Книги по тегу «предательство»: ""

Иду к мужу и кручу в голове: как сказать о беременности? Просто положить снимок УЗИ? Может, заказать торт “Ты станешь папой”?
Уже почти подхожу к двери и слышу голоса:
— Еще немного, Лара. Потерпи, любимая. Сделка почти в кармане.
Любимая? Это мой муж говорит Ларисе?
— Ты обещаешь? — в голосе подруги нежность влюбленной женщины… — Олежа, ты ведь знаешь, как мне надоело притворяться перед Димой. Он хороший, но он...
— Обещаю, — твердый и уверенный ответ мужа.
Их мерзкие слова режут слух.
Мой Олег и Лариса.
Они крутят роман у нас за спиной. Хочу убежать, исчезнуть, но не успеваю дойти до лестницы. Дверь распахивается с таким грохотом, что я вздрагиваю всем телом.
— Как вы... как ты мог... — шепчу я, не узнавая собственного голоса.
Делаю еще один шаг назад.
Туда, где за моей спиной начинается крутой спуск лестницы.
Мир переворачивается. Раз. Еще раз.
И тишина.
***
Я потеряла ребенка из-за тех, кому доверяла больше, чем себе.
Моя месть начинается прямо сейчас.

В день, когда Кайрен Вейр, маршал драконов Севера, объявил о разводе, рядом с ним уже стояла другая женщина.

Меня заставили подписать брачный разрыв при всём Совете. Я не плакала. Не просила. Не унижалась. Только сняла родовой браслет Вейров и положила его на печать развода.

И тогда Север сделал то, чего не было триста лет.

Он признал не маршала. Не его новую невесту. А меня — брошенную жену, которую род Вейров считал ненужной.

Теперь меня отправляют на забытый Ледяной Рубеж — в место с пустыми складами, долгами, голодными людьми и старыми тайнами. Они уверены: я сломаюсь.

Но я не собираюсь быть удобной жертвой.

Я узнаю, кто годами предавал границу. Почему Северная печать выбрала именно меня. И что будет делать мужчина, который слишком поздно понял: он потерял не слабую жену, а женщину, способную удержать весь Север.

— Это ошибка в списке? — спрашиваю, чувствуя, как немеют пальцы. — Здесь женихом указан ты.
Павел даже не сразу отводит глаза.
— Не ошибка, Ира.
— Ты женишься? Через два дня? На дочери генерала?
— Так надо. Это вопрос службы.
— А я? А наш сын? Мы десять лет были твоей семьёй.
— Мы не расписаны с тобой. Я холост.
Десять лет я жила с ним как жена. Родила ему сына, ждала из командировок, верила, что штамп ничего не меняет. А потом узнала, что мой мужчина готовится к свадьбе с генеральской дочкой. Ради карьеры. Ради красивой жизни, где для меня и нашего ребёнка уже приготовили место в прошлом.
Только Павел не учёл одного: на этой свадьбе я буду не брошенной женщиной.

Меня зовут Женя. Десять лет назад я вышла замуж за Тимофея – бизнесмена, мечту, мужчину, которого любила всем сердцем. Ради него я бросила карьеру финансиста. Ради него я терпела годы лечения, уколов, бесконечных протоколов ЭКО.
А потом случилось страшное – на седьмом месяце я потеряла ребёнка.
Тимофей сказал: «Может, так и лучше, ребёнок-то не совсем наш, донорский».
А через день после того, как моя жизнь рассыпалась , я увидела видео в соцсетях. На заднем плане, целуясь у борта теплохода, стояли мой муж и моя подруга. Пока я умирала в больнице, они пили шампанское.
Они думают, что я сломлена и буду плакать в подушку. Нет.
Они забыли, кем я была до того, как стала женой. Я – дочь своего отца. Я – финансист, который умеет считать. И я посчитаю всё до копейки, до последнего вздоха.
Игра началась.

— Я застала тебя в клубе, где девки одеты так, будто ткань нынче по талонам, а рядом лежат документы моей семьи. У меня, знаешь ли, очень узкий коридор для логических выводов.
— Лиза, давай без сцены.
— Поздно. Сцена уже была. Я просто вошла не в тот момент и без приглашения.
— То, что ты увидела, ничего не меняет.
— Для кого? Для тебя? Ну да, конечно. У тебя тут, я смотрю, целая система ценностей: девки отдельно, невеста отдельно, выгода отдельно. Очень удобно. Практично. Почти как шкаф-купе.
— Это мальчишник.
— Спасибо, сама бы я ни за что не догадалась. А я уж испугалась, что попала на отраслевую конференцию по снятию мужского стресса.

