Книги по тегу «российская империя»: ""

Младшая и любимая дочь российского императора Николая Первого – великая княжна Александра Николаевна, которую близкие звали Адини, была талантливейшей певицей и пианисткой, к её обучению привлекались лучшие музыкальные педагоги Европы. К сожалению девушка прожила короткую жизнь, ушла из жизни в 19 лет. В описанном здесь альтернативном мире сознание Адини заняла попаданка из 21 века, а другие попаданцы спасли её от преждевременной смерти. Забавные приключения и прогрессорство. Данная книга не будет интересна любителям мордобоя, крутых боевиков и детективов.

Ведяна - юная стажерка в сыскном бюро, она хочет стать настоящим сыщиком, но в пылу энтузиазма совершенно забывает - ведь она красива и молода. Глупо терять такое замечательное время, чтобы не попытать счастье в поисках "того самого". Но Ведяне не до этого, и дело в свои руки берет ее фамильяр - кот Тимофей. Но не все так просто, ведь ей нужно вести очень непростое дело.

Российская империя, 1803 год, начало правления Александра Павловича. Время крепостного права и любви ко всему французскому.
Дочь мелкопоместного дворянина Миночка (сокращение от Марины, принятое до революции) и среднепоместный аристократ Антуан влюблены друг в друга и намерены сочетаться браком, однако взбалмошная и своенравная Дарина (старое русское имя, происходящее от Дарии) хитростью подбивает отца устроить своё собственное венчание с Антуаном. Вот только он её никогда не полюбит и никогда не простит.

1927 год от Рождества Христова. Десять лет прошло с года двух Революций в России. Девять лет прошло с Разрыва – тектонической катастрофы, физически разделившей Российскую империю на две части: Красную и Белую. Мне двадцать один год, я – Ведьмин сын, выродок наделенный Даром. И эта моя история…

Быт и трагедия России начала XX века.
Закулисье Зимнего и будни семьи.
В центре исторических событий - обычная девушка из знатного рода, играющая несколько ролей в непростое время...
Суждено ли ей предотвратить неизбежное, или её роль - беспомощно быть свидетельницей краха Империи?

Немного найдётся смельчаков, которые согласились бы отправиться в прошлое! Но именно это произошло с московским кардиохирургом Вадимом Одинцовым, оказавшимся в Российской империи параллельного мира летом 1825 года. К его чести, он не пал духом и не растерялся. Выдав себя за погибшего хирурга Максима Ильина, он начинает врачевать в поместье известного помещика, где совершает немыслимые по тем временам операции. Оказавшись в водовороте событий, втягивается в расследование загадочных смертей и убийств. Некоторые его действия грозят катастрофическими изменениями для будущего, и из 2042 года появляется офицер госбезопасности, предлагающий Вадиму покинуть это время. Как же быть с любимой девушкой и помещиком, который предоставил работу и кров? Сможет ли герой справиться с вызовами, брошенными ему судьбой? Книга наполнена романтикой приключений, перипетиями взаимной любви, торжеством правды, красоты, добра и справедливости.

Возвращаясь в родной Питер, я и не подозревала, что вместо привычной жизни обнаружу магию, драконов и Школы Стихий, одна из которых любезно готова принять меня в ряды адептов.
Вот только есть две проблемы.
Первая: магия огня, которой я обладаю, самая слабая и ненавистная в мире. А ведь близятся Игры Стихий - состязание между магическими школами, выжить в котором у мага огня почти нет шансов.
Вторая: мой главный кошмар и противник - Ледяной Принц. Вместо сердца у него кусочек льда, а для забавы - души очарованных им девушек.
И только на меня его холодная магия почему-то не действует. Но это совсем не так хорошо, как кажется.

Князь Илья Андреевич Оболенский прожил шестьдесят три года, ни разу не усомнившись в двух вещах: русский человек не нуждается в европейских выдумках, а достоинство дворянина измеряется твёрдостью его убеждений. Пока в дом не вошла она — молодая невестка с французским воспитанием, английскими привычками и совершенно бесстыдным нововведением в своих покоях.
Ватерклозет.
Фаянсовая чаша с медными трубами, которая урчит, булькает, а по ночам — князь готов поклясться — шепчет что-то на чужом языке. Прислуга крестится, духовник хмурится, соседи шушукаются. А невестка лишь улыбается и приглашает гостей «оценить удобства на английский манер».
Это война. Война за порядок в доме, за честь фамилии, за право решать, что прилично, а что — срам. Но в Петербурге, городе воды и камня, где Нева отражает и дворцы, и нужники, ничто не остаётся тайным надолго. Под маской бытового анекдота прячется история о том, как упрямое сердце учится любить — и отпускать. О том, что прогресс иногда приходит в дом че

Она подняла чужой веер — и подписала себе приговор.
Тайник в слоновой кости. Записка, написанная рукой императрицы. Шифр, который невозможно развидеть.
Анна Вельяминова — никто. Бедная фрейлина с острым умом и опасным любопытством. Она должна была пройти мимо. Должна была забыть. Должна была жить.
Теперь она знает то, за что убивают.
Наследник Российской империи — самозванец. Доказательство — у неё в руках. И три самых опасных человека страны уже знают об этом.
Екатерина Великая хочет её преданности.
Потёмкин хочет документы.
Фаворит Ланской хочет... её.
До Рождества — три дня. До разоблачения — один неверный шаг. До смерти — возможно, несколько часов.
Бежать некуда. Молчать поздно. Остаётся одно — играть.
Вот только при дворе Екатерины пешки не становятся ферзями.
Они становятся жертвами.
...Или нет?

Не нюхайте подарки от незнакомцев.
Особенно — если вы камергер при дворе Екатерины Великой, до вашей свадьбы три дня, а подарок — золотая табакерка с портретом императрицы, чьи глаза следят за вами даже ночью.
Особенно — если табак внутри пахнет бергамотом и смертью.
Особенно — если по ночному Петербургу за вами ходит человек в венецианской маске, который не оставляет следов. Точнее — оставляет. Босые. В декабре.
Дмитрий Ракитин не послушался этого совета. Теперь у него распухший язык, галлюцинации, невеста, которая знает о ядах больше любого аптекаря, и список подозреваемых длиннее, чем Невский проспект.
Кто хочет его смерти?
Все.
Вопрос — кто заплатил за яд.

Роман о любви, которая сильнее яда. О власти, которая опаснее. И о табакерке, которая хранит секрет, способный убить — или спасти.