Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Три года она подбирает бездомных собак с необъяснимо быстро заживающими ранами — и никому не рассказывает, почему боится вести их к обычным ветеринарам.
Однажды за одной из собак приходит мужчина. Он не оставляет имени, платит втрое больше и появляется только по ночам. С его приходом в её жизнь входит то, что она больше не сможет объяснить рационально — и то, за что ей придётся платить не деньгами.
Когда полиция начинает искать зверя, растерзавшего человека в парке, она понимает: единственная, кто знает правду, — она сама. И правда эта такая, что молчание может стоить ей всего.
Однажды за одной из собак приходит мужчина. Он не оставляет имени, платит втрое больше и появляется только по ночам. С его приходом в её жизнь входит то, что она больше не сможет объяснить рационально — и то, за что ей придётся платить не деньгами.
Когда полиция начинает искать зверя, растерзавшего человека в парке, она понимает: единственная, кто знает правду, — она сама. И правда эта такая, что молчание может стоить ей всего.
Я ушла от мужа-алкоголика и приехала к его отцу — суровому военному, который жил один в глухом посёлке. То, что началось как временное убежище, превратилось в опасную связь, а приезд двух его армейских друзей открыл мне мир, о котором я не смела даже мечтать. Теперь я должна выбрать: вернуться к прошлому или остаться там, где впервые почувствовала себя живой.
Год назад я села за руль, и мой муж не доехал до дома. Его семья решила: убила я. Шрам через щёку, трость, чужие взгляды в спину — так я и жила, пока на годовщину на кладбище не приехал его старший брат.
Нодар. Человек, которого в этих горах боятся все.
— Ты вдова моего брата. — Он застегнул манжету, отогнувшуюся на ветру. — И пока я живой, жить среди тех, кто держит тебя за убийцу, ты не будешь.
Он увёз меня в свой каменный дом. Ничего не просит. Ничего не объясняет. Только каждую ночь его шаги стихают у моей двери.
А я уже не знаю, чего хочу сильнее: чтобы он ушёл — или чтобы наконец открыл.
Нодар. Человек, которого в этих горах боятся все.
— Ты вдова моего брата. — Он застегнул манжету, отогнувшуюся на ветру. — И пока я живой, жить среди тех, кто держит тебя за убийцу, ты не будешь.
Он увёз меня в свой каменный дом. Ничего не просит. Ничего не объясняет. Только каждую ночь его шаги стихают у моей двери.
А я уже не знаю, чего хочу сильнее: чтобы он ушёл — или чтобы наконец открыл.
Я работаю медсестрой в военном госпитале и однажды сюда привозят пациента с тяжелой травмой головы. Войдя в его палату, я не могу прийти в себя от шока. Потому что это Алексей. Тот самый человек, которого я любила, и который жестоко разбил мне сердце. Но он смотрит на меня и не узнает. И я ни за что не расскажу ему про мой самый главный секрет — пятилетнего мальчишку с такими же глазами как у него.
Он — нерушимая бетонная стена. Она — яркий витражный свет. Смогут ли они восстановить полуразрушенный особняк, не уничтожив собственные сердца?
Грант на четыре миллиона, забытая усадьба XIX века и… Марк Северин. Самый холодный, расчетливый и невыносимый архитектор курса, которого я презираю с первого дня учебы. Комиссия решила, что наш творческий дуэт станет прорывом. Я же уверена, что это закончится катастрофой.
Особенно когда выясняется, что во всем огромном здании уцелела лишь одна жилая комната. И в ней — ровно одна двуспальная кровать.
Желтая полоса строительного скотча, наклеенная Марком поперек матраса, должна была защитить наши личные границы. Но ветхий дом полон сквозняков, ночных гроз и опасной близости. С каждым днем грань между профессиональной войной и всепоглощающей страстью становится все тоньше, а стены, которые мы годами возводили друг против друга, начинают с треском рушиться.
Грант на четыре миллиона, забытая усадьба XIX века и… Марк Северин. Самый холодный, расчетливый и невыносимый архитектор курса, которого я презираю с первого дня учебы. Комиссия решила, что наш творческий дуэт станет прорывом. Я же уверена, что это закончится катастрофой.
Особенно когда выясняется, что во всем огромном здании уцелела лишь одна жилая комната. И в ней — ровно одна двуспальная кровать.
Желтая полоса строительного скотча, наклеенная Марком поперек матраса, должна была защитить наши личные границы. Но ветхий дом полон сквозняков, ночных гроз и опасной близости. С каждым днем грань между профессиональной войной и всепоглощающей страстью становится все тоньше, а стены, которые мы годами возводили друг против друга, начинают с треском рушиться.
Через несколько минут я возвращаюсь в зал и сажусь рядом с мужем.
На сцену выходит Лера. Молодая, стройная, действительно очень красивая. Она уверенно держит зал, улыбается четырём сотням гостей и рассказывает историю нашего холдинга.
Историю о том, как мы с Мишей когда-то начинали с маленького офиса и нескольких сотрудников.
Только теперь я знаю то, чего не знает никто из сидящих здесь людей.
Женщина на сцене спит с моим мужем, и через несколько месяцев она родит ему ребёнка.
А мужчина рядом со мной уверен, что его жена по-прежнему ничего не знает.
Я поправляю платье, беру со стола бокал и продолжаю смотреть на сцену.
Сегодня у нашего холдинга юбилей. И через несколько минут нам троим предстоит выйти туда вместе.
На сцену выходит Лера. Молодая, стройная, действительно очень красивая. Она уверенно держит зал, улыбается четырём сотням гостей и рассказывает историю нашего холдинга.
Историю о том, как мы с Мишей когда-то начинали с маленького офиса и нескольких сотрудников.
Только теперь я знаю то, чего не знает никто из сидящих здесь людей.
Женщина на сцене спит с моим мужем, и через несколько месяцев она родит ему ребёнка.
А мужчина рядом со мной уверен, что его жена по-прежнему ничего не знает.
Я поправляю платье, беру со стола бокал и продолжаю смотреть на сцену.
Сегодня у нашего холдинга юбилей. И через несколько минут нам троим предстоит выйти туда вместе.
Выберите полку для книги