Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Он назвал меня «удобной».
Он выставил моё тело на посмешище.
Он сказал: «Никто не захочет такую, как ты».
А потом пришёл ОН.
Тот, кого я предала пятнадцать лет назад.
Тот, кто помнит каждый изгиб моего тела.
Тот, кто шепчет: «Я хочу тебя всю, такую, какая есть».
Влад Северьянов, мой «тёмный принц», предлагает мне месть, брак и корону.
А взамен он хочет меня всю. Мои сто килограммов страха. Моё сердце, которое я поклялась больше не отдавать.
Я думала, это будет война. но когда он смотрит на меня, я понимаю, что это будет еще и любовь.
Любовь такая же полная, как я сама.
Любить так без оглядки, мстить так до конца.
Он выставил моё тело на посмешище.
Он сказал: «Никто не захочет такую, как ты».
А потом пришёл ОН.
Тот, кого я предала пятнадцать лет назад.
Тот, кто помнит каждый изгиб моего тела.
Тот, кто шепчет: «Я хочу тебя всю, такую, какая есть».
Влад Северьянов, мой «тёмный принц», предлагает мне месть, брак и корону.
А взамен он хочет меня всю. Мои сто килограммов страха. Моё сердце, которое я поклялась больше не отдавать.
Я думала, это будет война. но когда он смотрит на меня, я понимаю, что это будет еще и любовь.
Любовь такая же полная, как я сама.
Любить так без оглядки, мстить так до конца.
Я вижу непрочитанное сообщение: «Тот вечер был жарче, чем ты обещал. Пришли то видео, я хочу вспомнить это еще раз…»
Пальцы дрожат, но я ввожу пароль от телефона мужа — дата нашего знакомства. Я быстро нахожу нужный файл в фотопленке и нажимаю «воспроизвести».
Красноватый полумрак. Его рука со шрамом на костяшке скользит по чужому животу. Женщина стонет так, что все понятно и без слов. Лица не видно. Только родинка на бедре и алые ногти, которые впиваются в его плечи.
Камера дрожит, и Кирилл шепчет:
— Ты лучше нее… Только ты понимаешь меня…
Я закрываю глаза на мгновение.
— Кирилл, — голос словно не мой. Чужой, холодный. — Ты заплатишь. За каждую ложь. За ее родинку, которую я увидела и узнала. За то, что заставил меня любить предателя.
Пальцы дрожат, но я ввожу пароль от телефона мужа — дата нашего знакомства. Я быстро нахожу нужный файл в фотопленке и нажимаю «воспроизвести».
Красноватый полумрак. Его рука со шрамом на костяшке скользит по чужому животу. Женщина стонет так, что все понятно и без слов. Лица не видно. Только родинка на бедре и алые ногти, которые впиваются в его плечи.
Камера дрожит, и Кирилл шепчет:
— Ты лучше нее… Только ты понимаешь меня…
Я закрываю глаза на мгновение.
— Кирилл, — голос словно не мой. Чужой, холодный. — Ты заплатишь. За каждую ложь. За ее родинку, которую я увидела и узнала. За то, что заставил меня любить предателя.
— Я убью тебя, если ты приблизишься! — прорычала я, вжимаясь в изголовье лопатками до боли, прячась под тканью до самого подбородка.
— Какая грозная, — ухмыльнулся мужчина. Он даже не сдвинулся с места.
Это бесило. Это пугало до тошноты. Он не то что не боялся меня — он не боялся никого в этой стае.
В книге вас ждёт:
✅ Дикая, непокорная героиня, которая не сдаётся
✅ Опасный альфа с золотыми глазами и стальными нервами
✅ Химия, от которой воет луна
✅ Сцены на грани ненависти и желания
✅ Хеппи-энд
Здесь нет:
❌ Скучных любовных треугольников
❌ Тупых решений героини ради сюжета
— Какая грозная, — ухмыльнулся мужчина. Он даже не сдвинулся с места.
Это бесило. Это пугало до тошноты. Он не то что не боялся меня — он не боялся никого в этой стае.
В книге вас ждёт:
✅ Дикая, непокорная героиня, которая не сдаётся
✅ Опасный альфа с золотыми глазами и стальными нервами
✅ Химия, от которой воет луна
✅ Сцены на грани ненависти и желания
✅ Хеппи-энд
Здесь нет:
❌ Скучных любовных треугольников
❌ Тупых решений героини ради сюжета
Афонин - подлый жук...
Снова возник на горизонте и снова представлял в суде бедного-несчастного муженька.
- Как же я от тебя устала, - сказала я на выдохе и оглядела дорогущий ресторан, - чего тебе не жилось в столице? Деньги, власть, роскошные бабы?
- Соскучился по твоим провокациям и сладким губкам, Анют, - обошёл разозленного клиента, которому будущая бывшая жена устроила Ледовое побоище на глазах у десятка посетителей и коснулся моей щеки, - ты никак меня не отпускаешь. Столичные адвокаты в сравнении с тобой жалкая шушера.
