Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Я так давно мечтала о работе в команде мэра, а он даже не дал мне шанса, прогнал из своего кабинета и назвал недостойной его команды…
От бессилия падаю на стул прямо в коридоре возле его кабинета, рыдаю, не в силах остановить слёзы!
Вдруг открывается дверь кабинета, и в коридор выходит сам мэр.
— Марта! - спрашивает грозно - Ты ещё здесь?
Вздрагиваю, поднимаю голову.
Смотрю с испугом на него, красивого, высокого, в дорогом костюме.
Сейчас снова унизит и прогонит из администрации…
Но он открывает дверь кабинета шире и говорит торопливо:
— Заходи, у меня к тебе есть предложение, от которого нельзя отказаться!
— Какое предложение? Стать вашим пресс-секретарём?
— Нет, стать мамой моего будущего ребёнка!
От бессилия падаю на стул прямо в коридоре возле его кабинета, рыдаю, не в силах остановить слёзы!
Вдруг открывается дверь кабинета, и в коридор выходит сам мэр.
— Марта! - спрашивает грозно - Ты ещё здесь?
Вздрагиваю, поднимаю голову.
Смотрю с испугом на него, красивого, высокого, в дорогом костюме.
Сейчас снова унизит и прогонит из администрации…
Но он открывает дверь кабинета шире и говорит торопливо:
— Заходи, у меня к тебе есть предложение, от которого нельзя отказаться!
— Какое предложение? Стать вашим пресс-секретарём?
— Нет, стать мамой моего будущего ребёнка!
"- Саша, неужели тебе совсем не страшно?
- Честно? Страшно. Очень страшно! Но гораздо страшнее продолжать жить свою никчёмную жизнь и видеть, как ты страдаешь по нему. А ещё, знаешь ещё что страшно?.... Миллионы людей живут так, как жил я и не понимают, что время уходит безвозвратно. Однажды, смерть на каждого из нас наденет свою маску это лишь вопрос времени. И лучше если она не будет напрасной.
Инна вдруг ощутила себя в будущем, в будущем, в котором нет его... "
У него есть нелюбимая жена, постоянная любимая любовница, периодически меняющиеся запасные и я...я, кажется, где-то между женой и любовницей, но это не точно...У меня.. тоже всё сложно.
В финале трагичный хэппи энд, а впрочем, сами всё узнаете.
- Честно? Страшно. Очень страшно! Но гораздо страшнее продолжать жить свою никчёмную жизнь и видеть, как ты страдаешь по нему. А ещё, знаешь ещё что страшно?.... Миллионы людей живут так, как жил я и не понимают, что время уходит безвозвратно. Однажды, смерть на каждого из нас наденет свою маску это лишь вопрос времени. И лучше если она не будет напрасной.
Инна вдруг ощутила себя в будущем, в будущем, в котором нет его... "
У него есть нелюбимая жена, постоянная любимая любовница, периодически меняющиеся запасные и я...я, кажется, где-то между женой и любовницей, но это не точно...У меня.. тоже всё сложно.
В финале трагичный хэппи энд, а впрочем, сами всё узнаете.
Их любовь невозможная, не названная, не получившая право на существование была обречена на болезненное для обоих расставание. Они жили порознь в разных мирах на протяжении десятков человеческих жизней. Они пошли каждый своим путём. Но любовь оставила след. Она ждала своего часа, ждала, когда они встретятся снова.
Разница в возрасте, в статусе и положении, гордость и страх потери, смирение перед невозможностью осуществить свои истинные желания встают между ними.
Они обрели единство перед лицом вечности, заключив нерушимый небесный Союз двух начал, но что же делать с таким земным желанием жгучих прикосновений не к душе, но к плоти?
В мире, где неравные браки и супружеская неверность стали обыденностью и почти что нормой, тонкие материи - удел избранных. А не всегда ли было так?
Смогут ли Архангелы Амели и Рольф преступить внутренние нравственные грани и обрести друг друга в земном воплощении? Или же возвышенная любовь погибнет, нарушив запреты?
Разница в возрасте, в статусе и положении, гордость и страх потери, смирение перед невозможностью осуществить свои истинные желания встают между ними.
Они обрели единство перед лицом вечности, заключив нерушимый небесный Союз двух начал, но что же делать с таким земным желанием жгучих прикосновений не к душе, но к плоти?
В мире, где неравные браки и супружеская неверность стали обыденностью и почти что нормой, тонкие материи - удел избранных. А не всегда ли было так?