Завтра моя свадьба, но вместо предсвадебных хлопот я получаю видео, где мой жених тискает девку в ночном клубе.
Я еду туда, застаю его с другой, а рядом документы компании моего отца.
Я не устраиваю истерику, а действую: собираю улики, чтобы наказать изменщика.

— Я устал от этих походов по врачам, от твоего вечного нытья. Ты не в состоянии подарить мне ребёнка. Нужно признать это честно.

— Ты думаешь, что я в восторге от многолетних обследований?! — в ужасе смотрю на мужа. Мне неприятен этот разговор. То, в какой манере Тагир разговаривает сейчас со мной. — Тагир, я уверена, что рано или поздно ЭКО пройдёт успешно.

— «Рано или поздно», — повторил мои слова муж, словно просмаковал каждую букву. Недовольно причмокнул и скривил губы. — Боюсь, моя дорогая жена, что уже поздно.

— О чём ты? — внутри всё сжимается.

— Я просто разведусь с тобой!

Потом я увидела мужчину. Мужчину, который обнимал беременную девушку.
Это был Олег. Мой муж.
– Встречаем наших будущих родителей! – бодро продолжал ведущий. – Сегодня они наконец узнают, кто же у них будет! Мальчик или девочка!
Гости аплодировали. Олег улыбался. И даже не подозревал, что в трёх шагах от него стою я – его жена.
Хлопок воздушного шара прозвучал оглушительно. В воздух взметнулись розовые конфетти.
– Девочка! – закричали гости.
А потом Олег наконец-то посмотрел на меня. И побледнел так резко, будто увидел мертвеца.
Улыбка исчезла с его лица мгновенно. Беременная девушка нахмурилась, переводя взгляд с него на меня.
Я смотрела прямо на мужа и чувствовала, как дрожат губы. Но голос прозвучал неожиданно спокойно.
– Поздравляю тебя, милый, с дочкой.

— Лида, это Софья, — тихо сказал муж у гроба своего брата. — Женщина Павла. Она беременна. Посади её рядом с нами.
— Почему Павел о ней не говорил?
— Не успел. Теперь мы должны её поддержать.
— Хорошо, Серёж. Если она носит ребёнка Павла, она не чужая.
В день похорон брата моего мужа я сама подвела к нашей семье женщину, которой потом подала воду, салфетки и своё сочувствие. Я думала, она потеряла любимого. Думала, носит ребёнка погибшего полковника. Думала, мой муж просто помогает ей из чувства долга.
А потом маленький Тимур, сын покойного, случайно сказал фразу, после которой вся ложь рассыпалась.

Виктор рассмеялся. Этот смех резанул меня по живому хуже ножа.
— Аня — это просто удобная привычка. Скучная, пресная, вечно в каких-то бесформенных свитерах со своими градусниками. Инвесторам нужен примерный семьянин для сделки. Если я сейчас устрою скандальный развод, всё может сорваться. А как только деньги упадут на счет — я подаю на развод.
— А как же бизнес? Вдруг она потребует долю за свои рецепты?
— Пусть требует, — Виктор налил себе воды в стакан. — Брачный контракт я составил так, что при разводе она уходит с пустыми руками. Квартира тоже на моей матери. Моя дорогая женушка соберет свои свитера в пакетик и отправится обратно в деревню.
Мир вокруг меня пошатнулся. Стены коридора поплыли. Человек, которому я отдала свою молодость, свое здоровье и свою любовь, прямо сейчас методично рассчитывал, как вышвырнуть меня на помойку.
Боль, разрывающая грудную клетку, внезапно трансформировалась в холодную, пульсирующую ярость.

— Я разбила мерседес, который ты мне подарил, а ты не берешь трубку. Так что разговор у нас будет. И желательно при свидетелях. Мне надоело быть твоей красивой ошибкой между совещаниями, — заявляет любовница мужа.
— Мерседес? — спрашиваю я.
— Да. Черный. С панорамной крышей. Очень эффектно входит в столб, если реветь за рулем и одновременно писать твоему мужу, что он трус.
— Ты сейчас прекращаешь этот спектакль, — рычит муж. — Немедленно.
— О, нет. — Милана улыбается ему почти нежно. — Это ты прекращаешь. Со мной, с ней, со всеми. Потому что я очень устала слушать, что ты почти ушел от жены, почти все решил, почти закончил. У тебя, Глеб, удивительно затянутое "почти".
— Вера, — говорит он, глядя на меня прямо, — эта девушка не имеет права врываться сюда и устраивать грязный фарс. Да, я с ней знаком. Да, я решу этот вопрос. Но сейчас никто не будет разговаривать со мной в таком тоне и устраивать базар.