- Я засужу тебя за домогательства, - ударила его по руке...
Снова возник на горизонте и снова представлял в суде бедного-несчастного муженька.
- Как же я от тебя устала, - сказала я на выдохе и оглядела дорогущий ресторан, - чего тебе не жилось в столице? Деньги, власть, роскошные бабы?
- Соскучился по твоим провокациям и сладким губкам, Анют, - обошёл разозленного клиента, которому будущая бывшая жена устроила Ледовое побоище на глазах у десятка посетителей и коснулся моей щеки, - ты никак меня не отпускаешь. Столичные адвокаты в сравнении с тобой жалкая шушера.
- Я засужу тебя за домогательства, - ударила его по руке...
Что делать, если твой суженый, обещанный самой богиней, возненавидел тебя с первого взгляда?
Меня зовут Есения. Я узнала, что мир полон оборотней, а я — часть древнего пророчества. Мой суженый — властный и прекрасный Альфа, который готов разорвать меня на части. Его ненависть так же сильна, как и наше притяжение.
А ещё есть он. Другой. Тот, кто предлагает мне запретную нежность и обещает защитить от всего мира. Даже от моей собственной судьбы.
Одна девушка. Два вожака. Выбор, от которого зависит всё.
Страсть, способная сжечь дотла.
Ненависть, которая может оказаться лишь обратной стороной любви.
Меня зовут Есения. Я узнала, что мир полон оборотней, а я — часть древнего пророчества. Мой суженый — властный и прекрасный Альфа, который готов разорвать меня на части. Его ненависть так же сильна, как и наше притяжение.
А ещё есть он. Другой. Тот, кто предлагает мне запретную нежность и обещает защитить от всего мира. Даже от моей собственной судьбы.
Одна девушка. Два вожака. Выбор, от которого зависит всё.
Страсть, способная сжечь дотла.
Ненависть, которая может оказаться лишь обратной стороной любви.
Забор поворачивает, и я поворачиваю за ним.
Здесь – другая часть комплекса, и забора уже нет, только живая изгородь, невысокая, декоративная, такая, через которую видно всё.
За ней – терраса. Ресторан. Панорамное окно в полстены – высокое, широкое.
Я подхожу.
И вижу его.
Он сидит у окна – столик с видом, бокалы, её рука в его руке – и смеётся.
По-настоящему. Тем смехом, который я не слышала так давно, что уже не помню когда.
Я стою за стеклом.
Снаружи.
Как призрак собственной жизни.
И наконец – впервые за долгое время – всё становится до ужаса ясно.
Здесь – другая часть комплекса, и забора уже нет, только живая изгородь, невысокая, декоративная, такая, через которую видно всё.
За ней – терраса. Ресторан. Панорамное окно в полстены – высокое, широкое.
Я подхожу.
И вижу его.
Он сидит у окна – столик с видом, бокалы, её рука в его руке – и смеётся.
По-настоящему. Тем смехом, который я не слышала так давно, что уже не помню когда.
Я стою за стеклом.
Снаружи.
Как призрак собственной жизни.
И наконец – впервые за долгое время – всё становится до ужаса ясно.
🦋 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ! 🦋
— Катюш, как? — всплескиваю руками так резко, что браслеты на запястье звякают. Потом прижимаю ладонь к груди, будто у меня там и правда сейчас сердце прихватит. — Скажи мне, как так получилось, что ты залетела именно от его сына? Во всем институте больше парней не нашлось? Перевелись, что ли? Вымерли?
Катя виновато мнется, переступая с ноги на ногу, теребит край футболки и неловко пожимает плечами.
— Мам Тань, тут ведь дело такое… сердцу ведь не прикажешь, — разводит она руками и даже пытается слабо улыбнуться, но выходит жалко и совсем не к месту.
— А своей «Изольде Дартаньяновне» прикажешь! Еще как прикажешь! — возмущенно тычу пальцем ей в живот, потом отворачиваюсь, делаю несколько нервных шагов по кабинету и снова резко разворачиваюсь. — Для начала надо было узнать кто его родители, что у него за семья! А не сразу ромашку ему свою подставлять!
— Катюш, как? — всплескиваю руками так резко, что браслеты на запястье звякают. Потом прижимаю ладонь к груди, будто у меня там и правда сейчас сердце прихватит. — Скажи мне, как так получилось, что ты залетела именно от его сына? Во всем институте больше парней не нашлось? Перевелись, что ли? Вымерли?
Катя виновато мнется, переступая с ноги на ногу, теребит край футболки и неловко пожимает плечами.
— Мам Тань, тут ведь дело такое… сердцу ведь не прикажешь, — разводит она руками и даже пытается слабо улыбнуться, но выходит жалко и совсем не к месту.