Смогут ли Архангелы Амели и Рольф преступить внутренние нравственные грани и обрести друг друга в земном воплощении? Или же возвышенная любовь погибнет, нарушив запреты?
— Хочу пить, — раздается позади меня. — Пить! — требует ребенок.
— А ты с кем? Где твоя мама? — присаживаюсь перед мальцом.
— Там, — я смотрю в том направлении, в котором указывает малыш, и удивленно замираю.
— Немедленно отпустите моего сына! — слышу гневное восклицание девушки.
— Даша! Это твой сын?
**********
Мы расстались, как я думал, навсегда. Но сейчас вижу свою бывшую с ребенком. И меня не покидает уверенность, что это мой сын. Но, может быть, я ошибаюсь?
— А ты с кем? Где твоя мама? — присаживаюсь перед мальцом.
— Там, — я смотрю в том направлении, в котором указывает малыш, и удивленно замираю.
— Немедленно отпустите моего сына! — слышу гневное восклицание девушки.
— Даша! Это твой сын?
**********
Мы расстались, как я думал, навсегда. Но сейчас вижу свою бывшую с ребенком. И меня не покидает уверенность, что это мой сын. Но, может быть, я ошибаюсь?
- Следила за мной? – холодно смотрит муж. – Что ты себе насочиняла? Алиса - моя коллега, помощница, правая рука.
Правда? Я только что видела, как они самозабвенно целовались, сидя за столиком в дорогом ресторане.
- Пошла вон! - рычу любовнице мужа, указывая на выход.
- И не подумаю, - нагло усмехается та, но Кирилл, схватив ее за руку, тащит к выходу.
- А ты, - кидает мне, - успокойся и не истери. Нашему браку ничего не угрожает.
Ничего не угрожает? Неужели Кирилл всерьез верит, что я останусь с ним и все будет как раньше?
Правда? Я только что видела, как они самозабвенно целовались, сидя за столиком в дорогом ресторане.
- Пошла вон! - рычу любовнице мужа, указывая на выход.
- И не подумаю, - нагло усмехается та, но Кирилл, схватив ее за руку, тащит к выходу.
- А ты, - кидает мне, - успокойся и не истери. Нашему браку ничего не угрожает.
Ничего не угрожает? Неужели Кирилл всерьез верит, что я останусь с ним и все будет как раньше?
Ей сорок. За плечами — опыт, разочарования и усталость от жизни «как надо». Впереди — неизвестность и шанс начать всё заново.
Когда она решается выбрать себя, судьба делает ход навстречу — и дарит любовь, о которой раньше она не смела мечтать.
Иногда счастье приходит именно тогда, когда ты перестаёшь его заслуживать.
Когда она решается выбрать себя, судьба делает ход навстречу — и дарит любовь, о которой раньше она не смела мечтать.
Иногда счастье приходит именно тогда, когда ты перестаёшь его заслуживать.
«Хочешь своими глазами увидеть, как твой муж тебе изменяет? Сегодня в пять, отель Пекин, номер четыреста пять».
Снова и снова перечитываю сообщение, пришедшее с незнакомого номера.
Каждая буква клеймом выжжена на подкорке. Каждый символ в память въелся.
«Кто ты?»
Прежде чем успела что-либо осмыслить, пальцы сами набрали текст.
«Я та, кого Артём любит»
Пришёл ответ спустя несколько секунд.
Я отказывалась в это верить. Мой муж не мог быть предателем. Я вот-вот должна родить, наша малышка – долгожданное чудо.
Но как же ошибалась в верности мужа. И поняла это, когда он открыл мне дверь того злополучного номера, стоя в одном полотенце и с засосом на шее.
- эмоционально
- иногда, всё не то, чем кажется
Снова и снова перечитываю сообщение, пришедшее с незнакомого номера.
Каждая буква клеймом выжжена на подкорке. Каждый символ в память въелся.
«Кто ты?»
Прежде чем успела что-либо осмыслить, пальцы сами набрали текст.
«Я та, кого Артём любит»
Пришёл ответ спустя несколько секунд.
Я отказывалась в это верить. Мой муж не мог быть предателем. Я вот-вот должна родить, наша малышка – долгожданное чудо.
Но как же ошибалась в верности мужа. И поняла это, когда он открыл мне дверь того злополучного номера, стоя в одном полотенце и с засосом на шее.
