватаю чайник, чтобы занять руки, стараюсь улыбнуться ещё шире:
— Это же прекрасно! Мы сможем…
— Мы никуда не поедем, Таня. Я — один.
Чайник выскальзывает из рук, с грохотом падает на стол.
— К-как это?
— Я подаю на развод. Посмотри на себя.
Он морщится, а я лишь открываю рот.
— Ты заплыла жиром, у тебя только эти куклы на уме. А мне нужна женщина, которая сможет поддержать разговор с инвесторами и не ныть про полимерную глину.
Отшатываюсь, будто муж ударил по лицу. Рука сама тянется к животу, ещё плоскому, но уже не только моему.
Я думала, худшее уже позади. Муж бросил меня, так и не узнав о беременности. Предпочёл карьеру.
Четыре года я училась жить заново. И вот мы снова встретились. Он хочет всё вернуть…
Могу ли я снова поверить? Простить? Ради нас и нашей дочери?
- Мам, ты только не ругайся… Но я приехала к папе. Ты сама сказала тете Нине, что тебе жалко дурака.
Моя умная не по годам десятилетняя дочь говорит мне это, пока я стою и судорожно сжимаю пальцами трубку.
- Мила, не смей! Он не знает о тебе ничего! - шепчу сдавленно, понимая, что стою на пороге самого большого провала в жизни.
- Узнает! - заявляет Милана и отключает звонок.
Господи, помоги!
Мы с Андреем поженились, когда обоим было по восемнадцать, а развелись через год. Он мне изменил, и я ушла с Миланой под сердцем.
И уж точно не планировала открывать свой секрет бывшему, но однажды мой разговор с подругой услышала дочь.
У Андрея начались большие проблемы…
И дернул же меня черт сказать тогда, что мне очень жалко дурака…
Моя умная не по годам десятилетняя дочь говорит мне это, пока я стою и судорожно сжимаю пальцами трубку.
- Мила, не смей! Он не знает о тебе ничего! - шепчу сдавленно, понимая, что стою на пороге самого большого провала в жизни.
- Узнает! - заявляет Милана и отключает звонок.
Господи, помоги!
Мы с Андреем поженились, когда обоим было по восемнадцать, а развелись через год. Он мне изменил, и я ушла с Миланой под сердцем.
И уж точно не планировала открывать свой секрет бывшему, но однажды мой разговор с подругой услышала дочь.
У Андрея начались большие проблемы…
И дернул же меня черт сказать тогда, что мне очень жалко дурака…
- Оля?
Оклик сопоставим со стрелой, выпущенной в спину. Я столько времени потратила, чтобы забыть этот голос, чтобы не захлебываться ночами от слез и обиды, и я не позволю Ветрову вернуть меня в то состояние.
Оборачиваюсь, пряча руки в карманы.
Саша выходит из машины и идет в мою сторону.
- Тебя подвезти?
- Не нужно, я пешком дойду.
Саша поджимает губы и переступает с ноги на ногу.
- Что тебе нужно, Ветров? - резко спрашиваю, желая поскорее отделаться.
Саша выдыхает, словно собирается сказать что-то, что не дает ему покоя. Следующая фраза лишает покоя и меня:
- Мне нужно знать, твой ребенок от меня или нет? Ты была беременна, когда мы расстались?
Пять лет назад Саша Ветров выбрал карьеру и уехал, оставив меня с разбитым сердцем. Жизнь неожиданно подарила нам еще одну встречу, и мне предстоит выяснить, для чего она нам. Чтобы окончательно расправиться с прошлым? Или чтобы исправить ошибки?
Оклик сопоставим со стрелой, выпущенной в спину. Я столько времени потратила, чтобы забыть этот голос, чтобы не захлебываться ночами от слез и обиды, и я не позволю Ветрову вернуть меня в то состояние.
Оборачиваюсь, пряча руки в карманы.
Саша выходит из машины и идет в мою сторону.
- Тебя подвезти?
- Не нужно, я пешком дойду.
Саша поджимает губы и переступает с ноги на ногу.