— А своей «Изольде Дартаньяновне» прикажешь! Еще как прикажешь! — возмущенно тычу пальцем ей в живот, потом отворачиваюсь, делаю несколько нервных шагов по кабинету и снова резко разворачиваюсь. — Для начала надо было узнать кто его родители, что у него за семья! А не сразу ромашку ему свою подставлять!
Я замерла в прихожей, прижавшись спиной к стене. Из гостиной доносился голос Артема и чей-то женский.
— Ты даже не представляешь, как я хочу тебя прямо сейчас. Когда ты так на меня смотришь, я теряю голову.
— А что будет, если я на тебя не просто посмотрю?
Я слышу, как скрипнул диван. Как она охнула, и как он зашептал.
— Потому что с ней удобно, — говорит мой муж про меня. — Квартира, быт, ее зарплата… Я не хочу терять этот источник.
— Ты трус.
— Я реалист.
Я сразу узнаю этот голос своей лучшей подруги Лены.
Я стою в собственной прихожей и чувствую, как мир рушится с тихим ледяным звоном. Сегодня я узнала правду. А завтра у любовницы моего мужа день рождения.
Она пригласила нас. Они думают, что я ничего не знаю.
— Я пойду и улыбнусь. Я буду идеальной женой и идеальной подругой. А потом я подарю ей торт.
«С днем рождения, голубки. Артем + Лена!»
Все получат по заслугам.
— Ты даже не представляешь, как я хочу тебя прямо сейчас. Когда ты так на меня смотришь, я теряю голову.
— А что будет, если я на тебя не просто посмотрю?
Я слышу, как скрипнул диван. Как она охнула, и как он зашептал.
— Потому что с ней удобно, — говорит мой муж про меня. — Квартира, быт, ее зарплата… Я не хочу терять этот источник.
— Ты трус.
— Я реалист.
Я сразу узнаю этот голос своей лучшей подруги Лены.
Я стою в собственной прихожей и чувствую, как мир рушится с тихим ледяным звоном. Сегодня я узнала правду. А завтра у любовницы моего мужа день рождения.
Она пригласила нас. Они думают, что я ничего не знаю.
— Я пойду и улыбнусь. Я буду идеальной женой и идеальной подругой. А потом я подарю ей торт.
«С днем рождения, голубки. Артем + Лена!»
Все получат по заслугам.
— Я устал от тебя.
— Саш… — растерянно шепчу. — Как ты можешь такое мне говорить?
В его взгляде — кромешная пустота.
— Ты недавно спросила, что изменилось, — бросает он. — Почему я злой. Почему раздражительный. Тогда я не ответил. Отвечаю сейчас.
— Господи, да я же всё для тебя…
— Возможно, в этом и проблема, — передёргивает плечами, будто хочет поскорее стряхнуть с себя этот разговор.
— Хочешь сказать, проблема во мне?
— Проблема в том, что ты меня любишь, а я тебя — нет. Раньше я думал, это взаимно. Но появилась другая — и я понял, что с тобой я не чувствую ничего.
— Саш… — растерянно шепчу. — Как ты можешь такое мне говорить?
В его взгляде — кромешная пустота.
— Ты недавно спросила, что изменилось, — бросает он. — Почему я злой. Почему раздражительный. Тогда я не ответил. Отвечаю сейчас.
— Господи, да я же всё для тебя…
— Возможно, в этом и проблема, — передёргивает плечами, будто хочет поскорее стряхнуть с себя этот разговор.
— Хочешь сказать, проблема во мне?
— Проблема в том, что ты меня любишь, а я тебя — нет. Раньше я думал, это взаимно. Но появилась другая — и я понял, что с тобой я не чувствую ничего.
Я подписала кредитный договор, чтобы спасти мужа от разорения.
А на следующий день увидела его в новом элитном внедорожнике. Перегнувшись на заднее сиденье, он страстно целовал молодую репетиторшу наших дочерей.
Вскрылись переписки, где они смеялись надо мной. Называли «удобной клушей», которая сама выплатит долг за их глянцевую жизнь.
Муж решил, что я проглочу предательство и буду покорно тянуть лямку.
Но я - врач, и уже поставила им диагноз. Только полное удаление.
И я точно знаю, куда бить. Ведь у глянцевой любовницы есть другой спонсор — жестокий и опасный человек.
Твоя измена, муж.
А теперь мой ход.
А на следующий день увидела его в новом элитном внедорожнике. Перегнувшись на заднее сиденье, он страстно целовал молодую репетиторшу наших дочерей.
Вскрылись переписки, где они смеялись надо мной. Называли «удобной клушей», которая сама выплатит долг за их глянцевую жизнь.
Муж решил, что я проглочу предательство и буду покорно тянуть лямку.
Но я - врач, и уже поставила им диагноз. Только полное удаление.
И я точно знаю, куда бить. Ведь у глянцевой любовницы есть другой спонсор — жестокий и опасный человек.
Твоя измена, муж.
А теперь мой ход.
Выберите полку для книги