- эмоционально
- иногда, всё не то, чем кажется
— Продана! — Сквозь дурман затянувший сознание, донесся чей-то мужской голос. — Продана альфе Айсара…
Что происходит? Где я? Почему я вся полыхаю, словно в адском пламени?
— Ну вот мы и снова встретились, дерзкая омега! — Хотелось заскулить от ужаса, и бежать как можно дальше от обладателя хриплого голоса альфы. — Отныне, ты собственность стаи Айсара!
Это же мой альфа, мой защитник! Он спасет, защитит от тех, кто похитил меня!
Восхитительный аромат, исходивший от альфы, одновременно сводил с ума, и заставлял дрожать от ужаса. Манил и отталкивал. Заставлял стонать от нетерпения, извиваться на жесткой платформе. Дергать руками, скованными наручниками.
Почему же этот альфа настолько жесток, и держится на расстоянии? Почему пугает меня? Почему, я так сильно его боюсь?
— Пакуйте омегу. Думаю, Владыке Вересу понравится мой подарок! Первородная Охота обещает быть очень интересной!
Что происходит? Где я? Почему я вся полыхаю, словно в адском пламени?
— Ну вот мы и снова встретились, дерзкая омега! — Хотелось заскулить от ужаса, и бежать как можно дальше от обладателя хриплого голоса альфы. — Отныне, ты собственность стаи Айсара!
Это же мой альфа, мой защитник! Он спасет, защитит от тех, кто похитил меня!
Восхитительный аромат, исходивший от альфы, одновременно сводил с ума, и заставлял дрожать от ужаса. Манил и отталкивал. Заставлял стонать от нетерпения, извиваться на жесткой платформе. Дергать руками, скованными наручниками.
Почему же этот альфа настолько жесток, и держится на расстоянии? Почему пугает меня? Почему, я так сильно его боюсь?
— Пакуйте омегу. Думаю, Владыке Вересу понравится мой подарок! Первородная Охота обещает быть очень интересной!
– У вас есть дети! – голос срывается. Я уже не могу контролировать дрожь и сдерживать слезы. – Двойняшки. Никита и Полина. Им девять месяцев.
– Я тебя даже не знаю, девочка.
В его глазах жгучее пламя.
– Почти два года назад... я... мне сделали процедуру ЭКО. Биоматериал ваш. Вы же не будете отрицать, что сдавали его?
Бормочу, тереблю краешек своей футболки.
– Мои юристы тебя слопают. И ты поймёшь, что зря решила меня «обуть».
– Я...не...– Не теряю надежды спасти себя и малышей.
– Что ты «не»? – Надвигается на меня. Я делаю шаг назад. – Думаешь, я идиот и не знаю, что должен быть в курсе, когда и куда используют мое семя? Без моей подписи ни одна бумажка в этом городе не пойдет дальше моей секретарши.
– Я тебя даже не знаю, девочка.
В его глазах жгучее пламя.
– Почти два года назад... я... мне сделали процедуру ЭКО. Биоматериал ваш. Вы же не будете отрицать, что сдавали его?
Бормочу, тереблю краешек своей футболки.
– Мои юристы тебя слопают. И ты поймёшь, что зря решила меня «обуть».
– Я...не...– Не теряю надежды спасти себя и малышей.
– Что ты «не»? – Надвигается на меня. Я делаю шаг назад. – Думаешь, я идиот и не знаю, что должен быть в курсе, когда и куда используют мое семя? Без моей подписи ни одна бумажка в этом городе не пойдет дальше моей секретарши.
– Решила сделать из меня идиота? – муж кривит губы в презрительной улыбке.
– Я не понимаю, – шепчу умоляюще, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Это какая-то шутка?
– Да где уж там, если ты собиралась подсунуть мне чужого ребёнка! – выплёвывает он. – Хороша шуточка, нечего сказать!
Меня обвинили в измене, бросили выживать одну вместе с крошкой-сыном. И мы справлялись… Но теперь моему мальчику нужна помощь, а ради этого я пойду на всё. Даже на поклон к человеку, отказавшемуся признавать своего ребёнка.
– Я не понимаю, – шепчу умоляюще, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Это какая-то шутка?
– Да где уж там, если ты собиралась подсунуть мне чужого ребёнка! – выплёвывает он. – Хороша шуточка, нечего сказать!
Меня обвинили в измене, бросили выживать одну вместе с крошкой-сыном. И мы справлялись… Но теперь моему мальчику нужна помощь, а ради этого я пойду на всё. Даже на поклон к человеку, отказавшемуся признавать своего ребёнка.
Выберите полку для книги