- Что тебе нужно, Ветров? - резко спрашиваю, желая поскорее отделаться.
Саша выдыхает, словно собирается сказать что-то, что не дает ему покоя. Следующая фраза лишает покоя и меня:
- Мне нужно знать, твой ребенок от меня или нет? Ты была беременна, когда мы расстались?
Пять лет назад Саша Ветров выбрал карьеру и уехал, оставив меня с разбитым сердцем. Жизнь неожиданно подарила нам еще одну встречу, и мне предстоит выяснить, для чего она нам. Чтобы окончательно расправиться с прошлым? Или чтобы исправить ошибки?
Я стала объектом спора и познала вкус предательства. Прошло восемь лет. Переезд и знакомство с соседом. Ему нужна уборщица, мне — деньги. Ничего личного. Даже если он — мой бывший, предавший некогда и не признавший при новой встрече…
💝🎄✨История лёгкая, без особой драмы. Предновогодняя отдушина с противоречивыми героями)✨🎄💝
💝🎄✨История лёгкая, без особой драмы. Предновогодняя отдушина с противоречивыми героями)✨🎄💝
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
— Чего ты хочешь? У тебя семья, беременная жена… — я резко замолкаю. — Дай мне просто выполнить свою работу и спокойно уехать отсюда.
— Снова сбежишь? — горько усмехается Артем. — Как и шесть лет назад?
— Сбегу! — заявляю я. — У каждого давным-давно своя жизнь. Между нами огромная пропасть и… твой ребенок. Лучше побереги свою жену.
Я разворачиваюсь и уже собираюсь вернуться в дом, как вдруг мне в спину летят слова, от которых я застываю на месте:
— А что насчет нашей дочери, Кать? Продолжишь делать вид, что у Полины нет отца? — его хриплый голос болезненно отдается в каждой клеточке тела. — Я знаю, что она моя дочь.
Я приехала в элитный поселок, чтобы написать статью о семье одного успешного бизнесмена. Но в последний момент планы изменились. Теперь я вынуждена взять интервью у своего бывшего и его жены. И все бы ничего — работа есть работа… Вот только Артём — отец моей дочери, о существовании которой он даже не подозревает.
— Чего ты хочешь? У тебя семья, беременная жена… — я резко замолкаю. — Дай мне просто выполнить свою работу и спокойно уехать отсюда.
— Снова сбежишь? — горько усмехается Артем. — Как и шесть лет назад?
— Сбегу! — заявляю я. — У каждого давным-давно своя жизнь. Между нами огромная пропасть и… твой ребенок. Лучше побереги свою жену.
Я разворачиваюсь и уже собираюсь вернуться в дом, как вдруг мне в спину летят слова, от которых я застываю на месте:
— А что насчет нашей дочери, Кать? Продолжишь делать вид, что у Полины нет отца? — его хриплый голос болезненно отдается в каждой клеточке тела. — Я знаю, что она моя дочь.
Я приехала в элитный поселок, чтобы написать статью о семье одного успешного бизнесмена. Но в последний момент планы изменились. Теперь я вынуждена взять интервью у своего бывшего и его жены. И все бы ничего — работа есть работа… Вот только Артём — отец моей дочери, о существовании которой он даже не подозревает.
- Ты всё еще хочешь её найти? Она продала тебя за миллион?
- Я понял. Что ж. Миллион – действительно очень хорошая сумма. Не знал, что стою так… дорого.
Я нашла его в лесу, он потерял память, я тоже. От его любви. А потом мне сказали, что я должна исчезнуть из его жизни. Я так и сделала, вот только мне пришлось вернуться.
- Марат, это Майя, твоя дочь. Нам нужна помощь…
- Я понял. Что ж. Миллион – действительно очень хорошая сумма. Не знал, что стою так… дорого.
Я нашла его в лесу, он потерял память, я тоже. От его любви. А потом мне сказали, что я должна исчезнуть из его жизни. Я так и сделала, вот только мне пришлось вернуться.
- Марат, это Майя, твоя дочь. Нам нужна помощь…
Выберите полку для книги